Спри и Фли

Спри 1 и Фли. 2

Тень от стены,

что мы возвели вокруг себя,

падает на наши лица, пряча их.

Тому,

кто понуждает себя

вглядываться в человека

неизбежно прежде безликий

посмотрит в глаза.

«Частицы нашего существа движутся в воздухе, похожие на блики света. Они стремятся

столкнуться, прислушиваются, ищут возможности и не спешат.

Время замедляется и нечему давить. Нет в их танце ни обречённости, ни неизбежности. И я не хочу в отношениях предопределённости – хочу плыть с человеком так, чтобы мы оба не знали, куда доплывём, чтобы самонадеянности, нацеленности на результат, даже начатков планирования не было ни в ком из нас изначально.

Хочу не только понять, но и почувствовать, что смерти нет. Перестать существовать физически и не заметить. Именно потому, что вместе. «Вместе» и «всегда» – не пустой звук».

Поставив точку в первом письме для Спри, Фли задумалась. Этим мыслям уже несколько лет, её стремление к эфемерности, слиянию души с лучшим сущим и отсутствием её границ всё еще кажется важным, но постепенно сменяется жаждой

определённости, обретения лица. Нужна такая степень ясности и уникальности в личности каждого из них, которая могла бы довести их со Спри отношения до предназначенного им совершенства. Вот как-то внезапно проявилось это понимание и от него уже ни

отмахнуться, ни избавиться.

Фли свойственно искать способы осуществить задуманное и при этом ненароком не вмешаться в дело мироздания Решено, она будет внимательно наблюдать и пользоваться каждой возможностью заострить уже данные ей черты в надежде, что и на внешности такая работа не сможет не сказаться. Попросим Спри всматриваться и делиться впечатлениями о переменах. А они обязательно будут происходить, не могут не происходить. Надеюсь, моя жажда обладания человеком уснёт вместе с обретением собственного нового, хотя давно уже мне подаренного лица.

«Знаешь, Спри, когда-нибудь я напишу книгу под названием «Сны Фли, увиденные ради Спри и воплотившиеся в сказку наяву» Эти сны вроде жёлтой морской воды в чёрных берегах. В старости, возможно.

Хочу попросить тебя немного понаблюдать за мной. Буду ли я меняться в твоих глазах, стану ли понятнее и от этого роднее или, наоборот, более чужой».

Ответ Спри потряс. Перечитав его раз пятнадцать, Фли так и не решила, догнал или перегнал он её на пути к мудрости и освобождению от зажимов, и важно ли это.

« Что ж, начну с конца. В таком случае моя книга будет начинаться так: Посвящается затерянной в своём мире, но нашедшей себя в моём Фли. А эпиграф будет такой: Ускользнув от ускользания, вынуждены бываем наткнуться на нежный и уязвимый, но раскалённый цветок правды. Как тебе?

Я бы выполнил твою просьбу, понаблюдал, если бы мог. Разбежаться бы – и выпрыгнуть из круга любви. Посмотреть на тебя со стороны, к счастью или нет, невозможно. Мы слишком завязаны друг на друге. Извини.

Я в странном положении. Хотя слово «положение» подразумевает, что я понимаю, где я и что со мной, но это совсем не про меня сейчас. Меня дезориентирует доброта друзей, доверяющих мне выбор спектакля и культурной программы, будто художники могут положиться на мой вкус; кажущаяся свобода выбора пути (вот, мол, тебе курсы – плати, и через 2 месяца ты с новой профессией), грустные глаза коучей и «профессионалов» при кажущейся лёгкости вхождения в любую сферу, «дешевизна» присоединения к творческим союзам и издания своей книги; ощущается всё это примерно так же, как и путь среди недосказанности и лжи бывшей партнёрши. Так и теперь – среди профанации и фейков – на ощупь.

Хочется быть объективным и справедливым, ведь не везде и не во всём порок, но как же тяжело даётся каждый шаг, как же не хочется потерять из виду образ себя. Казалось бы, что такого – где-то переплачу, где-то потеряю. Но интуитивно видится, что переплатить можно, только подкормив чью-то алчность или бездарность, поддавшись обману. Ещё предстоит разобраться, что движет моим страхом: опыт ли, гордыня, смещённые паранойей ориентиры или цельность, которая страшится потеряться?

Конец ознакомительного фрагмента.