Чтение онлайн

— Знаешь, Женевьева, что мы сделаем, когда все останется позади? — спросил он.

Она молчала. Гай придвинулся к ней, и на миг его лицо осветила обаятельная улыбка. Женевьева вздрогнула: рядом с ней вновь сидел привлекательный, покладистый светловолосый рыцарь, друг Акселя. Десятки раз они выезжали втроем в лес, устраивали пикники на расстеленном одеяле, с аппетитом ели хлеб, сыр, фрукты, пили вино. Гай часто смеялся и шутил, подтрунивал над ними, увлекательно рассказывал о походах и турнирах.

Сердце Женевьевы сжалось. Обезумев от жадности или желания, Гай убил ее отца, заколол лучшего друга.

— Так ты знаешь, Женевьева? — повторил он и прикоснулся к ее подбородку кончиком пальца.

— Ты изнасилуешь меня, — отозвалась она.

— О нет, Женевьева! Ни в коем случае! Дорогая, ты сама придешь ко мне. Ты станешь моим волшебным сном в этой грязной пещере, благодаря тебе она засверкает чистым золотом! Ты улыбнешься мне так, как улыбалась ему. От такой улыбки любой мужчина потеряет голову. Медленно, соблазнительно ты сбросишь одежду и распустишь волосы. Они опутают меня золотым водопадом, укроют все мое тело…

— Ты болен!

Он усмехнулся:

— Вот увидишь, так и будет. Потому что если ты откажешься, я убью Кэтрин одним ударом.

Женевьева быстро отвернулась. Господи, подумать только, сколько страданий она вынесла по вине этого человека! Даже навлекла на себя подозрения Тристана! С какой радостью она вонзила бы нож в сердце Гая!

— Ты убил моего отца.

— Однако, миледи, вы отнеслись к де ла Теру весьма благосклонно, хотя считали, что его руки перепачканы кровью.

— Это была битва, а не убийство! — крикнула Женевьева, но вдруг умолкла. Чтобы завладеть кинжалом, надо застать Гая врасплох. И все-таки она не могла прикоснуться к нему, даже ради этого.

Ее сердце заколотилось. Женевьеве вспомнилась давняя ночь, когда она так же боялась прикосновений Тристана. Даже замышляя предательство, она воспламенялась от его взгляда. Женевьева ненавидела его, но восхищалась внешностью Тристана, знала, что перед ней настоящий рыцарь, отважный и галантный. Время показало, что первое впечатление не обмануло ее. Время научило Женевьеву любви, которую она уже не надеялась изведать. А теперь ей казалось, что она больше не увидит Тристана, не услышит низкого, бархатистого голоса. Никогда больше не сядет к нему на колени, не поверит свои тайны, не попытается завоевать его доверие… О Господи!

Женевьева похолодела. Наконец, взяв себя в руки, она посмотрела на Гая и усмехнулась. Он высоко поднял бровь.

— Вы смеетесь, миледи? Рад, что вы в хорошем настроении.

— Я думала об иронии судьбы, Гай. Призраки водятся не только в Бедфорд-Хите, но и здесь, в Уэльсе. Об этом я даже не подозревала. — Она осторожно придвинулась к нему. — Гай, отец перед смертью завещал мне не сдаваться. Он так ничего и не узнал. А затем ты предложил заманить Тристана в ловушку и убить его… и так галантно попросил моей руки! Как истинный рыцарь, ты отправился воевать, но как только понял, что Ричард проиграет, переметнулся на сторону Генриха. Представляю, как тебе было горько узнать, что замок достался другому! Ты хамелеон! Удивительно — ты меняешь цвета по желанию! — Женевьева сидела совсем рядом с ним, и Гай смотрел ей в глаза как завороженный. Вот он, долгожданный момент!

Она сунула пальцы за голенище его сапога, осторожно вытащила кинжал и приставила его к животу Гая. Поначалу он широко усмехался, но почувствовав прикосновение лезвия, нахмурился.

— Убери его, Женевьева.

— Нет. Попробуй только пошевелиться…

— Женевьева… — Он смотрел поверх ее плеча и улыбался. От этой улыбки она задрожала. — Обернитесь, миледи, — сказал Гай.

— Не двигайся! — Женевьева кольнула его острием кинжала, но, обернувшись, увидела, что в пещеру прокрался Филберт и теперь стоял над Кэтрин. В его руке поблескивал охотничий нож. Женевьева ахнула.

Воспользовавшись ее замешательством, Гай стиснул Женевьеве запястье. Она инстинктивно сжала кинжал, но Гай заломил ей руку и пригнул к полу. Лезвие скользнуло по земляному полу пещеры. Гай навалился на Женевьеву и отвесил такую хлесткую пощечину, что у нее зазвенело в ушах. Как дикий зверь, она отбивалась, царапалась, тянулась к его горлу, но он прижал ее к себе так крепко, что Женевьеву чуть не стошнило. Она задыхалась от его дыхания и собственной ярости.

— Это твой последний шанс, Женевьева! Еще одно движение — и он убьет ее.

— Нет! — задрожав, вскрикнула она.

Гай улыбнулся и велел Филберту возвращаться на пост.

— А теперь, тварь, все будет так, как пожелаю я. И тебе придется постараться! — Он рывком поставил ее на ноги. Женевьева пошатнулась и чуть не упала, но Гай грубо поддержал ее. — Это случится сейчас же, Женевьева! Или я убью ее у тебя на глазах — медленно, чтобы она умерла в страшных муках! Видя это, ты сойдешь с ума. Я позволю тебе посмотреть, как она корчится в луже крови!

— Прекрати! — Она оттолкнула его. Женевьева была на грани безумия. Сорвав плащ, она отшвырнула его. — Я презираю тебя!

— Она умрет.

— Нет! — Женевьева начала снимать туфли — так, как приказал Гай, медленно и соблазнительно, желая выиграть время. — Мне не терпится плюнуть тебе в лицо!

— Советую вам этого не делать, миледи.

Она стянула чулок и сделала это так, что явно угодила ему. Он не спускал с нее злобно горящих глаз. Женевьева еще раз оглянулась на ребенка, прежде чем погрузиться в бездну ада, и замерла. Кэтрин исчезла.

На полу не было крови, в пещере стояла тишина. Ребенок исчез, словно провалился сквозь землю.

— Чертова сука! — Гай рванулся к ней, схватил за плечи и сервал платье. Женевьева закричала от ужаса.

Ей ответил рев, подобный грохоту шторма, он отражайся от стен пещеры, слышался сразу отовсюду. Когда она вновь обернулась, в пещере уже не было пусто. Неподалеку стоял Тристан — разъяренный, прекрасный, сильный и гибкий. Он сделал гигантский прыжок, и они с Гаем сплелись в рукопашной схватке. Женевьева вскрикнула, опасаясь, что Филберт нападет на Тристана сзади. Но в пещере никто не появился. Обернувшись, она увидела, что Гай тянется к… Тристан придавил его к земле и душил обеими руками. Но пальцы Гая уже нащупали кинжал.