Шрифт:
Соприкосновение миров
Алексей нервно сжал папку с документами, которую сунули ему перед выездом с предприятия. Тут все, что нужно было знать о человеке, к которому он едет. Вообще, все это было довольно необычно. Разработки в Заслоне почти никогда не затрагивали людей непосредственно, но в угоду последним изменениям в политике компании, менялась и специфика работы.
— Леш, че приуныл? — толкнул своего подчиненного в плечо Юрий Евгеньевич, старший научный сотрудник лаборатории, которая до этого года занималась лишь разработкой автоматических систем управления. — Не ссы, я тоже впервые к своему иду…
Мужчина выдернул у молодого инженера папку и открыл самую первую страницу. — Да вы еще и одногодки с ним. Небось, поладите…
Алексей попытался выхватить аналогичную папку у своего руководителя, но тот инстинктивно увернулся. Немного подумал и сам, лично, отдал документы. — Ничего секретного. Мой тоже молодой. Легкая контузия и травматическая ампутация левой руки выше локтевого сустава.
— У моего обе ноги, выше колена… — парень с досадой выдохнул. — Как ни крути, а с руками работать интереснее, наверное…
— Не жалуйся. Тут даже я пока мало понимаю, как все это делать, — мужчина зашел в лифт и нажал кнопку нужного ему этажа. Алексей сделал так же, только этаж ему нужен другой. Вот и разойдутся они сейчас с руководителем.
— Юрий Евгеньевич, вам не кажется, что мы полезли совсем не туда, куда надо?
— Нууу… — почесал облысевший затылок старший научный сотрудник. — Не кажется.
— Вот всегда вы так… Из-за этой войны появилось дочерта инвалидов и калек, и мы вдруг переключились на них… Неужели нельзя было продолжать заниматься автоматикой и не лезть в оборонку? Или это настолько прибыльно?
— Говоришь, как либерал, — старший не удержал ехидный смешок. — Мы тут, чтобы людей на ноги ставить! И война тут не причем…
— Ага, как и гранты на реабилитационное оборудование от государства…
Мужчина поставил звонкий и болезненный щелбан парню. — Завязывай. Ты сам придумываешь эти причинно-следственные связи. Папку открой еще раз и посмотри, с чем работаешь! Что плохого в разработке протезов, а? Мы же не начинку для баллистических ракет делаем. Да и никакая это не оборонка. Так… Медицина.
Двери лифта распахнулись, и папка залезла обратно подмышку Алексею.
— Хорошего дня, Юрий Евгеньевич…
— И тебе. И мысли прибери. Это работа на благо людей, а не на благо войны.
— Понял я, понял… — инженер расслабил удавку галстука, а через пару мгновений и вовсе его снял, сунул в карман пиджака.
Секундное дело — пролететь на лифте пару этажей. Но чем ближе кабина была к нужной отметке, тем тревожнее становилось Алексею. Там, в палате, его ждет бедолага, что всего на пару месяцев старше его самого. Вот только он уже лежит без ног, с контузией, и, скорее всего, с жутким посттравматическим расстройством. Очередная жертва войны. Как и многие в этом реабилитационном центре.
— Бред какой-то, — выругался парень, выходя из лифта. У него все еще в голове не укладывалось, как их, инженеров, которые добились отличных результатов в разработке всевозможных систем автоматизации производств и процессов, направили сюда. Заниматься разработками на новом направлении, в котором они вообще ничего не смыслят. Вот, вообще ничего. Поставили старые разработки на поток и швырнули на новые, да еще и такие… своеобразные.
Палата «семьсот пятнадцать» становилась все ближе, как становились ближе шум и гомон. А когда Алексей подошел вплотную к двери, то стало ясно, шумят именно тут. Он дернул на себя ручку, и хохот резко прекратился.
Парой неуверенных шагов инженер зашел в палату, оказавшись под пристальным взглядом целой кучи глаз.
— Так, — звонко хлопнул в ладони мужчина, лежавший на единственной в палате койке. — Все на выход, народ! Шуруйте по своим палатам!
Посетители начали медленно выползать из комнаты, кто-то опирался на трость, кто-то шагал на костылях. Некоторые шли вполне себе уверенно, ноги были целыми. — Жекос, ты заходи в гости, окей?
Неуместная шутка породила целую волну хохота.
Евгений, что с самого утра ждал прихода инженера, с ухмылкой глянул на товарищей. А потом на покрывало, которое отчетливо вырисовывало недостаток. — Обязательно! Прибегу, мать вашу!
Солдат хотел швырнуть подушку в своих друзей-шутников, но те мигом скрылись. В палате повисла тишина.
— Добрый день, меня зовут Алексей, — инженер протянул руку. — С сегодняшнего дня будем с вами сотрудничать.
— С тобой, — Женя крепко пожал руку. — Давай сразу на «ты». Женя.
— Оукей… — неловко выдавил Леша. — Так… Эмм…
— Ну… — почесал щетину на лице пациент.
— Ага… — пытался собраться с мыслями инженер. — Ладно. Я понятия не имею, с чего мы начнем. Но мы начнем, ладно?
— Без проблем, доктор. Давай, сделай мне новые ноги, — Евгений дернул файл с договором с тумбочки, до которой с трудом дотянулся. — Такие ведь условия нашего сотрудничества, да?
— В целом, да… — табурет со скрежетом проехался по кафельному полу. — Ну, начнем опрос…
— Ага, давай.
— Как самочувствие?
— Лучше всех, — весело ответил пациент.
— Сколько времени проходит реабилитация?
— Ну… чалюсь я тут уже пару месяцев.
— Осложнения при формировании культи, дискомфортные ощущения, есть что-нибудь?
— Да… Да, есть, — улыбнулся странной улыбкой Евгений. — Есть одно. Иногда я не могу нащупать ноги!
Женя громко рассмеялся, и это вызвало неподдельный дискомфорт для Алексея. Уж такого он точно не ожидал. Ждал другого. Тихого паренька, который будет с трепетом относиться к проделываемой работе.
— Эй, док, а новые ноги будут уметь летать?
— Че?
— Ну, как у крутого робота, как у суперсолдата?
— Нет, погоди…
— А! Нет! Круче! Хочу, чтобы они могли стрелять!