Чтение онлайн

— Конечно, детка, — отец кивает согласно. — Ториди Малик сообщил нам с мамой лично, что выбирает тебя. Нам первым, и поверь, в традициях эдейцев, такое считается высшим знаком уважения. Они ведь чтят договоры и требуют неукоснительного соблюдения таковых от противоположной стороны, — отец не скрывает вздоха, — О том, что таине неприкосновенны, думаю, ты знаешь, дочка. И он тебя не обидит, — папа хмурится, вопреки сказанному уверенным тоном.

Мне кажется, родители даже постарели за эти пару часов. Хотя, может я сгущаю краски.

Мама молчит, лишь сжимая крепко мои пальцы, словно боясь отпустить.

А ведь и вправду, если Амирей потребует, меня заберут уже сегодня. Куда? На Эдею или болтаться в космосе на кораблях флота, рядом со своим таем, покуда не забеременею? Впрочем, это ведь смешно, обряд специально проводят в подходящие для зачатия дни, чтобы сразу….

Но, это уже не мне решать. По закону, после их традиционного Единения я окажусь полностью в его власти.

Я с грустью вновь прокрутила на вирте содержание файла, что скинул мне отец. Гриф «Особо секретно, доступ временный», а значит, всё содержимое скоро исчезнет из моего хранилища, словно и не существовало.

Соглашение от 2801 года гласит четко:

«Любая совершеннолетняя гражданка Великой Эдеи, чей организм подвергнется перестройке под действием многоступенчатой вакцины D1367j, автоматически приобретает статус таине, и поступает в полное распоряжение избранного для неё тая»

И далее, немного фактов, доступных единицам.

Таине — любовница, мать наследников и гордость любого эдейца. Кукла, которую балуют, наряжают и предъявляют, словно коллекционную медаль, полученную за особые заслуги. Хотя, почему «словно»? Ведь так и есть.

К таине проявляют уважение, и даже почитание. Тай обеспечивает их нужды в размерах, о которых среднестатистическая жительница империи могла только мечтать.

Сказка и грёза для многих девушек, не так ли? Если опустить нюансы, о которых говорить не принято.

Таине не работают, не участвуют в жизни общества, даже своих мальчиков им позволено воспитывать только до шести лет — потом их ждет эдейский аналог кадетского корпуса. И если тай сочтет возможным, сын будет посещать мать. Но да, содержать и оберегать свою женщину эдеец будет со всем тщанием. Пока жив. А после — Эдея воюет постоянно, а боевые потери несут даже лучшие — таине, если не вышла из детородного возраста, превращается в переходящий приз.

И, кстати, я не ошиблась — именно мальчиков, а точнее, только их. Информация, особо охраняемая, но из таких, что скрыть окончательно не удаётся. Эдейцы по какой-то причине полностью потеряли возможность передавать женскую хромосому. Я не биолог, и уж тем более не генетик, так что даже не берусь предположить, как такое произошло, но факт, есть факт — у таине рождаются исключительно мальчики, притом с особенностью генотипа отца.

В общем, не сильно приятные открытия, что тут скажешь.

Отец склоняется ко мне и дотрагивается губами до лба.

— Я люблю тебя, Сашка, и прости, что в этот раз бессилен что-либо изменить.

Заставляю себя улыбнуться, чтобы у родного человека чуть меньше щемило сердце. Я ведь знаю, что это так…

— Ничего, не вини себя, пап, ты ни в чём не виноват! — я решительно беру футляр, что передал для меня сам ториди и с демонстративной беззаботностью надеваю дорогие украшения.

— Ты у нас такая красавица, Александра, — отец печально качает головой.

— Пап, давай без драмы, — кокетливо повожу плечами, и поворачиваюсь от зеркала, которое украшало одну из стен кабинета — отец то ли в шутку, то ли всерьез говорил, что за ним сидит охрана с бластерами на случай тяжелых переговоров. — Подумай о том, что твои внуки с большой вероятностью будут править огромной империей! Это ведь куда значительнее наместника одной, пусть и лучшей в мире планеты! — я хитро прищуриваюсь, глядя на родителя. Это срабатывает, он слегка расслабляется.

— Хитрая лисичка, — грозит он мне пальцем. — Ладно, девушки, вы тут ещё поворкуйте, а я пойду вниз. Самые нетерпеливые гости уже на пороге, как мне сообщает охрана. — Он склоняется к руке мамы, целуя ее пальцы, — Только недолго, милая! А то вашего старика там разорвут на части!

— Мы этого точно недопустим, — я посылаю отцу воздушный поцелуй.

Но как только закрывается дверь, веселье сходит с лица и я поворачиваюсь к маме.

— Тебе это нужно было знать, родная, — она указывает на все ещё висящий экран вирта. — Ториди Амирей хорош собой, безумно богат и и отлично воспитан. Но… Он правитель до мозга костей. И ещё, мне он всегда казался хладнокровным, что неплохо для его звания, но каков он на самом деле? Вопрос. — Мама бросает тревожный взгляд, — Тот, кто предупрежден, может что-либо предпринять, девочка. — Она порывисто обнимает меня, но сразу отстраняется, заглядывая в глаза. — Помни, Сашка, ты всегда и во всем можешь на меня рассчитывать. Я всегда на твоей стороне! — она аккуратно стирает с моей щеки неведомым образом появившиеся слезы, и добавляет строго, — И улыбайся, моя лучшая в мире дочь. Улыбайся, что бы не происходило! И тогда стерва-судьба потеряет интерес, и перестанет строить козни! Так говорила твоя бабка, а она, да упокоит Вселенная ее прах, была мудрейшей женщиной.

Все верно, мама.

На колени можно поставить любого, но сломать, лишь того кто сдался.

— Саш, прости, я опоздала! — Вероника влетает в зал ярко-красным фейерверком. Я бы сказала петардой. — Вот! С днем рождения, подруга! — Мне в руки попадает небольшая коробочка и Ника тут же подхватывает меня под локоть, вежливо прося прощения у родителей, за то, что меня похищает. Я лишь успеваю отдать подарок лакею, что специально стоял за спиной для этих целей, в противном случае, меня бы уже похоронило под горой мало кому нужных вещей.

Дурацкая дань традициям.

Меня утаскивали в дамскую комнату, а стало быть, Вероничку распирает на предмет поговорить.

— Никусь, я рада тебе, конечно, но думала, ты решишь провести вечер с однокурсниками. Это же намного веселее, — усмехаюсь, зная Никину любовь к подобным мероприятиям. Ну да, она предпочитает клубы, вечеринки, и прочие радости ночной жизни. — И где же тот вчерашний блондин, а? Или не оправдал надежд?

— Вилиан занят сегодня, — насупилась она.

— Ясно, но это не ответ. Так что случилось?