Чтение онлайн

Рядом — неповрежденное устройство. В нем — тело сталтеха. И снова, чуть дальше, — пустое пространство, вырванные крепления, обрывки энерговодов, искаженные компьютерные терминалы.

«Неужели вот тут, в одной из загадочных камер, когда-то находилась и я? — обожгла разум Лозы внезапная догадка. — Что стало бы со мной, если б не пульсация, вырвавшая несколько саркофагов и переместившая их вместе с тоннами вещества в недра бункерных зон Академгородка?».

— Все камеры соединены попарно. — Из темноты появился Апостол. — Вот только я не понимаю смысла. Почему одни предназначены для людей, а другие для киборгов?

Дарлинг пожала плечами. У нее не было ответа на заданный адептом вопрос.

— Егор? — позвала она.

Аскет появился из темноты, словно тень.

— Нужно отыскать носители информации. — Он произнес это ровно и сухо, как будто за истекшую минуту задавил в себе все человеческое. — Пока механоиды не добрались до них первыми. Здесь мы уже никому не поможем. Поднимаемся уровнем выше, в вычислительный центр.

Цитадель Ордена

— Пульсация прошла, но маркеры, демонтированные с механоидов, не сработали, — произнес Хантер. Он сидел за столом. В кабинете, помимо него и Шепетова, присутствовал Приор Глеб.

— Еще не все потеряно, командор, — ответил генерал. — Спецы полагают, что мощность пульсации оказалась ниже необходимого минимума. Я пока не отзываю боевые группы.

Хантер кивнул. Первая неудача не сломила его, не уничтожила надежд. Он был готов пробовать снова и снова.

— Генерал, есть новая информация. Об эксперименте, затеянном Хистером, ты уже знаешь?

Иван Андреевич кивнул. За неделю, проведенную в Ордене, ему несколько раз становилось по-настоящему жутко. Оказывается, находясь за Барьером, во Внешнем Мире, сложно понять, какие чудовищные вещи происходят тут, в отчужденных пространствах.

— Сегодня речь пойдет о необычном существе, захваченном группой Приора Глеба в ходе преследования Максима, — продолжил Хантер.

— Я понимаю, он — сталтех? Один из тех, что атаковали прототип тоннельной установки в Пустоши?

— Не совсем. — Хантер сделал знак Приору: — Давай дальше!

Глеб кивнул.

— Благодаря анализу фрагментов, собранных военной разведкой, нам удалось полностью реконструировать облик и восстановить некоторые структуры существ, вторгшихся в пространство Пустоши. Их можно назвать сталтехами, но с определенными оговорками. Скажу больше: в нашем понимании они не являются изделиями техноса, а тот, что захвачен в Новосибирской зоне, вообще уникален.

Глеб включил голографические экраны.

— Как вы видите, генерал, справа — реконструкция, созданная на основе фрагментов, слева — существо, захваченное в Новосибирской зоне отчужденных пространств. Их облик идентичен, но во внутреннем строении мы нашли ряд существенных отличий. Киборги, действовавшие в Пустоши, несут в себе минимум биологических компонентов, их системы работают от энергии «Сердца зверя», управляют ими колонии наномашин, соединенных с живыми нервными тканями.

Теперь взгляните сюда. — Он указал на второй экран. — Сталтех, упорно преследовавший Макса, оснащен энергоблоками иного типа, наличие скоргов в данном образце кибернетического организма минимально. Мы тщательно исследовали его и пришли к выводу: наномашины нанесены тонким слоем на все детали и выполняют функцию защиты.

— По принципу скоргофагов? — уточнил Шепетов.

— Да. Защитный слой активируется при непосредственном контакте с дикими скоргами и уничтожает их. То есть изготовители этого киборга знакомы с данным типом угрозы и нашли эффективный способ защиты от нее. Пока это вся информация.

— В каком он состоянии?

— Поврежден, — скупо ответил Приор. — У него иссякла энергия — блоки питания разряжены. Мы поместили его в специальный бокс. Живые ткани получают необходимые питательные вещества, но подавать энергию к ядру системы мы пока что опасаемся. Дальнейшее изучение внутренних структур подскажет нам способ реактивации его кибернетических компонентов. Мы будем предоставлять отчеты о проводимых исследованиях.

— А что с Максом? — спросил Шепетов.

— Он пришел в себя. Мнемотехническая операция прошла успешно. Скорги, внедренные в его мозг, обезврежены. С остальными изменениями Максу придется смириться. Главное — его разум не пострадал, он не подвластен ни Хистеру, ни техносу.

— И что с ним будет дальше?

— Посмотрим, — уклонился от прямого ответа Глеб. — С ним постоянно работает Антрацит. Он отличный мнемотехник, к тому же Макс его знает лично. Думаю, через недельку-другую вы сможете сами пообщаться с Максимом.

На самом деле Приор Глеб преуменьшил прогресс выздоровления и адаптации Макса.

Он пришел в сознание на второй день после мнемотехнической операции и уже пережил все самое страшное, связанное с осознанием произошедших в нем изменений.

Что осталось в нем от сталкера и человека?

Ответа Максим не находил.

Да и как его найдешь, находясь под постоянным наблюдением, в стенах лаборатории?

«Нужно вырваться отсюда, любым способом», — думал он.

Постепенно план обретения свободы обретал конкретные черты, но для его реализации требовалась помощь Антрацита.

Сегодня он наконец решился поговорить с ним.

— Антрацит.

Мнемотехник, следивший за показаниями приборов, обернулся.

— Хочешь встать?

— Пожалуй.

— Ну, давай сам.

Максим сел, затем опустил ноги, коснулся ступнями пола.

Было жутковато смотреть на себя. Каждый раз, замечая обширные участки металлизированных пятен на коже, чувствуя, как мышцами движет энергия «Сердец зверя», он начинал рефлексировать.

«Мне нужно вырваться отсюда, — вновь и вновь мысленно повторял он. — Иначе я сойду с ума, никогда не пойму: кем стал и смогу ли жить с такими изменениями?».

— Ну? — Антрацит подошел к койке.

Максим спросил, не глядя на него:

— Среди моих вещей было небольшое устройство. Размером с ладонь. Плоское, с экраном и несколькими сенсорами. Оно уцелело?

— Да. Есть такое.

— Ты включал его?

— Пробовал, но ничего не вышло. Ни один сенсор не реагирует на касание.