Чтение онлайн

Поздним вечером, когда густые сумерки окутали землю, Василий и Мишка перенесли спрятанное оружие в лесной склад. Кажется, что не было никакой опасности, никакого риска. А были вот эти две винтовки, которыми можно будет вооружить еще двух будущих партизан. Возможно даже, что кого-нибудь из тех, кто был сегодня на гулянке в лесной деревушке Суколи.

Наступает наконец время, к которому мы так долго готовились. Довольно прятаться по углам! Пора выходить на открытую дорогу борьбы.

Любит Аниська смотреть в ночное окно. Таинственной темнотой окутаны дома, деревья, палисадники. Сквозь тучи пробивается скупой лунный свет. Очертания предметов, расплылись, едва различимы.

Интересно, почему свет луны такой неровный? Все время дрожит, вроде шевелится. Ага! — понятно. Это шевелится от ветра тополь. Он-то и закрывает луну. Кажется поэтому, что бегают туда-сюда какие-то тени. А вот мелькнула другая, непохожая на эту, тень. Это уже не кажется, а так оно и есть. Перебежала дорогу и спряталась за домом.

Спустя некоторое время скрипнула дверь в сенях. Оттуда, из темноты, кто-то сказал:

— Приехали сваты. Кличут вас, Григорий Сергеевич.

Да это же Женька! Почему ока такая таинственная? И так тихо говорит?..

— Иди, я сейчас, — ответил Григорий.

Снова скрипнула дверь. Опять метнулась в сторону тень. Потом, объяснив что-то шепотом Вале, вышел из дому Григорий. Его она тоже с трудом узнала за окном.

Говорят о каких-то сватах. Кому теперь может прийти в голову свататься? Наверное, это какие-нибудь нужные Грише люди.

Так думала Аниська. А в это время Женя Фроленок разливала чай двум ночным гостям. Надо же было им, уставшим и продрогшим, согреться с дороги. Поэтому и ее, Женина, комната натоплена жарче обычного. Это уже постаралась мама, пока она бегала искать Владимира Вестенберга и Василия Лукашонка.

Ребята сидели у края стола тихие, сосредоточенные. Ждали, пока уставшие незнакомцы окончат чаепитие. С интересом разглядывали их. Смотрели не прямо, в упор, а осторожно, чтобы не показаться назойливыми. Внимательные взгляды бросала на пришедших и Женя. Вернее, на одного из них. На того, к кому все время обращался ее брат Петр, называя его Иваном Кузьмичом.

И вспомнился Жене давний, еще довоенный случай. Как обычно, ранним утром шла она из деревни в Освею, спешила на занятия в школу. Вдруг слышит сзади гудок. Не оборачиваясь, школьница быстро сошла с дороги, надеясь, что машина проедет мимо. Но легковушка догнала ее и остановилась. В машине — Женя сразу узнала его — сидел директор Чапаевской МТС Иван Кузьмич Захаров. Она часто видела его, приходя в МТС к брату Петру, где тот работал бригадиром тракторной бригады.

И вот неожиданная встреча на дороге-.

— Пожалуйста, принцесса, экипаж подан! — шутливо пригласил ее Захаров в машину.

Женя, действительно, почувствовала себя принцессой: впервые в жизни ехала в легковой машине! Она быстро мчалась по неровной лесной дороге. Мелькали по сторонам деревья, замирало на поворотах от быстрой езды сердце, и Женя испытывала необыкновенное удовольствие. Тот день она запомнила навсегда.

Запомнила и добрую улыбку директора МТС.

А вот запомнил ли ее он? Жене сначала хотелось спросить — помнит ли Иван Кузьмич ту памятную для нее поездку, но она не решалась. У Захарова усталое, озабоченное лицо. Ему теперь не до пустячных воспоминаний.

«Уж не те ли это люди, с Большой земли, которых давно ждут подпольщики?» Об этом все время думают и Вася, и Володя. Наконец приходит Григорий, и сразу завязывается оживленный разговор. Но Женя не успевает принять в нем участия.

— Милая Женечка, может походила бы возле дома, покараулила, — просит Иван Кузьмич, — ну, хотя бы в честь нашего давнего знакомства. — И тут же быстро добавляет: — Только не подумай, что у нас от тебя какие-то секреты. Ребята тебе все расскажут.

Нет, она не обижается. Ей приятно, что бывший директор МТС ее узнал. Ведь и по имени назвал, и намекнул про ту лесную поездку, когда подвез ее в школу.

Женя вышла во двор, а в избе продолжалась начатая беседа. Вернее, говорил один человек — Иван Кузьмич. Он представил ребятам своего друга и помощника Ивана Петриенко.

Да, они прибыли в тыл врага по заданию Витебского обкома партии. Им доверено возглавить борьбу коммунистов, комсомольцев и всех патриотов, создать партизанский отряд. Они же, в свою очередь, хотят узнать, что уже сделали прошковские подпольщики, как подготовились к борьбе.

Внимательно слушая Захарова, Григорий наблюдает за раскрасневшимися лицами Василия и Владимира. И удовлетворенно улыбается. Во-первых, он очень рад этой встрече. А во-вторых, почти все, о чем говорит Иван Кузьмич, он знает. С этим человеком, который живет в районе уже много месяцев, у него не первая встреча. Ему известно, что и ту газету — со снимком парада на Красной площади — передал он, Захаров.

А Василий и Владимир, уточняя и дополняя друг друга в деталях, подробно рассказывают о себе и товарищах, о своих делах и первых маленьких победах. Рассказывают о складе оружия и о лесном лагере, об окруженцах, с которыми держат постоянную связь. Говорят также о дружбе и взаимодействии с русскими и латышскими комсомольцами-подпольщиками.

— Был бы я вашим учителем, а вы моими учениками, — говорит Захаров, — всем бы поставил по пятерке. Ваша работа очень нужна Родине.

— Значит, выступаем! — не выдерживает Василий.

— Нет, пока еще придется повременить, — разочаровывает его Иван Кузьмич. — Во-первых, нам надо выбрать базу для отряда, хорошенько подготовить ее. Потом переправить туда ваших лесных жителей и окруженцев. Всех, кто не связан с семьями. Вы, местные подпольщики, пойдете в последнюю очередь, когда сделаете все, что потребуется.

Прошло несколько дней, и в Прошках появился еще один «сват». Аниська слышала разговор Григория и Мишки. Братья об этом говорили, ни от кого не таясь.