Чтение онлайн

И уже в самом конце неженатые мужчины и женщины разделяются на две группы для гадания. Я, разумеется, оказываюсь в мужской группе. К нам подходит Мелентий и гадает, как скоро мы встретим свою суженую. Геласию нагадали, что он проживёт всю жизнь бобылём, что не удивительно с его-то характером. Никодиму, моему дружбану, что встретит он любовь через несколько лет. Ну а мне… что я встречу её уже в ближайшие дни.

Глупости, конечно. Мелентий умеет гадать, но редко говорит правду. У него шутки такие — издеваться любит.

Домой мы возвращаемся за полночь. Уставшие, но довольные. Папаня сразу же отправляется спать, а я ещё некоторое время сижу на крыльце дома.

Люблю ночь.

Это время отдыха.

— Красиво у вас тут в Вещем, — произносит Веда, отчего я вздрагиваю. — Чего ты?

— Прости, никак не могу привыкнуть, что разговариваю с духом.

— Это ещё ничего, мне вчера ваш домовой целое испытание устроил. Не пущу, говорит, на порог. Докажи, что вреда семье не принесёшь.

— Это да, он у нас такой… уже много поколений дом стережёт: нечисть отпугивает, да и людей некоторых. Уже несколько лет его не видел: сидит в печи, а вылезает только по ночам. Он всё такой же волосатый?

— О да, — присвистывает Веда. — Одни сплошные волосы.

— Его можно увидеть очень редко, только в те моменты, когда он с другими домовыми шушукается. Помнится, чудище лесное в дом залезло к соседке на той стороне. Младенца съесть хотело. Так домовые собрались и так его дубинками отходили, сбежало и три ночи по лесам скулило.

— Но я же не нечисть! — возмущается девушка.

— Для него все нелюди — нечисть. Не обижайся.

— Знаешь, а я ведь вчерашний вечер вспомнила. Чем больше я нахожусь рядом с тобой, тем больше памяти ко мне возвращается.

— Это хорошо.

— Глядишь, припомню, что год назад было.

Посидев ещё некоторое время на улице, иду в дом, чтобы устроиться на своей соломенной кровати. Несмотря на конец августа, ночка выдалась прохладной, поэтому помимо одежды прикрылся зимним тулупом. А ещё Веда легла рядом.

— Чего? — спрашивает. — Духам тоже нужно спать.

— Ладно, — говорю.

Я не против. Будет бок греть. Слыхал о людях, которые с ножом спят, на случай если грабители в дом залезут. У меня то же самое — я сплю с волшебным мечом.

До появления крепости Стародум из земли осталось 43 дня.

Он справился, он донёс ребёнка до села.

Но этого оказалось недостаточно.

Он упал на землю и не смог сдвинуться с места.

Сплю допоздна.

Всего несколько раз в год жители села могут позволить себе не вставать с рассветом. Сегодня — как раз такой день. Вчера мы работали, затем праздновали, а сегодня ещё лежим, хотя солнце уже встало из-за горизонта.

— С пробуждением, Тимофей, — произносит Веда над ухом.

Только глаза открыть успел, а уже чуть не обосрался! Девушка-дух летает над кроватью, и очень любовно смотрит на меня. Никогда не привыкну, что рядом со мной водится волшебное создание.

— И тебя с пробуждением, — бурчу.

— Хорошо спалось?

На самом деле мне спалось лучше, чем когда бы то ни было. От усталости, должно быть. Так всегда: сначала уработаешься, а потом дрыхнешь так, что хрен разбудишь.

— Отлично спалось…

— Я рада, завтра тебе спать будет ещё лучше.

— Это как? Что ты сделала?

— Волшебство!

Веда принимается летать по комнате, показывая, что она на самом деле не человек, а волшебное создание. Будто я когда-то об этом забывал. Среди моих знакомых нет никого с красной кожей и рогами, крохотного роста. И чтобы его два десятка лет держали в клетке на потеху люду.

Только Веда.

Девушка-дух продолжает носиться под потолком, только её длинная рубаха колыхается. Настроение у неё прекраснейшее.

— Я вспомнила позавчерашний день! — заявляет она.

— И что с тобой тогда случилось?

— Сидела в клетке. Но это была на самом деле не клетка, ведь я могу проходить сквозь стены, когда захочу. Я там сидела, потому что у меня не было памяти. А потом я увидела тебя и решила, что ты мне знаком. И полетела за тобой.

— Эту часть я знаю.

— Надеюсь, скоро я вспомню и предыдущие дни. Надо лишь держаться к тебе поближе.

— С кем это ты разговариваешь? — спрашивает Федот, выходя из-за перегородки.

Веда продолжает наматывать круги прямо перед лицом Федота, но тот её не видит. Смотрит лишь на меня, сонный и не выспавшийся. Что странно, поскольку спали мы намного больше, чем обычно.

— Ничего, — говорю. — Сам с собой болтаю.

— Ну… ничего страшного в этом нет.

Папаня направляется на улицу.

— Что делаем? — спрашиваю у него, но тот не слышит.

Весь вчерашний день он был себе на уме, ни с кем не разговаривал. И сегодня такой же.

У нас впереди уйма работы на поле: нужно перекопать всю землю, чтобы трава оказалась под почвой. Бороновать, если понадобится. Собрать овощи, яблоки, выкинуть гнилые. Вычистить курятник, если время останется, но его наверняка не останется. Велес любит трудолюбивых, вот мы и трудимся. Только поздним вечером можно собраться с друзьями и заняться всякой ерундой.

Пока папаня занимается животными, я иду к колодцу, чтобы набрать воды.

Неплохо было бы сходить в лес и подстрелить утку на ужин. Давно не приходилось мяса есть — всё хлеб да каши.

Начинался совершенно обычный, нормальный день в Вещем. Как вдруг рутину разрывает телега, выезжающая из-за леса: двойка мощных, тягловых лошадей, извозчик за поводьями, несколько человек с копьями, следующие за ней пешком. Двигаются в нашу сторону, покачиваясь на дорожных ухабах.

Каждый житель села знает, что означает сия телега.