Чтение онлайн

Куратор только кивнул, не сказав ни слова.

– Одежда для меня?

– Да, – Пир вскочил с кровати, – раз ты себя хорошо чувствуешь, сможешь подняться и примерить ее?

– Смогу. Я и ходить уже пробовал, – пожал печами Марк и не торопясь поставил босые ноги на уже знакомый холодный кафельный пол. Покрывало снова начало сползать, но он перехватил его и выпрямился во весь рост.

– Тогда тебе стоит надеть ее. Там, куда мы сейчас пойдем, голым не очень быть хорошо.

Одежда оказалась впору. Это был специальный тип вещей с автоматической подгонкой размера. Серые немаркие цвета. Понадобилось какое-то время и пару подсказок от куратора, чтобы освоить их. Найти и потянуть за нужные шнуровки, чтобы джаггеры и поло стали приталенными. Затем, то же самое сделать с обувью. Кроссовки практически не чувствовались на ногах, сидели плотно и облегали ногу внутри чем-то похожим на гель. Когда Марк справился со всеми вещами, то позволил себе посмотреть в зеркало у дальней стены. В отличие от первого раза, сейчас образ понравился ему куда больше. Оставалось лишь причесать торчащие волосы, но в планы куратора это не входило. Как только с одеждой было покончено, он кинул подопечному серебристый браслет.

– А это что? – спросил Марк, поймав его, – фитнес-браслет или часы?

– Всем этим он тоже может быть, – закивал Пир, – это твой ППК.

– ППК? Персональный компьютер?

– Угадал только первое слово! Парень, это персональный портативный коммуникатор. Сейчас модно иметь его как браслет. Так что у тебя крутая модель!

– Коммуникатор? Это типа, вместо телефона?

– Это типа вместо всего. Потом объясню. Пока просто надень его.

Марк пожал плечами и защелкнул ППК на своем запястье. В этот момент двери-купе распахнулись. Перед ними стояла женщина. Кто-то из персонала. Полная, небольшого роста, с короткой стрижкой и тоже с кантом на голове. Увидев стоящего Марка, она запричитала:

– Пир! Вы! – она выпучила на него глаза, – мы уже обсуждали эти моменты с Вами! Он сутки после анабиоза и два часа как отошел от сна!

– Все в порядке, – произнес тот будничным тоном, – он уже может ходить.

– Ходить? Он даже не вставал еще ни разу, не то, чтобы ходить!

– Правда? – куратор сделал изумленное лицо и повернулся к Марку, усмехаясь ситуации, – а мне сказал, что уже пробовал передвигаться! Марк, скажи же, что все в порядке.

Тот перевел взгляд с него на нее:

– Все хорошо, я и вправду уже могу ходить.

В ответ женщина лишь кинула на него мимолетный взгляд и снова переключилась на Пира:

– Его мышцы еще не готовы к таким нагрузкам!

– Мы аккуратно, как и всегда.

– Куда? Снова на крышу?

– Именно, милая, – подтвердил он и расплылся в улыбке!

– Я тебе никакая не милая! – парировала та сниженным тоном, – что, до вечера не могли потерпеть?

– Дела не ждут.

– Тогда с Элоном будешь сам утрясать вопрос… дорогой!

– Как скажешь!

Покачав головой, женщина скрылась обратно за дверьми так же быстро, как и появилась.

– Мне кажется, ей не очень нравится с тобой разговаривать, – заметил Марк, находясь в легкой растерянности.

– Ей не впервые. По статистике каждая третья женщина реагирует положительно на внезапное проявление сближения в словах. Будь то «милая», «дорогая», «родная» …

– Зачем нам на крышу? – прервал его тот.

– Сейчас ты все увидишь, пошли.

Легкая слабость и дрожь в коленях не дали Марку сосредоточиться на пути наверх. Просторный лифт с огромным экраном в стене привез их прямиком на крышу здания. Минута, и двери раскрылись. В нос ударил сухой уличный запах воздуха, наполненного пылью и электричеством. Чем еще может пахнуть будущее? Только озоном. Солнце ослепляло, чистое голубое небо простиралось до горизонта, плыли редкие белые облака.

– Подойди ближе, посмотри на это, – сказал Пир и указал рукой на перила у края крыши, за которыми открывался вид на современный мегаполис.

Марк замешкался. Вначале он увидел лишь высоту шестидесятого этажа. Чувствовал порывы теплого ветра, но шума самого города было не слышно. Бездна пугала, но через пару секунд он смог сосредоточиться на городском образе. Здесь не было летающих машин или дирижаблей в небе, о которых он успел пофантазировать. Люди не летали на ранцевых ускорителях и огромные космические корабли не заходили на посадку. Это был обычный город с множеством высоток и ничего более. Внизу так же ходили люди, двигались машины и виднелись дороги. Все было непримечательно за исключением одной детали, которая стала бросаться в глаза первой, спустя пару минут. Это огромные металлические дуги, тянущиеся от одной высотки к другой, затем к третьей и так далее. Будто рельсы огромного аттракциона они накрывали практически весь зримый город. В основном уходили на крышу зданий, но иногда соединяли их на больших платформах сбоку, словно на гигантском балконе. Несколько таких дуг шли и к их зданию.

– Что это такое?

– О, да, парень, – Пир слегка улыбнулся и почесал указательным пальцем лоб, – Многие замечают это в первую очередь. Этот ветро.

– Что?

– Ветро. Поезда ходят между зданиями над городом. Смотри.

Он указал рукой в сторону. Там, под одной из таких дуг парил на магнитном поле самый настоящий поезд, всего лишь с двумя вагонами и очень похожий на скоростной. Дуги служили ему большой магнитной монорельсой, по которой он ходил словно поршень. Когда поезд добрался до платформы соседнего здания, из него начали выходить с десяток людей. Стало понятно, что это была, одна из его станций. Часть осталась на месте, часть скрылась за турникетами дверей в здании, кто-то на лифте поднялся на его крышу, где находилась еще одна станция, судя по другим путям к ней.

– Завораживает, правда?

– Немного. Когда я смотрел на город в последний раз, такого еще не было, – Марк отвел взгляд, и посмотрел на своего куратора.

– Знаю, парень. Ты теперь старейший человек Земли! Тебе, наверное, Остовский говорил об этом. На самом деле, я рад, что для твоей адаптации выбрали именно меня. У меня к тебе тоже будет много вопросов.

– Тогда задавай…

– Нет, сначала ты.

– Легко сказать…

– Ну, обычно спрашивают о том, что бросается в глаза.

– В глаза… да, бросается. Люди.

– Что с ними?

– У некоторых я заметил на голове нечто похожее на диадему.

– Диадему? – Пир сморщил лоб.

– Да, полоса вокруг головы, как кант для волос.

– А-а, это нейронер.

– Что это?

– Устройство, помогающее стабилизировать и проецировать твои воспоминания при дейдрим-процедуре. Он очень популярен. По статистике только у каждого третьего его нет совсем.

Марк какое-то время помялся:

– Ты мне скажи вот что, только без обид… мне как-то сложно воспринимать то, что говоришь… Вернее не так. Я не всегда сразу улавливаю суть твоих слов, твоих предложений.

– Будто бы тебе что-то режет слух?

– Можно и так сказать, да

– Это нормально. За то время, что ты был в анабиозе, изменилась культура речи, культура общения. Произошла большая глобализация языка – многие слова смешались в разных диалектах. Так что это естественно, что ты не всегда понимаешь какие-то слова или фразы. Зато стало проще учить иностранные языки. Между прочим, многие лингвисты считают, что через сотню-полторы лет наступит полное объединение языков и все станут говорить на едином.