Чтение онлайн

– Мэгги – дочь сенатора Соединенных Штатов, пап. Как, по-твоему, теперь она вернется к своей прежней жизни?

Он наблюдал за тем, как ужас содеянного дошел до отца.

– Почему ты не сказал мне об этом? – в свою очередь спросил Аристотель.

– Если бы я знал, что ты собираешься навязать ей наш мир, то упомянул бы об этом. Даже в самых своих безумных фантазиях я никогда не смог бы себе представить, что ты на такое способен.

Мэгги подошла к ним и коснулась руки Рена.

– Все в порядке, Рен. Если быть честной, то это хороший выбор. Твой отец руководствовался сердцем. Ты не можешь злиться на поступки того, кто любит тебя.

Рен стиснул зубы.

– Конечно же, могу.

Его отец выглядел пораженным словами сына.

– Но я не буду.

Аристотель притянул Рена к себе и заключил в объятия.

Она улыбнулась им.

– Так, пока я опять не перевоплотилась в тигра, расскажи мне, что ты узнал об убийстве отца?

Рен кивнул, отстраняясь от него и поворачиваясь к Мэгги.

– Блестящий план моей матери заключается в том, чтобы убить отца и меня, а затем поделить полученное состояние с Грейсоном. Он должен положить на ее счет миллион долларов, как аванс за убийства.

– Но она не убьет тебя, – напомнила ему Маргарита. – После смерти твоего отца…

– Вы знаете, – процедил сквозь зубы Аристотель, – меня действительно напрягает, когда вы говорите о моей смерти таким образом.

– Мне жаль, – извинилась Мэгги и взглянула на Рена. – Ты уверен, что мы не сможем спасти его?

– Нет, – ответил Рен. – В таком случае это изменит ход многих вещей, и за это Мойры покарают нас.

Его отец согласился.

– И тогда я, вероятно, умру каким-нибудь другим способом через пару часов после того, как вы меня спасете. Мойры используют жуткие методы для сохранения баланса в мире.

Маргарита посочувствовала Аристотелю.

– Так, как нам доказать их причастность?

– Понятию не имею, – сказал Рен. – Перечисление денег еще ничего не означает. Я полагаю, что смогу добыть копию этого документа, но в таком случае Грейсон сможет солгать, сказав, что положил деньги на счет по другой причине. А его аргумент будет основываться на факте, что мои родители мертвы. И будет доказывать, что их убил я.

– Поэтому тебе нужно выяснить – кто причастен к смерти матери, и доказать это.

Рен кивнул.

– Мог ли Грейсон находиться в доме в тот момент, когда она умерла?

Аристотель покачал головой.

– Это невозможно.

– Ты уверен? – в свою очередь задал вопрос Рен.

– Абсолютно. Я давным-давно запретил Грейсону появляться здесь. – Аристотель задумался – Что ты помнишь о ночи моей смерти? Мне нужна каждая деталь.

Рен посмотрел на Маргариту тревожным взглядом.

– Это произошло около десяти. Помню, потому что услышал звон часов и в то же мгновение раздался звук разбившегося предмета. Я почувствовал неладное, вышел из своей комнаты и направился к твоей… Я нашел тебя там… прижал к себе.

Мэгги увидела, как лицо Аристотеля исказила боль.

– Затем я услышал их смех и помчался к ним, намереваясь убить их обоих. Любовник матери напал на меня и вырубил. Когда я проснулся, дом был охвачен огнем, и мне удалось выбраться только после того, как пол подо мной прогорел и рухнул. Пожарник вытащил меня наружу, и тогда я скрылся в лесу. Там я повстречал мужчину, который позвал меня. Он сказал, что отвезет в Санктуарий.

Его отец нахмурился.

– Что за мужчина?

– Не знаю. Он не представился и, вспоминая прошлое, я даже не понимаю, почему доверился ему. Он показался мне честным.

Маргарита призадумалась.

– Как он выглядел?

Рен пожал плечами.

– Он выглядел и пах, как человек. Очень высокий, с черными глазами и длинными темно-коричневыми волосами.

Аристотель покачал головой.

– Не знаю ни одного человека, который бы подходил под твое описание.

– Ты уверен? – спросил его Рен.

– Конечно.

– Как странно, – сказала Маргарита, обдумывая сказанное. – Тогда кем бы он мог быть?

Рен покачал головой.

– Понятия не имею.

Аристотель глубоко и тяжело вздохнул.

– Просто отлично. Кажется, мы мало что сможем предпринять до ночи моей гибели. Сообщу в банк, чтобы держали меня в курсе о движении средств на счете твоей матери. А ты оставайся здесь и научи свою девушку, как использовать свои силы.

Рен нахмурился еще больше.

– Куда ты пойдешь?

Аристотель окинул его многозначительным взглядом.

– Хочу провести немного времени со своим сыном, чтобы он не возненавидел меня на всю оставшуюся жизнь, когда найдет меня мертвым.

– Я не ненавидел тебя, пап.

Отец грустно улыбнулся.

– Спасибо, Рен. Я рад узнать об этом перед своей смертью.

Маргарита поразилась силе духа этого мужчины – его хладнокровию перед лицом смерти. Это было невероятно.

– Вы удивительно понимаете суть происходящего.

Он фыркнул на ее высказывание.

– Только снаружи. Могу заверить тебя, что внутри меня прямо сейчас всё кричит. Нет ничего хуже, чем осознание того, что ты умрешь, и не иметь возможность что-либо изменить.

Она съежилась от самой мысли.

– Не могу себе этого представить.

Аристотель открыл дверь.

– Я вернусь через пару часов. А в это время, если вам что-либо понадобится, пускай Мэгги свяжется со мной по интеркому.

– Хорошо.

Как только отец собрался покинуть их, Рен остановил его.

– Спасибо, пап.

В ответ он похлопал его по руке, а затем оставил их наедине.

Рен тяжело вздохнул.

– Что за долбанутый день выдался сегодня?

– Можно и так сказать. Этим утром в 2005 году в Новом Орлеане я смотрела на тебя и задавалась вопросом – каково это иметь способность перевоплощаться в тигра. А сейчас я в 1981 году и могу принимать форму тигра. Да уж, просто обычный день… если ты, конечно, Тед Рэйми43.