Старик
Шрифт:
В течение года умерли еще две старухи. Одну свалила дизентерия, другую — удушье. Г-на Дарона очень позабавила смерть первой. Он решил, что она, вероятно, поела накануне чего-нибудь возбуждающего.
— Дизентерия — бич неразумных. Черт возьми! Вам, доктор, следовало бы проследить за режимом пациентки.
Что же касается второй старухи, погибшей от удушья, то смерть ее можно было объяснить лишь пороком сердца, скрытым прежде.
Но вот однажды вечером доктор объявил о кончине Поля Тимоне, похожего на мумию человечка, чью сотую годовщину хотели использовать в целях рекламы курорта.
Когда г-н Дарон по своему обыкновению спросил, от чего тот умер, доктор ответил:
— Ей-богу, ничего об этом не знаю.
— Как ничего не знаете? Вы же всегда знали. Не было ли у него какого-нибудь органического повреждения?
Доктор покачал головой.
— Нет, никакого.
— Может быть, заболевание печени или почек?
— Нет, и печень и почки были здоровы.
— А уверены ли вы в том, что желудок его работал исправно? Ведь приступ часто происходит из-за несварения желудка.
— Никаких приступов у него не было.
Г-н Дарон, весьма озадаченный, заволновался:
— Послушайте, но от чего-то он все-таки умер? От чего же, как вы полагаете?
Доктор развел руками.
— Я ничего не знаю, совершенно ничего. Он умер, потому что умер, вот и все.
Г-н Дарон спросил расстроенным голосом:
— Сколько же ему было лет? Я что-то не припомню.
— Восемьдесят девять.
И старичок, недоверчиво взглянув на доктора, радостно воскликнул:
— Восемьдесят девять лет! Так, значит, он умер не от старости!