Чтение онлайн

Если бы знать, какими средствами мы располагаем, то угроза наводнения была бы не столь велика.

– Госпожа? – отвлек меня от рассуждений Нарайян.

– Извини. Пытаюсь понять, что я делаю здесь. Со мной так бывает.

Он понял меня буквально и стал говорить о мести и о том, как следует реорганизовать Отряд.

– Знаю, Нарайян. Но я устала.

– Тогда отдохните. Скоро вам понадобятся силы.

– Что ты имеешь в виду?

– Желающие узнать о судьбе своих соплеменников собираются явиться сюда. Вести о нас уже достигли ушей коварных жрецов и даже проникли во дворец. Наверняка они захотят встретиться с вами, чтобы попытаться перехитрить вас.

– Вы правы.

Вернулся Рам с полдюжиной человек и какими-то картами. Никто из пришедших не участвовал в моем походе на север. Они нервничали. Показали мне три места, которые, с их точки зрения, отвечали моим требованиям.

Одно я отвергла сразу – там была деревня. Остальные тоже оказались малопригодными. Значит, придется искать самой.

Вот и занятие, чтобы убить время.

С годами я, как и Костоправ, становлюсь саркастичной.

Поблагодарив, я отослала их. Несколько минут отдыха пойдут мне на пользу. Как сказал Нарайян, скоро толпа начнет осаду. И у нас могут быть проблемы с теми, кому не терпится увидеть своих родных.

Я отволокла свои вещи в уже знакомую мне с прошлого раза маленькую комнату, где я жила тогда одна, и рухнула на лежанку – все тот же камень, прикрытый тряпкой.

Просто капельку отдохну.

Прошло несколько часов. Мне снился сон. Я с трудом вернулась в реальность, когда меня разбудил Нарайян. Я как раз пребывала в пещерах древних предков. И голос, зовущий меня, звучал теперь громче, настойчивей, требовательнее.

– Что за шум?

– Родственники оставшихся у Дежагора. Я просил, чтобы они проходили по одному, но они устроили настоящее столпотворение – толкаются, пихают друг друга. Их уже около четырех тысяч – и все еще продолжают идти.

– Почему раньше не разбудил меня? Уже темно.

– Вы нуждались в отдыхе. К тому же идет дождь. К счастью.

– Да, кого-то удержит дома. – Любое решение их проблемы требует времени. – Перед тем как идти на юг, мы устроили парад на какой-то площади. Не помню, как она называется. Выясни это. И скажи тем, у ворот, чтоб собирались там. А воинам вели, как только распогодится, приготовиться к короткому параду. Раму прикажи приготовить мои доспехи, шлем – не надо.

Пять тысяч человек собрались на площади. Перед этим морем фонарей, факелов, светильников я появилась верхом на своем жеребце, а позади меня – ряды воинов. Мой голос звучал в полной тишине.

– У вас есть право знать, какая судьба постигла ваших близких. Но и у моих воинов, и у меня впереди еще немало дел. Если вы нам поможете, мы быстрее справимся с ними. Но если вы станете устраивать беспорядки, мы никогда не решим наших проблем. – На таглианском я говорила теперь значительно лучше. Меня понимали.

– Я буду указывать на кого-нибудь из вас, а вы четко и громко выкрикнете имя человека, о котором хотите узнать. Если кто-нибудь из моих воинов знает его, он скажет об этом. Подойдите тогда к этому воину. Но разговор ваш должен быть коротким и спокойным. Если новость окажется плохой, держите себя в руках. Кроме вас есть и другие, им тоже хочется узнать о судьбе своих близких. И надо дать им возможность услышать ответ на свой вопрос.

Я сомневалась, что все пройдет гладко. Это был всего лишь жест, который, как я надеялась, вне коридоров власти будет воспринят с теплотой.

Мои слова воздействовали на толпу даже больше, чем я предполагала. Таглианцы, надо отдать им должное, народ миролюбивый и обычно поступают так, как им велят. А когда поднялся шум, мне достаточно было заявить, что, если он не прекратится, мы немедленно оставим площадь.

Некоторых воинов забросали вопросами. Я попросила Нарайяна пройтись по рядам и объявить тем солдатам, кто, по его мнению, проявил трудолюбие, инициативу, усердие и преданность делу, что им предоставлен короткий отпуск. Он также должен был объяснить отлынивающим от работы, почему они оставлены дежурить. Политика кнута и пряника.

И это помогало. Даже юнцы вели себя как следует. Целую ночь мы отвечали на вопросы, но сумели удовлетворить любопытство лишь половины собравшихся. Я неоднократно упоминала о могиле Могабы и о том, что количество людей, оказавшихся в засаде при Дежагоре из-за предательства Джахамара Джа, неизвестно. Это звучало так, будто те, о ком мы не могли ничего рассказать, находились в осажденном городе.

Большинства, наверное, уже не было в живых. Политика кнута и пряника, игра на чувствах – я преуспела в этом настолько, что, кажется, и во сне могла бы делать то же самое.

Явился посыльный. Он сообщил, что в казармах меня ждут жрецы.

– Долго же они собирались, – пробормотала я. Интересно, почему они запоздали? Были растеряны или ждали момента для открытого столкновения? Впрочем, им все равно пришлось бы ждать, пока мы закончим.

Дождик прошел. В сущности, его и не было, так, чуть-чуть покапал.

Площадь опустела. Я спешилась и пошла рядом с Нарайяном. Теперь нас было на семьдесят человек меньше. Он многих отпустил.

– Ты заметил летучих мышей? – спросила я его.

– Да, Госпожа. – Он был озадачен.

– Это не какое-нибудь знамение Кины?

– Не думаю. Но я не жрец.

– Но они здесь не просто так.

– Что?

– Это говорит о том, что здесь шпионы Хозяев Теней. Издай указ по Отряду. Всех летучих мышей убивать. И, по возможности, выяснить места гнездовий. Любого чужеземца сразу брать на заметку. Среди населения пустите слух: опять появились шпионы. У меня просто руки чешутся разделаться кое с кем.

Скорее всего, все закончится тем, что нас засыпят доносами на людей, которые никакого отношения к этому не имеют. Хотя… Некоторые из них, может быть, и не столь невинны. Вот им и надо пересчитать зубы.