Чтение онлайн

– А разве тебе не поручали меня сагитировать?

– Нет, об этом меня не просили. Они полагали, что ты сам схватишься за их предложение. Я-то понимал, что этого не будет.

– Ты был прав.

– Вот потому-то мое положение на предстоящей встрече может оказаться несколько неудобным.

– Не бойся, я тебя не подставлю.

– Спасибо.

Кит поглядел в окно машины. Прямо напротив западного крыла Белого дома, на 17-й улице, располагалось место, где он еще недавно работал, – выстроенное сотню лет назад в стиле так называемой «второй французской империи» старое здание [31] исполнительного аппарата президента, похожее на нагромождение чугуна и гранита. Обычно мнения о нем резко разделялись: одни были в восторге от этого сооружения, другие терпеть его не могли. Кит испытывал к зданию двойственные чувства. Внутри его недавно отреставрировали с такой воистину королевской, дворцовой роскошью, что это казалось даже неприличным, особенно если ваш кабинет был на верхнем этаже и окно его смотрело на юг, прямо на негритянские гетто Вашингтона.

По объему здание было раза в четыре больше Белого дома, и когда-то в нем размещались сразу три ведомства – военное министерство, государственный департамент и министерство военно-морского флота, при этом в здании еще оставалось довольно много свободного места. Теперь в нем не помещался даже один только аппарат Белого дома, и оно было целиком отдано под кабинеты его высших должностных лиц и структур – таких, например, как Совет национальной безопасности. СНБ выполнял более или менее консультативные функции при президенте, а также отфильтровывал для него необходимую информацию из той массы разведывательных данных, что поступала из ЦРУ, из РУМО – разведывательного управления министерства обороны, где когда-то работал Кит, – из Агентства национальной безопасности, занимающегося по большей части дешифровкой технических перехватов, из разведслужбы государственного департамента, а также из других закрытых учреждений и организаций, которых в округе Колумбия и вокруг него существует великое множество.

Собственно членами Совета являются директор ЦРУ, министр обороны, государственный секретарь, председатель комитета начальников штабов и те другие высокопоставленные государственные чиновники, которых сочтет необходимым ввести в состав Совета президент. Фактически это самая элитная группа во властных структурах, и в годы «холодной войны» роль СНБ была куда значительнее, нежели Кабинета министров, хотя и считалось, что об этом никто не знает и не должен знать.

Несколько лет назад Киту предложили оставить его прежнюю работу в РУМО и перейти в аппарат СНБ, располагавшийся в старом здании исполнительного аппарата президента. На новой работе он в неизмеримо меньшей степени подвергался чисто физической опасности по сравнению с тем, что выпадало ему, когда он болтался по всему миру, будучи в штате РУМО; кроме того, здание СНБ располагалось ближе к его джорджтаунской квартире, чем прежняя работа; и к тому же Кит рассчитывал, что ему будет интересно поработать вместе с гражданскими специалистами. На деле же Киту стало не хватать постоянного чувства опасности; и хотя с точки зрения карьеры переход в столь близкое к Белому дому место несомненно следовало рассматривать как удачу, во всех остальных отношениях сделанный им выбор оказался далеко не лучшим.

Среди тех, с кем Кит познакомился, начав работать в аппарате Совета безопасности, был и некий полковник по имени Оливер Норт. Кит не соприкасался с ним очень уж близко, но тем не менее после того, как Оливер Норт получил широкую известность, [32] полковник Лондри всерьез обеспокоился. Норт по всем критериям считался хорошим профессиональным военным, но служба в подчинении у гражданских лиц оказалась для молодого полковника чем-то сродни работе в инфекционном отделении больницы, и он нахватался здесь всякой заразы. Кит сознавал, что и с ним самим тоже происходило нечто подобное, а потому старался не снимать на работе марлевой повязки и почаще мыть руки.

И вот теперь его звали назад, притом не в старое здание аппарата СНБ, а, судя по всему, непосредственно в Белый дом.

Машина подъехала к тем воротам, что расположены со стороны 17-й улицы, и охранник, тщательно проверив пропуска, махнул рукой, показывая, что они могут проезжать. Водитель остановился у подъезда, и Кит с Чарли вышли.

Здесь у входа тоже стояла охрана, но пропуска уже никто не проверял, просто один из охранников открыл и подержал им дверь. Они вошли и оказались в маленьком вестибюле, где сидевший за столом дежурный сверил их имена с лежавшим перед ним списком. Кит расписался на этом листке, а в графе, где надо было указать место работы и должность, вписал: «Гражданское лицо; пенсионер». Часы показывали пять минут двенадцатого.

В прошлом Киту не раз приходилось бывать в западном крыле Белого дома, но тогда он обычно попадал сюда по подземному тоннелю, о котором мало кто знает: тоннель этот проходит под 17-й улицей и ведет из старого здания исполнительного аппарата президента прямо в подвальный этаж Белого дома, в ту часть особняка, где расположены ситуационная комната и некоторые служебные помещения Совета безопасности. Довелось Киту несколько раз побывать и на первом этаже: это случалось, когда его вызывали к помощнику президента по национальной безопасности в предшествующей администрации.

Чарли тоже расписался в книге посетителей, после чего сидевший за столом распорядитель сказал им:

– Джентльмены, подождите, пожалуйста, внизу, в гостиной. Спуститься можно вон тем лифтом. Вас пригласят.

На маленьком лифте они спустились в подвальный этаж, где еще один охранник встретил их и проводил дальше.

Гостиная – эвфемизм, которым обозначается расположенная внизу комната для ожидающих приема посетителей, – представляла собой довольно приятное помещение, обставленное в стиле гостиной частного клуба. Работал телевизор, настроенный на канал новостей Си-эн-эн; вдоль стены размещался длинный стол с чаем, кофе, бутербродами, даже с фруктами и йогуртом для тех, кто озабочен своей диетой; здесь было что угодно, от минеральной воды до сдобных булочек, за исключением разве только спиртного и цианистого калия.

В комнате уже дожидались человек десять-двенадцать, как мужчин, так и женщин, однако никого из знакомых Кит среди них не увидел; всякий раз, когда в гостиную входил новый посетитель, все присутствующие окидывали его мимолетными, но испытующими взглядами, стараясь определить, какое место занимает вошедший в сегодняшнем пантеоне вашингтонских богов и богинь.

Чарли и Кит заметили два свободных места за отдельно стоящим чайным столиком и сели.

– Хочешь кофе или еще чего-нибудь? – спросил Чарли.

– Нет, босс, спасибо.

Чарли чуть улыбнулся, давая понять, что здесь их положение по отношению друг к другу действительно изменилось.

– Послушай, – сказал он, – если ты примешь это предложение, то твоим непосредственным начальником буду не я, а помощник президента по национальной безопасности.

– Я полагал, что меня-то и хотят сделать помощником по нацбезопасности…

– Нет; но ты будешь работать непосредственно под ним.

– А когда же я смогу стать президентом?

– Кит, ты не мог бы перестать трепаться? Не знаю, как ты, а я все-таки волнуюсь перед предстоящей встречей.

– Разумеется; извини. Подыми немного. Мне помогает.

– Я бы с удовольствием, но здесь нельзя курить. До чего тут уже дошли, а?

Кит оглядел комнату. Несмотря на добротную отделку и обстановку, она все равно так и оставалась подвальным помещением, и атмосфера в ней стояла точно такая же, что царит во всех «предбанниках» и приемных в любом уголке мира. В гостиной висел ровный и негромкий механический гул: это откуда-то из недр здания вентиляторы нагнетали охлажденный или подогретый – в зависимости от времени года – воздух. Кит, успевший за последние два месяца уже отвыкнуть от кондиционируемых зданий большого города, сразу же обратил внимание на этот звук, показавшийся ему очень неприятным.