Чтение онлайн

На полном ходу он спустился с Толлы вниз. Нет, никто его не уволит.Набирая скорость, он помчался к автостраде, чтобы слиться с десятками других машин, спешащих к развлечениям субботней ночи. Его манила «Тартана», где было много немок. Он думал о теплой белой груди какой-нибудь разбитной девахи — все равно какой, лишь бы прижаться и окончательно очистить мозги.

Кристиано мотал головой в такт музыки: тынц-тынц-тынц. Везет же парню, такого не прошибешь.

Обгоняя машину за машиной, Алессио думал о девушках. Вернее, даже не о девушках, а о молодых женщинах, которые приносили еду мужу и брали с собой малышей. «Вон папа, вон», — показывали они на чумазых мужчин. Дети своих отцов не узнавали, зато им нравились экскаваторы и погрузчики — они хлопали ручонками, как в цирке.

Алессио их понимал — он бы тоже похлопал, если бы его отец управлял такой машиной. Он бы им гордился. А молодые женщины, может, и не были такими же красивыми, как девчонки на дискотеке, но улыбки на их бледных, ненакрашенных лицах были очень даже. Если бы Элена его не бросила, если бы не пошла в университет, она бы тоже ходила его навещать, приносила бы еду, а он бы показывал своему сыну, каким классным может быть экскаватор.

Алессио со всех сил вцепился в руль. Ему всегда было гораздо проще объясняться на кулаках.

Теплая грудь, к которой можно прижаться, — вот что действительно имело смысл.

Анна приходила в восторг, как только видела воду.

Она швыряла рюкзачок с полотенцем где придется и с разбегу мчалась в море. В море она заходила все дальше и дальше, пока не становилось глубоко, и только тогда ныряла. Она скользила животом по волнистой поверхности песка и через несколько метров, когда легкие уже готовы были взорваться, стрелой вылетала на поверхность.

Морское дно манило ее. Ныряя, она запускала пальцы в песок, старалась найти красивые камушки и ракушки. Соль жгла глаза, но она не замечала этого.

Франческа, наоборот, выжидала.

Казалось, что на пляже на ее четкий профиль падает больше всего света. Нежась в золотистых лучах, Франческа позволяла жадным взглядам шарить по ее телу. Но эти взгляды не волновали ее.

Она подолгу стояла в полосе прибоя, погружая в песок пальцы ног, потом медленно заходила в воду, смачивая сначала живот, потом руки. Наконец, когда Анна была уже почти у буйков, Франческа ныряла с изяществом русалки.

Сейчас Анна каталась по песку, чтобы, измазав как следует купальник, броситься в море — отмываться. Франческа посматривала на подругу, но не решалась последовать ее примеру.

— Ну же, Франческа, иди сюда!

Смуглая девочка заливисто хохотала. Она вся была в песке и водорослях, но ей это нравилось.

— Анна, берегись!

К ней подбежали ребята. Масси схватил ее за руки, Нино за ноги, и — раз, два, три! — девчонка полетела в воду.

Наглотавшись соленой воды, она, отплевываясь, выскочила на берег и снова стала каталась по песку.

Когда ребята забивали столбы в прибрежный песок, чтобы поиграть в футбол или волейбол, обе девчонки были тут как тут.

Семнадцати-, восемнадцатилетние парни с улицы Сталинграда не сводили с них глаз. «Мне, мне! Сюда, сюда!» — вопили черненькая и беленькая. Захваченные борьбой, кроме мяча, они, казалось, ничего вокруг не замечали.

Ровесницы Анны и Франчески, подобно Лизе жарившиеся на пляжных полотенцах с картами в руках, смотрели на все это с завистью. Лиза так вообще чувствовала, что в душе ее поднимается волна бешенства. Проститутки, думала она, носятся за парнями, на их глазах приспускают лифчик, делая вид, будто сам слетел. Конечно, играть в карты не слишком-то весело, но… не уподобляться же этим!

Лиза прекрасно понимала, что ей-то уж точно не быть в центре внимания парней. Ее удел — сражаться не на жизнь, а на смерть с собственным отражением в зеркале. А Анна с Франческой… эти разбитные девицы постоянно, каждую секунду, доказывают, что они — лучшие, что они — победительницы, сейчас и навсегда.

Доната тоже была на пляже. Она наслаждалась зрелищем моря и ничего не имела против двух девиц, что метались среди мальчишек. Сидя в инвалидном кресле, она могла только смотреть. Вряд ли кто-нибудь предложит искупать ее. Ее просто забывали под пляжным зонтиком, но Доната не чувствовала себя забытой — она наблюдала и размышляла. Она не желала зла красивым девочкам — ни Анне, ни Франческе. Если бы не болезнь, она бы хотела быть такой же, как они.

Выйдя из воды, Анна прошла мимо Лизы и ее подруг, таких же каракатиц, не удостоив их и взглядом. И все же, наступив на полотенце толстой Рафаэлы, она не удержалась от гаденькой ухмылки. Ах, бедняжки! Потом она приветственно махнула Донате рукой.

Не обязательно быть еще и жестокой, если ты красивая, подумала Лиза. Если бы Анна упала со скалы и ее лицо покрылось шрамами, это было бы правильно. Справедливость восторжествовала бы, если бы у Франчески вдруг нарушился обмен веществ и ее ляжки распухли, как у коровы.

Подумаешь, смотрят на них! Если все время тереться о парней, скакать у них на шее и трясти сиськами, рано или поздно кто-нибудь на это точно поведется. Даже если ты и не самая красивая.

Нино бросил мяч и помчался за Франческой в сторону душевых кабинок.

— Молодец, Франческа, что и говорить, — сквозь зубы пробормотала Лиза. — Похлопаем Франческе! Что ты скажешь на конкурсе «Мисс Италия»? «Я — простая девушка, девчонка из соседнего двора…»

— Поменьше бы хвост распускала, — буркнула подруга Лизы с полотенцем на слишком полных бедрах.

Франческа залезла под душ и начала свое представление.

— Так нельзя, — смеялся Нино, — с мужчинами так не поступают!

— Нет, гляньте на этого козла! — исходили желчью дурнушки. — Уже спекся!

Франческа терла ноги, чтобы смыть с них соль, и посматривала на Нино сквозь струю воды. Нино сдерживался из последних сил. Наконец его терпение лопнуло. Он шагнул под душ и поднял Франческу на руки.

— Дурак, на нас все смотрят! — Франческа, смеясь, вытолкнула парня из открытой кабинки.