Чтение онлайн

— Приходится заискивать перед кое-какими чиновниками, — откровенно сознался Джон. — Но дело того стоит.

— А по-другому, наверное, и не получится, — вкрадчиво вставила Мелоди.

— Да, — согласился он. — Я это понимаю, поэтому соизмеряю свои личные амбиции с нуждами общего дела.

Последняя фраза, прозвучавшая с легким оттенком нравоучения, заставила Мелоди нахмуриться.

— В принципе, мне уже известно, что ты именно такой, — проговорила она.

— Придется, идти вместе с майором на предстоящий ленч, — удрученно произнес Джон, желая исправить ситуацию. — Но я все еще не получил приглашения, хотя оно должно было быть мне выслано.

— Это точно? — спросила Мелоди, расслышав беспокойство в его голосе.

— Да, меня заверили, что все приглашения разосланы, мое было направлено на адрес офиса. Быть может, кто-то другой по ошибке забрал его со своей корреспонденцией. Время будет, выясню.

— А тебе не кажется, что кто-то мог намеренно запрятать куда-то твой пригласительный, чтобы ты им не воспользовался? — заметила Мелоди, уже имея определенные подозрения на этот счет.

— Гм… я думал об этом, — пробормотал Джон. — Но все же надеюсь, что это случайность.

— Однако ты все-таки об этом думал, — поддела его Мелоди.

— К своему стыду, да, — подтвердил он. — Но почему ты акцентируешь на этом внимание?

— Осознание того, что абсолютно все люди вокруг не могут быть друзьями, важно для самосознания любого человека, — как бы отвлеченно заметила она, тем не менее подразумевая конкретных врагов. — Конечно, такому общительному и благородному парню, как ты, это очень непросто признавать, но, ради твоего же блага, необходимо.

— А ты могла бы изъясняться точнее? — сказал Джон, выслушав ее тираду.

Мелоди рассмеялась в трубку.

Когда ее звонкий смех стих, Джон попросил:

— А можешь еще?

— Что еще? — удивилась Мелоди.

— Посмеяться, — уточнил он, сознавая, что просьба его вполне может оказаться невыполненной.

— Посмеяться? Ты подтруниваешь надо мной? — недоумевая, осведомилась девушка.

— Вовсе нет. Мне нравится, когда ты смеешься, Мелоди. Но, к сожалению, ты делаешь это крайне редко, — произнес он.

— Вовсе нет! — возмутилась она. — Я смеюсь всякий раз, когда мои собаки радуют меня. У тебя ведь нет собаки, не так ли, Джон?

— Пока нет.

— У каждого непременно должна быть собака! — решительно заявила она. — Когда поедешь в Денвер, обязательно наведайся в питомник. Я снабжу тебя всеми необходимыми рекомендациями. Выбери себе там друга.

— Я бы взял дворняжку, — тихо сказал Джон Норт.

Закончив телефонный разговор, Мелоди положила трубку и задумалась.

Ею незаметно овладела тоска.

На нее нашли воспоминания, вызванные случайно оброненной фразой, и не столько о том, как ей жилось в Денвере, сколько о том, как она там погибала.

Джон Норт пожал, казалось, уже последнюю руку в «Ротари-клубе».

Он хоть и чувствовал сильнейшую физическую и эмоциональную усталость, но вместе с этим испытывал огромное воодушевление от встречи с неравнодушными людьми разных возрастов, профессий и званий, которые были озабочены судьбой таких общественно полезных проектов, как тот, что задуман им.

Безусловно, продвижение идей требовало от него огромных усилий. Он не всегда чувствовал, что владеет ситуацией. И не мог прогнозировать дальнейший эффект от встречи, который казался обнадеживающим, а на поверку мог ни во что не вылиться, и это тоже нельзя было исключать.

Неделя подходила к концу.

Джон точно знал, каких успехов в их общем деле достигла Мелоди. Они постоянно созванивались, и формальным поводом для бесед становились ее отчеты о проделанной работе. И хотя Джона немного уязвляло то обстоятельство, чтодевушка справляется без него не хуже, чем с ним, он чувствовал, что благодаря этим регулярным разговорам их отношения становились иными, чуть менее профессиональными, чуть более дружескими.

Для Джона это имело огромное значение, поскольку теперь он уже целиком и полностью был расположен к Мелоди Кроуфорд. Она не казалась ему ни странной, ни отталкивающей. Причины ее своеобразия были ему всецело понятны. Он сам чувствовал потребность в уединении.

Но не это вызывало у Джона горячее желание общаться с Мелоди. У него перед глазами постоянно возникал образ смеющейся, девушки в окружении собак. Ее звонкий смех звучал у него в голове, и Джон хотел слышать его снова и снова. Ему казалось, что каждая такая смешинка придает ему сил. Сил, которых всегда оказывается недостаточно для достижения серьезной цели.

Джон понимал, что если бы не участие и единомыслие этой девушки, то он и не держался бы так за проект реорганизации местной службы спасения. Слишком ясно он помнил свое состояние до встречи с ней, чтобы заблуждаться насчет своих мотивов. Еще недавно он был полностью поглощен своими сомнениями, погружен в собственные нерадостные переживания.

А еще Джон сознавал, что и сам необходим Мелоди, как ниточка, связывающая ее с остальным миром, который по какой-то причине воспринимался ею как враждебный. Он не торопился разузнавать факты. Гораздо важнее было то, что Мелоди начала ему доверять.

Джон восхищался тем, насколько она сроднилась с горами, лесом, со своими собаками. Они были едины и неразделимы. Он наблюдал за ней, учился у нее, любовался ею, и не считал нужным это скрывать.

Кроме этого, Мелоди Кроуфорд оказалась таким партнером, о котором можно было только мечтать. Джон не слышал от нее сетований, претензий, нравоучений. Она была ответственна и исполнительна. И отлично знала свое дело.

Мелоди неизменно представлялась Джону в том самом лыжном костюме, в котором он впервые увидел ее, всегда в окружении собак и захватывающихдух местных ландшафтов. Мелоди и ее образ жизни ассоциировались у него с абсолютной свободой, и уже поэтому Джон не желал присоединяться к мнению горожан, считавших ее не вполне вменяемой. Наоборот, он постоянно убеждался в том, что эти люди, столь привязанные к своим тривиальным представлениям о жизни, просто не в состоянии оценить всю степень смелости и независимости Мелоди Кроуфорд.