Спрут3
Шрифт:
— Помогите! — закричал Лаудео. — Меня отравили!
Он упал на колени, потом повалился на пол. Его нашли скорчившимся, схватившимся руками за живот, коленями он упирался чуть ли не в подбородок. Он напоминал тела тех, кто погиб во сне под потоком лавы в Помпее.
Все утро в тюрьме царила суматоха. Консультации врачей, объяснения непрерывно звонящему из Рима начальству. Антонио, тюремный сторож, уже дал свои первые показания начальнику тюрьмы. Сейчас, сидя за рулем своего «фиата-127», направляясь домой на обед, он дрожал при мысли о предстоящем во второй половине дня допросе у судебного следователя.
Он уже выбрался за город и ехал по ведущей в гору узкой дороге. Незадолго до поворота в зеркале заднего вида вырос догонявший его грузовик. Все произошло в считанные секунды. Грузовик на полном ходу врезался сзади в машину и сбросил ее с дороги — несколько раз перевернувшись, она покатилась под откос.
Остов машины застрял колесами вверх, наскочив на дерево. Чуть выше, на склоне, распростерлось тело тюремщика с размозженной головой. Тонкие ручейки крови окрасили траву вокруг в красный цвет.
Страховка
Селение находилось рядом с Бергамо и прекрасно могло считаться окраинным кварталом этого города. Там, где дома уже кончались и начинались поля, рядом с запрудой ручейка, среди зарослей кустарника, стоял маленький облупленный домишко, напоминавший скорее барак, — это было жилище тюремного сторожа Антонио Вивиани.
Когда Каттани приехал к его вдове, она уже успела облачиться в траур. Это была маленькая, расплывшаяся женщина неопределенного возраста, безропотно погруженная в свое горе. Как только Коррадо показал ей удостоверение, она, отбросив недоверие, провела комиссара в нищую комнатку, служившую и гостиной и столовой.
— Я осталась одна с двумя детьми, — причитала женщина. — Без единого гроша…
— Да как же так? — притворился удивленным Каттани. — Я знал вашего мужа. Он был разумным человеком. Наверняка он оставил сбережения.
— Какое там! На его жалованье мы еле сводили концы с концами. На сберегательной книжке самое большее триста тысяч лир Я теперь нищая.
— И все же Антонио мне говорил, что последнее время у него были сверхурочные и он мог позаботиться о семье…
Каттани продвигался на ощупь, пытаясь уловить в словах вдовы хоть какой-то намек, способный навести на след.
Наконец его попытки увенчались успехом: женщина упомянула о страховом полисе.
— А на какой случай эта страховка? — спросил Коррадо.
— Да почем я знаю. Дней десять-пятнадцать назад он подписал какой-то полис Международной страховой компании. Он где-то здесь. — Женщина широко обвела вокруг рукой, указывая на царящий в комнате беспорядок. — Надо будет его не спеша поискать.
«Вот работенка для Берта!» — подумал Каттани.
Возвратившись в Милан, он сразу же вызвал американца.
Берт прибыл в сопровождении двух ангелов-хранителей: длинного Боба и Чарли — не слишком приятного на вид малого с расплющенным носом и кривыми ногами.
Каттани информировал американца о последних событиях. И сказал:
— Мне необходимо узнать фамилии владельцев этой Международной страховой компании.
Берт тут же переадресовал поручение Чарли.
— Он в таких делах большой специалист. А мы с Бобом улетаем в Базель. Юфтер находится там. Мне оттуда сигнализировали, что он прибыл из Рима. У него в программе встреча с важными шишками. Попытаемся установить пару «жучков» и послушать, о чем они будут говорить, — надо же знать их планы.
— Как только вернешься, сразу встретимся, — сказал Каттани.
— Конечно. А ты тут пока немножко поразвлекайся, о’кей? — Берт подмигнул и со значением усмехнулся. — Составь компанию синьорине Антинари…
Чарли действительно оказался толковым и расторопным. Очень быстро сумел раздобыть все необходимые сведения. Когда он протянул листок Каттани, тот с удивлением присвистнул. Пятьдесят один процент, то есть большая часть акций Международной страховой компании принадлежала банку Антинари.
Антинари… Что-то эта фамилия начала встречаться слишком часто. Все нити ведут в этот банк. Все будто вертится вокруг него.
Каттани решил, что сейчас самое время повидать Джулию. Однако девушка встретила его не слишком приветливо. Она была немного обижена, потому что Коррадо не пришел на последнее свидание и три дня неизвестно где пропадал.
— За это время чего только не случилось, — коротко сказал он в свое оправдание.
Но Джулия продолжала ворчать.
— Мог хотя бы явиться с букетом цветов…
— Я не кончал курсов хороших манер, — ответил он. — А теперь, если ты соблаговолишь меня выслушать, я хочу попросить об одной услуге.
— Ах, вот зачем ты пришел! — Раздражение сменилось глубокой досадой, на лице появилось хмурое, обиженное выражение. — Ему, видите ли, понадобилась от меня услуга…
Каттани сел против Джулии и спокойно, серьезным тоном, рассказал ей про вдову и про полис, который Вивиани подписал в страховом отделе банка ее отца. И в заключение сказал:
— Почему бы тебе не сделать доброе дело? Позвони по телефону и поторопи их с выплатой денег…
Ему удалось уговорить девушку. Она позвонила директору страховой компании.
— Да, да, жду. Пусть посмотрит документы.
Она постукивала карандашом по блокноту, готовясь делать заметки. Потом начала записывать то, что сообщал директор. Вдруг она с изумлением подняла взгляд на Коррадо.
— Но вы уверены, господин директор? — спросила она в трубку.
Тот клялся и божился, что совершенно уверен в правильности сведений.
Закончив разговор, Джулия сделала большие глаза