Сталин
Шрифт:
Сталин, испытав еще до революции в интеллектуальных спорах с оппонентами немало тягостных, порой унизительных минут, не смирился с ролью статиста в этих дискуссиях, а старался максимально расширить круг своих политических, теоретических знаний. При огромной загруженности (это удалось установить точно) Сталин весьма много работал над повышением своего интеллектуального уровня. В личном архиве Сталина сохранился один любопытный документ. Несмотря на пространность, приведу его полностью.
В мае 1925 года Сталин поручил Товстухе подобрать для себя хорошую личную библиотеку. Товстуха, поколебавшись, спросил:
– Какие книги должны быть в библиотеке?
Сталин, начавший было диктовать, внезапно остановился, сел за стол и в присутствии помощника почти без раздумий, в течение 10 - 15 минут, написал простым карандашом на листе бумаги из ученической тетради следующее:
"Записка библиотекарю. Мой совет (и просьба):
1) Склассифицировать книги не по авторам, а по вопросам:
а) философия;
б) психология:
в) социология;
г) политэкономия;
д) финансы;
е) промышленность;
ж) сельское хозяйство;
з) кооперация;
и) русская история;
к) история других стран;
л) дипломатия;
м) внешняя и вн. торговля;
н) военное дело;
о) национальный вопрос;
п) съезды и конференции (а также резолюции), партийные,
коминтерновские и иные (без декретов и кодексов законов);
р) положение рабочих;
с) положение крестьян;
т) комсомол (все, что имеется в отдельных изданиях о комсомоле);
у) история революций в других странах;
ф) о 1905 годе;
х) о Февральской революции 1917 г.;
ц) о Октябрьской революции 1917 г.;
ч) о Ленине и ленинизме;
ш) история РКП и Интернационала;
щ) о дискуссиях в РКП (статьи, брошюры);
щ1) профсоюзы;
ш2) беллетристика;
щ3) худ.критика;
щ4) журналы политические;
щ5) журналы естественно-научные;
щ6) словари всякие;
щ7) мемуары;
2) Из этой классификации изъять книги (расположить отдельно):
а) Ленина (отдельно)
б) Маркса ( - )
в) Энгельса ( - )
г) Каутского ( - )
д) Плеханова ( - )
е) Троцкого ( - )
ж) Бухарина ( - )
з) Зиновьева ( - )
и) Каменева ( - )
к) Лафарга ( - )
л) Люксембург ( - )
м) Радека ( - )
3) Все остальные склассифицировать по авторам (исключив из
классификации и отложив в сторону: учебники всякие, мелкие
журналы, антирелигиозную макулатуру и т. п.).
29.V.25 г. И. Сталин"368.
Учитывая, что это был фактически моментальный набросок, а также принимая во внимание уровень "книжной цивилизации" того времени, нельзя не признать определенную широту взглядов Сталина. Во главу угла Сталин поставил, как видим, составные части научного социализма, историю, некоторые конкретные области знания, связанные прежде всего с политической деятельностью и борьбой с оппозициями. Заметно беднее список персоналий, в котором кроме Ленина основоположники научного социализма, а также те, с кем он полемизировал или будет полемизировать. В списке нет таких корифеев мысли, как Гегель, Кант, Фейербах, Руссо, Декарт, Дидро, многих других социалистов-теоретиков.
Я уже говорил, что об угаснувшем разуме, его тайниках рассуждать очень трудно. Но остались дела, идеи, материализованные в поступках, свершениях, позволяющие судить о секретах, особенностях интеллекта. В случае со Сталиным немало пищи для размышлений дает его библиотека, "следы" в ней самого Сталина. На страницах очень многих книг из библиотеки в Кремле, в Кунцево, в квартире подчеркивания, пометки, замечания на полях. На некоторых книгах стоит экслибрис: "Библиотека No... И.В. Сталина". Напомню, что все тома первого издания Собрания сочинений В.И. Ленина испещрены подчеркиваниями, галочками и восклицательными знаками на полях. К некоторым работам Сталин, по-видимому, обращался не раз, ибо отдельные строки из статей подчеркнуты неоднократно и красным, и синим, и простым карандашами. Больше всего Сталина интересовали мысли Ленина о диктатуре пролетариата, его борьбе с меньшевиками и эсерами, выступления на съездах партии.
Из своих современников Сталин чаще обращался к Бухарину и Троцкому. Например, брошюра Бухарина "Техника и экономика современного капитализма", изданная в 1932 году, вся испещрена красным карандашом "вождя", особенно выводы Бухарина о соотношении производительных сил и производственных отношений. На книге М. Смоленского "Троцкий", вышедшей в Берлине в 1921 году, подчеркнуты все те места, где критически оценивался сталинский непримиримый оппонент: "Троцкий - колюч и нетерпим", "эта натура властная, любящая повелевать", "политический властолюбец", "Троцкий - гениальный политический авантюрист"369 и другие. Сталин где мог искал аргументы против своего антипода. Видимо, много аргументов для борьбы с ним Сталин взял из брошюры Л. Троцкого "Терроризм и коммунизм", изданной в 1920 году. Так же тщательно изучены книги Г. Зиновьева "Война и кризис социализма", Л. Каменева "Н.Г. Чернышевский", А. Бубнова "Основные моменты в развитии компартии в России", И. Нарвского "К истории борьбы большевизма с люксембургианством", Я. Стэна "К вопросу о стабилизации капитализма" и другие. Все, что касалось "борьбы", не оставалось вне поля зрения Сталина.
Постоянный, устойчивый интерес на всю жизнь Сталин сохранил к исторической литературе, и прежде всего к жизнеописаниям императоров и царей. Книги И. Беллярминова "Курс русской истории", Р. Виппера "Очерки Римской империи", А. Толстого "Иван Грозный", сборник "Романовы" и другие изучались весьма тщательно. В 30-е и 40-е годы в его библиотеке были собраны учебники истории для средней школы и вузов, и все - с его пометками370. Нетрудно заметить, что в освещении (соответствующим образом) отечественной истории Сталин видел один из важнейших рычагов единовластия, формирования общественного сознания.
Помощники докладывали Сталину обо всех интересных, по их мнению, материалах из периодической печати, толстых журналов. В перерывах между работой над деловыми бумагами "вождь" иногда отвлекался на 30 - 40 минут и брал в руки новинки художественной литературы, листал статьи в журналах. Иногда после чтения нажимал кнопку звонка, входил помощник, и Сталин просил позвонить тому или иному писателю, руководителю творческого союза и передать его пожелания и замечания. Бывали случаи, когда он сам брался за перо. Пролистав "В степях Украины" Корнейчука, сразу же написал короткое письмо: