Чтение онлайн

А монетой мне быть ой как не хочется!

Не хочу, чтобы мной расплачивались точно так же, как мы на рынке платим шкурами куниц.

— Пора сбегать, — говорю. — Раз уж нас не доставят к безумцу в покои, придётся пробираться к нему самостоятельно.

— Значит князь Новгородский не повесил своих работников? — спрашивает Светозара.

— Скорее всего повесил, но новых набрал из рядовичей прямо в Новгороде. А нас с вами никогда и не везли ему в услужение. Нас с самого начала хотели передать людоеду.

— Думаешь, Мартын Михайлович собирается нас съесть?

— Не мели чепухи. Скорее всего он однажды съел сердце своего врага, чтобы получить его силу, как это сделал Перун с Поревитом. А его за это навсегда окрестили людоедом. Ты же знаешь какие у нас люди живут: всё приукрашивают, всё додумывают, любые байки сочиняют.

— Я знаю, как нам сбежать, — произносит Никодим. — Доверьтесь мне.

Никодим аккуратно ползёт вбок, между толпы, едва стоящей на ногах. Людоед от нас удалился недостаточно далеко, поэтому его влияние до сих пор ощущается. Соображается туго, взгляд поднять выше уровня земли страшно. К счастью, эта сила направлена не только на пленников, но на всех людей вокруг, даже на стражников.

Сбоку от нас находится один из людей безумца в чёрной маске, преграждает нам путь на свободу.

Создаю в руке красный кинжал, Веда послушно принимает нужную форму.

Однако пускать его в ход даже не потребовалось: стражник с копьём сидит на корточках и смотрит себе под ноги, совсем не обращая внимания на окружающее. У этого типа оказалась совсем слабая воля по сравнению с остальными, поэтому мы без труда обошли его стороной и не прибили по пути.

Остальные стражники оцепления, что должны были охранять пленников, тоже либо сидят на корточках, либо на коленях, никто не смотрит поверх голов. Все борются с внутренними демонами. Удивительное дело: людоед пришёл сюда, чтобы взыскать долги с безумца и увести с собой людей. Но он же послужил причиной, по которой нам удалось так легко улизнуть.

С другой стороны, даже если бы нам не удалось сбежать сегодня, мы ушли бы в одну из ночей по пути во Владимиро-Суздальское княжество. Никто не смог бы нас удержать.

Никодим направил нас прямо в заросли кустарника, после чего мы без труда вышли из Ярославого дворища и оказались на свободе.

— Это место — что-то вроде нашего подворья, — горделиво замечает Никодим. — Когда-то это был дом князя Новгородского, а теперь место, где останавливаются богатые люди. Мы с друзьями сюда почти каждый день пробирались, чтобы в отходах покопаться. Огрызки яблочные доесть, кости высосать. Эх, старые добрые времена!

— Что делаем теперь? — спрашивает Светозара.

— То, ради чего пришли. Нашего удельного князя Фому Сивовича мы уже убили, так что на очереди следующий удельный. Великий князь Новгородский, как он сам себя кличет. В простонародии безумец.

— Но у нас же будет время походить по городу и всё здесь посмотреть?

— Конечно. Перед убийством нужно как следует к нему подготовиться.

Мы выходим на открытую улицу и двигаемся вдоль реки, не переставая удивляться, какой же это большой и густонаселённый город. Жизнь здесь бурлит и мы вместе с ней. Приятно снова чувствовать себя свободным.

До появления крепости Стародум из земли осталось 2 дня.

Воеводу окружили, когда он укрылся в одинокой избушке посреди леса.

Преследователи кричали и угрожали, требовали выйти.

На их голоса явились ночные твари, позволившие ему сбежать.

Мы хотим проникнуть в детинец — самое укреплённое место на всей Новгородской земле.

На первый взгляд это кажется невозможным. Сам Новгород окружён стеной, а внутри города ещё одна крепостная стена. Там располагаются княжеские хоромы, палаты архиепископа, кладовые, амбары, скрипторий, тюрьма и избы дружинников, не считая Софийского собора. Внутрь даже целая армия не сможет проникнуть, что уж говорить про трёх человек.

Однако у нас как раз оказался меч, который может резать и дерево, и камень так же легко, как крапиву. Нужно лишь понять, с какой стороны лучше зайти.

— Жаль никто из нас не умеет летать как птица, — с грустью произносит Светозара. — Можно было бы взлететь повыше и посмотреть, как внутри стоят дома, где нет стражи, а где она есть.

— Если бы люди умели летать, никто бы не строил высоких стен, — замечает Никодим.

— Это да, но я так, просто мечтаю.

— Думаю, где-то есть человек, который может отращивать крылья на спине и летать в небе, — говорю. — Звучит довольно просто.

— Так может это твоя сила?

— Нет, — вздыхаю. — Пробовал — не получилось. И крылья отращивать, и самому в птицу превращаться.

— Прости, Тимофей, но ты неудачник, — усмехается Никодим.

— Ошибаешься. Из-за того, что у меня нет силы, я очень хорошо научился сражаться: кому угодно череп проломаю. К тому же рано или поздно сила найдётся — я чувствую её в груди.

Мы двигаемся вдоль Волхова, глядя на приплывающие и уплывающие суда. Именно вокруг этого места и возник целый город. Река связывает варягов и Византию, поэтому через Новгород проходят все товары и все моряки между двумя частями света.

Двигаемся всё дальше по торговой стороне, осматривая стену детинца. Повсюду стоят башни с лучниками, так что даже приблизиться к ней без внимания не получится. Одни врата выходят к реке, другие, по словам Никодима, на обратную сторону.

— Говорят, есть тайный путь в детинец, — шёпотом произносит парень. — Будто бы он ведёт прямо на склад с провизией, запасённой на случай осады. И если туда попасть, можно будет до конца жизни есть еду, и никто об этом не узнает, потому что там её очень много.

— Байки, — возражает Светозара. — Никто не станет делать тайный ход прямо на склад.

— А я говорю, что никакие это не байки! В детинец можно забраться по тайному туннелю. Нужно только его найти.

— Если бы в детинец был другой путь кроме двух врат, местная голодная детвора уже давно бы его нашла, — говорю. — Думаю, вы в детстве выдумали эту историю, чтобы было о чём помечтать.