Чтение онлайн

– Не познакомишь?
– коллега с института приняла более удачную позу, чтобы заинтересовать мужчину. Вот действительно крыска. Студенты точно определили её натуру.

Волна возмущения чуть не заставило меня сказать ей пару ласковых слов. Разум кричал «Мой!», рука сама нашла руку мужа. Неужели это и называется ревностью? И тут вмешался Паша. Своевременно. Он сжал мою руку и кивнул.

– Мой супруг - Паша. Лариса - коллега с работы, - каким ветром она здесь оказалась?

Этот вопрос так и крутился на языке.

– Паша? Я думала, что твоего мужа зовут Лёша, - она изогнула брови и с хищным взглядом нацелилась на него.

Холодные мурашки побежали по позвоночнику. Так и думала, что вся моя затея выйдет мне боком. До декрета на нескольких мероприятиях я была с Лешей. Конечно же, и его, и его имя запомнили. Лариса обязательно использует эту возможность в свою пользу, дабы очернить моё имя. И я сама собственными руками дала ей это оружие.

Посмотрела в глаза Паше, ища поддержки. Я не представляла, как достойно выйти с этой ситуации. Мои мечты рушились, как карточный домик. Но всё разрулила Диана. Она прижалась к ноге Паши и протянула руки, на что тот среагировал моментально.

– Пап? Кто эта тётя? Мне она не нлавится… - расположившись у него на руках, задала она вопрос, прижимаясь к молодому мужчине…

Варвара

– Пап? Кто эта тётя? Мне она не нлавится… - задала Диана вопрос, расположившись у Паши на руках.
– Я её боюсь…

Рядом с нами замерли даже остальные люди, поворачивая в нашу сторону головы.

– А ты не смотри на неё, или представь её в разных цветах, словно радугу. Голова красная, плечи синие, а живот желтый, - зашептал он заговорщическим голосом.
– Всё черно-белое можно разукрасить разноцветными фломастерами. Яркими.

Я улыбнулась. Устами младенца, как говорится. Не только студенты, значит, недолюбливают своего профессора. Даже мой ребенок, впервые увидев Ларису, не приняла её. Погладила ребенка по головке за правильные слова. В моей голове тут же возникла мысль, что они очень гармонично смотрятся, словно так и должно быть. Отец, пусть и не родной, и дочь. И почему я всё еще сомневаюсь и топчусь на одном месте? Лучше сделать и жалеть, чем не делать и тоже жалеть. Ведь жизнь одна. Зачем тратить столь драгоценное время на самокопание и запреты. Отогнав все думы, развернулась к Ларисе. Она вся побагровела от слов дочери.

– Да вы… Да как смеете, - она запиналась в своих же словах.
– Хотя, какая мать, такая и дочь, выпалила она в конце.

– Лариса Игнатьевна, шли бы вы, - тут уже не выдержала я. Да и сколько можно терпеть!
– Вы зачем к нам подошли? Справиться о наших делах? Так вот, у нас всё прекрасно. Дочь выиграла первое место, у меня самый замечательный муж и отец. А вот некоторые надоедливые особы, видя всю эту красоту, кажется, давятся желчью, - с вызовом посмотрела я на Ларису.

Коллега ничего не ответила. Она смерила нас взглядом, будто говорила, что всё равно докопается до сути и выведает все наши тайны. Затем вскинула голову, развеяв свои волосы, и отошла от нас. И как ни странно, меня это нисколько не пугало. Ну, не получу я кресло декана. Это не самое страшное в жизни. Главное, я любима и люблю… От последнего ужас застыл в моих жилах.

Я думала, что и Лёшу люблю…

– Не принимай всё близко к сердцу, - Паша обнял меня и поцеловал волосы. По всему телу от его поддержки разлилось приятное тепло. Я в ответ сама прильнула к нему, но тут же вспомнились другие слова.

«Не может быть такого, чтобы люди цеплялись к тебе просто так. Значит, сама виновата», - говорил мне Лёша, когда я делился с ним своими переживаниями насчет Ларисы, и утыкался в свой телефон.

Почему именно в такие моменты на ум приходят все эти воспоминания? Почему я не замечала его безразличия раньше, когда ещё жили вместе? И почему только сейчас я так сильно реагирую на внимание Паши? Мы общаемся уже столько лет. Свой интерес он, правда, обозначил ещё при знакомстве, когда первые встретились. Почему тогда у меня не ёкало сердце, и не рвалась душа ему на встречу? Почему сейчас, когда я всеми силами противилась. И, видимо, проиграла бой сама с собой…

Кафе-мороженое было позабыто, когда по дороге дети увидели пиццерию. Пришлось припарковаться и занять столик.

– Что вы все такие кислые?
– обратилась к нам Оля, как только мы заняли все места за столом.
– Надо победу праздновать, а вы словно покойник оплакиваете.

– Типун тебе на язык, - подруга всегда была острой на язык.

– Ты из-за той крысы расстроилась что ли?
– она подсела ко мне поближе, её сын был занят выбором пиццы, как и Паша с Дианой.
– Да забей ты на неё, когда рядом с тобой та-а-акой мужик.

Оля кивнула в сторону Паши, на что получила от меня толчок в ребро.

– Разве я не права? Лёша бы твой и половины не сделал из того, что он показал сегодня. Схвати его и не выпускай, иначе потом пожалеешь, что упустила.

– Да хватит уже нас сводить, мы с ним уже итак связаны по рукам и ногам, - шипела я на неё, показывая обручальное кольцо.

– В наше время ни кольцо, ни штамп, ни, тем более, ребенок не удержат мужика, если не будет чувств и искр. Он итак влюблен в тебя, но ты сделай так, чтобы его чувства к тебе увеличивались с каждым днем. Если бы мне дали выбор, то я бы указала на парня, который любит меня, а не того, кого выбрало бы моё сердце. Цинично? Да! Но это будет мой выбор. Но в вашем случае всё по-другому. Ты сама уже влюбилась в него, - вынесла она вердикт, отсаживаясь от меня и не давая мне возможности отвергнуть её умозаключения.

Только вот отрицать уже нечего…

Варвара

Что тут отрицать, когда все мои собственные чувства были написаны у меня на лице.

Разговор между нами сошел на нет. Оля отодвинулась от меня и вступила в разговор с Пашей. Дети определились с выбором еды и ушли в детскую комнату. Пиццерия предоставляла такую услугу — отдельную комнату для маленьких посетителей. Я же откинулась на спинку мягкого и удобного стула и наблюдала за подругой и Пашей.

Эти двое будто сговорились за моей спиной и активно толкали меня в объятия мужа. Ладно, Пашу можно было понять. Рядом жена, хоть и не восемнадцатилетняя девушка, но всё равно молодая, красивая. Кто выдержит находиться всё время рядом и не иметь возможности любить? Платоническая любовь любовью, только мужчине нужно и другое, как и женщине. Нежность, тепло, ласка, страсть. Я же рассчитывала на фиктивный брак. В самом начале, но вот у Паши оказались совсем другие планы. И никто не мог винить его в этом. Да и я не сразу раскрыла свои карты. Это он разгадал меня с первого же дня, как сделала ему предложение, и тут же заявил о своих серьезных намерениях. Ему нужна жена. Настоящая! Прошло совсем немного времени, и я готова была дать ему то, в чем он нуждался: семью.