Старатели. Специалист

Калем только было заснул под монотонный гул, иногда прерывающийся кряхтеньем и шипением работающей на последнем издыхании системы жизнеобеспечения, когда до его чутких ушей донеслись чьи-то шаги.

Он проснулся мгновенно, но тут же успокоился, расслабился – по коридору кто-то бежал. А бегать по кораблю мог только Вилли – длинный, худой как щепка и неимоверно верткий типчик, которого Калем нанял на «Обломке» – станции, где собирался всякий сброд вроде контрабандистов, старателей, наемников и тому подобного люда.

Вилли Калем совершенно не опасался. Другое дело Шарк – этот здоровяк был опасен, и Калем справедливо предполагал, что именно он решит поднять бунт на корабле, прихлопнуть Калема и свалить куда подальше.

Но у Шарка совершенно другой шаг – размеренный, тяжелый, такой же, как и сам Шарк, – большой, грузный. Когда он идет по коридору корабля, кажется, будто стены содрогаются.

Впрочем, Калем многое повидал в жизни и знал, что опасаться нужно не только здоровяков. Даже такой доходяга, как Вилли, может тебя прикончить, а потому нужно всегда быть настороже…

Но сейчас он не боялся. Вздумай Вилли его убить – он бы не бежал сломя голову, грохоча подошвами по рифленой палубе, а крался.

Калем несколько секунд вслушивался в приближающиеся шаги, а затем расслабился. Нет, в этот раз ему бояться нечего.

А что касается Вилли, то он, скорее всего, бежит к какой-то из установок, которая вышла из строя, или вот-вот выйдет. Тут Калем готов был всецело признать свою вину – на «Обломке» выбор кораблей был довольно широким, но он решил сэкономить – взял старенький «Молот», нанял команду ремонтников (тех, что брали подешевле) и приказал навести порядок.

Собственно, сколько на корабль и его ремонт потратил, такое качество в результате и получил.

Этот летающий гроб совершенно никуда не годился. Ну и хрен с ним! Работенку они уже почти сделали. Последний «рывок», и можно будет отправляться назад, на «Обломок», где поделят деньги и разбегутся. Ну а «Молот» Калем продаст.

Меж тем шаги, доносящиеся из коридора, приближались и звучали уже прямо за дверью каюты Калема. В какой-то момент они вдруг затихли.

Калем поморщился. Вилли за ним, что ли, пришел? И зачем? Час назад ведь ушел с мостика, чтобы отдохнуть, и на тебе. Может, все-таки мимо пройдет?

Ответом на этот вопрос был грохот – Вилли изо всех сил лупил кулаком по двери.

– Калем! Эй, Калем! Босс! Просыпайся!

Калем тяжело вздохнул, поднялся с койки и, шаркая ногами, направился к двери.

– Ну, чего там? – буркнул он.

– Кажется, наш «клиент» прилетел. Только-только из гиперпростраства вышел.

– Так чего ты тут трешься, олух? – возмутился Калем. – Не мог матюгальники включить или боевую тревогу на худой конец? На мостике, что, никого нет?

– На мостике Шарк, – ответил Вилли.

– Ну? А ты чего приперся? Работы нет? Корабль осканировал? Маршрут просчитал?

– Да я… – растерянно начал Вилли.

– Ни хрена, значит, не сделал, – вздохнул Калем.

М-да… сэкономил на экипаже – теперь с этими идиотами одни проблемы.

– Да я задачи бортовому компьютеру поставил – он все сделает, – обиженно заявил Вилли.

– Хоть что-то догадался сделать… – буркнул Калем и добавил уже в полный голос: – Сейчас приду, а ты бегом назад, на мостик! Чтобы весь расклад был!

– Да сделаю, сделаю… – Вилли тут же развернулся и бросился бежать в обратную сторону.

Идиот… Ну что стоило по внутрикорабельной связи Калема вызвать?

Он тяжело вздохнул и принялся напяливать бронескаф. Пока, конечно, рано, но мало ли, как все повернется – потом время тратить не надо будет.

Ну и плюс Калем опасался, что его «команда» вновь начнет бузить, если выяснится, что корабль, который они засекли, им «не подходит».

Вилли до сих пор стонет, что они два дня назад пропустили мелкого торговца из Золотого мира. Вот у кого на борту полно товаров, которые можно продать за приличные деньги.

Ну а Шарку вообще плевать, кого брать на абордаж, лишь бы без дела не сидеть. Очень он это не любил… И не умел. Вот как раз на Шарке Калем экономить не стал, хотя тот и просил за наем сумму, которой бы хватило на двоих, а то и троих головорезов. Но… Шарк своих денег стоил. Сколько ходило историй о том, как Шарк с легкостью прикончил патрульных, решивших схватить его в порту. Сколько было легенд о том, как он, приняв в грудь залп из двух или трех импульсников, убивал противников.

Ну, еще бы, будь у самого Калема такой скафандр, он бы, может, и не нанимал бы боевика. У Шарка бронескаф был великолепный: мало того, что относительно свежей модели, многофункциональный, так еще и полноценный боевой. К тому же пластины брони были покрыты армпластом, как в экзокостюме космодесанта ВКС. Неудивительно, что Шарк лез в абордаж, никого и ничего не боясь…

Что касается Калема, то его скаф был хоть и проверенным, надежным, но слишком уж старым. А о броне нечего было и говорить. От попадания из гражданского импульсника или от выстрела из «ОСЗ-2» (это Калем даже проверить успел, когда вместе с картелем пыли грабил несговорчивых колонистов на отдаленной планете) бронескаф спасти мог, но если пальнуть из чего-то посерьезнее…

Однако Калем своим скафом дорожил. Еще бы – когда он его купил, тот стоил бешеных денег, а уж по функциональности контрабандисту (а именно им в то время Калем и был) большего и не нужно.

Наконец, Калем облачился в скафандр и, покинув свою каюту, направился к мостику.

Их «Краконош» был кораблем небольшим, так что добраться до мостика было вопросом пары минут.

Когда Калем проходил один из перекрестков, одна из настенных ламп вдруг погасла.

– Чертова рухлядь! – Калем с силой ударил по защитному плафону, заставив лампу вновь включиться.

Все тут разваливается, все сыплется и отключается. Может быть, когда-то «Краконош» и остальные корабли серии «Молот» были грозными, быстрыми и надежными, однако времена эти давно прошли. Теперь это старое корыто, которое лишь по воле судьбы не развалилось, а его системы и вовсе работают на честном слове. Их ресурс выработался еще в прошлом десятилетии, и многочисленные латки, костыли, дополнительные кулеры охлаждения и прочие «модификации», вносимые бесчисленными владельцами корабля, проблем не убирали, а лишь незначительно отсрочивали неизбежную гибель корабля. Вполне возможно, этот полет для «Краконоша» станет последним…