Чтение онлайн

И тот закрыл глаза, но не потому что боялся горящих напротив глаз, которые становились все больше и ближе, или боялся странного, теплого и даже понимающего голоса. Просто он понял — предложить нечего. А счастливее, чем сегодня, Кильку он ни видел ни разу.

Галя сидела на крыльце, кутаясь в серый платок, который нашла среди принесенных местными вещей. Платок большой и плотный, связанный из толстой неровной шерстяной нити. Слишком теплый для летнего утра, но ничего другого все равно нет.

Петухи старательно дёрли горло, перекрикивая друг друга. Над зеленым горизонтом, утыканным крышами домов, разливался очередной рассвет.

Степан проскочил мимо, буркнув что-то невнятное и не оглядываясь, почти побежал куда-то в сторону. У калитки чуть не столкнулся с входящим во двор Сашкой.

— Куда это он? — Сашка остановился рядом, смотря сверху вниз. В руках он держал глиняный кувшин с завязанным тряпкой горлышком и завернутый в тряпку хлеб. Молоко пахло так сильно, что захотелось отобрать и отпить прямо так, даже не наливая в кружку. Галя подняла на Сашку глаза. Раз — и его взгляд из нейтрального стал любопытным и пристальным. Ничуть не смущаясь, он старательно осматривал сидящую перед ним незнакомку.

— Чего вылупился? Дырку протрешь, — к собственному удивлению совершенно беззлобно спросила Галя. Хотя, в самом деле, не беситься же оттого, что какой-то малолетка не может глаз от тебя оторвать?

— Ты красивая, — бесхитростно заявил Сашка. — Почти как зеленоглазая Янка.

— Как кто? Местная красавица, что ли?

Сашка согласно кивнул.

— В прошлом году замуж вышла. И хорошо, что вышла, а то драки за нее были, куда тем петухам!

— Правда? — Галя невольно улыбнулась. Дерущиеся петухи, заполонившие собой всю деревню — это должно быть забавно.

— Ну, теперь уже все, новой нету. Ты будешь королевой.

— Кем?

— Новой королевой. Самой красивой.

Устами ребенка говорит сама истина. Галя не улыбнулась.

— Нет. Я не буду.

Спорить мальчишка не стал. Пожал плечами, мол, время покажет, чего зря воздух сотрясать?

— Я в общем-то завтрак принес. И староста просил передать, как Килька проснется, пусть берет братьев и идет к старосте, там их ждут.

— Хорошо, передам.

Мальчишка протиснулся мимо и пропал в доме. Галя думала, оставит завтрак на столе и убежит, но он появился на крыльце с кружкой в руке и куском хлеба в другой. Молча протянул ей.

На секунду стало жутко тоскливо. Необъяснимая усталость накатила, так что захотелось рыдать. Громко рыдать, по-бабски, в полный голос. Галя сдержалась, молча взяла предложенное. Спустя пару секунд Сашка уже исчез за забором, а Галя продолжила разглядывать окрестности. Нужно отвлечься… Теплое молоко пахло луговой травой. Хлеб вчерашний, но еще мягкий. Все вокруг вроде и знакомое, похожее на деревню, где она родилась и выросла — и совсем другое. Дома другие, двухэтажные, построены одинаково. У них все были разные, каждый строил, как хотел.

Крестов нет… Зато идолы попадаются, а вдоль дороги горки аккуратно сложенных кучками камней. А в доме, когда они пришли, под кухонным столом обнаружили миску с остатками молока и хлебные крошки.

— Домового приманиваем, — совершено серьезно заявил Сашка и потом еще долго отвечал на Килькины вопросы, которая, понятное дело, пропустить мимо ушей подобного заявления никак не могла.

Она с братьями сейчас завтракала на кухне, Галя слышала отдаленные голоса и смех. Мешать не стала — мальчишка не говорил, что дела срочные. Тем более, в отличие от Степана, не найдя Кильку утром в комнате, Галя сразу поняла, куда именно та пропала. Гале было все равно, она разве что недоуменно дернула плечом и подумала, надо же… Она бы сейчас и с одним не захотела иметь ничего общего, а тут добровольно связаться сразу с двумя… Но пусть сами разбираются.

Позавтракали они быстро и сразу же вышли во двор.

Братья очень непривычно смотрелись в местной одежде, но зато казались мирными и обычными, пока на лицо не посмотришь и не скажешь, что не фермеры.

— Сашка приходил… Сказал, вас староста ждет.

— Да мы итак к нему собирались. Ронька, идите, я сейчас догоню, — Килька пристально смотрела на Галю, а братья тут же отступили и направились к дороге.

Выйдя на дорогу, о чем-то бурно переговаривались, посторонились, прижались к забору и пропустили несколько коров, которых двое мелких мальчишек гнали пасти в сторону ближайшего луга.

Килька следила за ними, пока братья не ушли так далеко, что уже ничего не могли услышать. Повернулась к Гале. Той сразу же захотелось поплотнее закутаться в свой толстый платок. И уши заткнуть. Хорошо хоть Килька не из тех, кто оттягивает неприятные разговоры.

— Галя… Староста хочет о нас все знать. Это понятно, мы же чужаки. Я успела рассказать о себе и о Степане. Братья сами расскажут, а ты… Знаешь, я считаю, что нужно сказать всю правду. Но если ты захочешь… Если ты скажешь, я промолчу.

Хотят знать правду… Конечно, как же иначе! Злость накатывала привычной волной и Галя представила, чем это обернется. Косые взгляды, презрительные женские смешки. Самое гадкое — щипки украдкой от мужской части, ведь все кажется таким доступным. Все это злило, очень злило. Но и прятаться от собственных страхов Гале не хотелось. Толку-то, все равно рано или поздно все узнают.

— Рассказывай, плевала я на них…

Килька быстро кивнула, пропуская грубость мимо ушей.

— И еще, мы остаемся тут жить, не знаю, как надолго. Сама понимаешь, нам найдут какую-нибудь работу. Итак, скорее всего с голоду не дадут помереть, но лучше работать как все остальные. Ты согласна?

— Конечно, — Галя пожала плечами. — Нужна мне их милостыня! Так даже проще, не придётся дохнуть со скуки.

— Ну и отлично! — Килька по-детски радостно спрыгнула со ступенек и побежала к дороге.

— Степке тоже скажи… — прокричала уже из-за забора.

Оставшись одна, Галя горько усмехнулась. Новая королева? Смешной Сашка… Глупый, маленький мальчишка.

Несмотря на теплый день, от холода не спасала даже шаль.