Чтение онлайн

Сложный выбор, на самом деле.

– Леди Мэделин, мисс Грейс, вас могут довезти наши солдаты верхом, если позволите, – негромко добавил Стром, но всё равно был услышан ушлыми соседками.

– А почему это их подвезут? – возмутилась одна из них, кажется её звали Гретта. – А как же мы? Мы ведь тоже женщины!

– И вас тоже, – вздохнул мужчина.

– Пусть мы не дамы, но жаждем отправиться на станцию, – подал голос мужчина-пассажир.

– Значит, все хотят покинуть это место?

– Да!

– Итак, вас шестеро, четверо солдат…

– Мы с мамой можем оседлать одну лошадь, – влезла я.

– Хорошо, возьмёте моего Верного, а я одолжу коня у возницы, – кивнул мужчина. – На одного бойца по одному пассажиру. Мы доставим вас всех до селения, и оставим там, а после обязаны вернуться к дилижансу, чтобы стеречь багаж и письма. Скажете хозяину станции, пусть найдёт кузнеца и предупредит его, чтобы тот с утра явился к карете и помог починить колесо.

– Животные выдержат двойной груз? – уточнила мама.

– Да, вполне. И не такое переживали, – быстро ответил капитан и распахнул дверцу. – Высаживаемся! – кинул на ходу, выпрыгивая наружу. После него осталась приличная лужа на лавке и на дощатом полу экипажа.

– Пойдём, мама, – деловито кивнула я, натягивая свои атласные перчатки. Глава охраны замер подле кареты и помог сначала мне, а затем и маме сойти на землю.

– Спасибо, капитан Стром.

– Том, можно просто Том, леди Мэделин, – вдруг сказал он маме и та, чуть помедлив, кивнула. Не предложив называть её также просто по имени. Но оно и понятно, воспитание и социальный статус не позволяли графине быть на "ты"с практически незнакомым мужчиной. – Возьмите мой плащ, – и вручил его графине, после чего резко отвернулся, дабы она не успела отказаться.

Оказавшись снаружи, я промокла в ту же секунду. Мэделин хотела было накинуть плащ мне на плечи, но я отказалась. Маму нужно беречь. А я справлюсь.

Непогода была жуткой, гремел гром, ветвились молнии. Порывистый ветер чуть не сорвал с головы шляпку, я успела вовремя её подхватить и туже перевязать ленты под подбородком.

Мама спокойно забралась в седло, усевшись боком. Я покачала головой – никогда не понимала эту позу, и при помощи одного из солдат, устроилась позади неё, только села по-мужски, как привыкла.

– Держись! – громко, прямо в ухо, предупредила Мэделин и, посмотрев на капитана Строма, усадившего перед собой Гретту, бывшей весьма внушительных габаритов, тронула поводья. Умное животное тут же двинулось вперёд.

В отличие от иных пар, наша была самой лёгкой, что я, что графиня, весили немного, в сумме под сто килограммов, как один крупный мужчина, так что нашему коню невероятно повезло.

Наконец, вся кавалькада стронулась с места. Ехать нужно было ровно по прямой, никуда не сворачивая. Впрочем, заблудиться тут невозможно: по бокам от тракта непроницаемыми стенами стояли леса.

С каждым мгновением становилось всё темнее, мир стремительно погружался во тьму ночи. Ни света луны, ни мерцания звёзд – ничего из этого не проникало сквозь плотную завесу тяжёлых мрачных облаков, продолжавших истерично лить слёзы на нас, бедных путешественников. Ветер свистел в ушах, я посильнее сжала коленями бока мощного коня и в итоге вырвалась вперёд. Некоторое время спустя все остальные внушительно отстали: их лошади гораздо глубже вязли в дорожной грязи, нежели наша. А ещё мне хотелось как можно быстрее достигнуть убежища и моё душевное стремление неведомым образом передалось умному животному. Я просто мечтала согреться!

Позади Верного распахнулись крылья ночной мглы, мы слились с ветром, несясь вперёд так быстро, как только было возможно.

В итоге через четверть часа стремительного аллюра далеко впереди я увидела заветные маленькие точки тёмно-жёлтого цвета.

Станция.

Их хозяева были обязаны жечь масляные лампы под козырьком здания, чтобы те выступали неким маяком для путников и в первую очередь дилижансов. Дождь долбил с усердием дятла, пронзая наши с мамой худые тела буквально насквозь. Я ужасно замёрзла, с трудом ощущая пальцы рук и ног. Но надежда в виде света впереди, не позволяла сдаться и вот, как итог, мы всё же достигли столь вожделенной цели.

Не успели спешиться, как дверь дома распахнулась и наружу вышел невысокий мужчина с пышными усами и внушительной всклокоченной бородой, в руках у него было ведро, и он что-то негромко, не попадая в ноты, напевал.

– Ох, ты ж! – картинно схватившись за сердце, воскликнул он, узрев нас на пороге. – Дамы, вы откуда такие? Напугали, до седин в волосах. Как призраки утопленниц, ей-богу!

– Веди в дом! – рявкнула я, стараясь не стучать от холода зубами, не до политесов и объяснений, – скорее!

И только оказавшись в тёплых сенях, позволила себе облегчённо выдохнуть.

– Добрались, – прошептала мама, и, сев на лавку, устало прикрыла веки.

В доме жили несколько человек, точнее, семья управляющего станцией: жена, пятеро детей разного возраста, и бабушка. Здание было двухэтажным, на втором сдавались комнаты для тех, кто ждёт дилижансы.

– Доброго вечера! – к нам подошла уставшая от непростой жизни, но с мягким взором, женщина. – Меня Нита зовут. Вы страшно промокли! Давайте к очагу, вам нужно согреться!

– Добрый вечер! – кивнула я, ещё раз посмотрев на маму, продолжавшую сидеть на лавке с закрытыми глазами. – Одежда у вас есть? Любая подойдёт, лишь бы сухая. Также снимем комнату с одной кроватью. Таз с горячей водой. Вскипятите молоко и жир, если есть мёд, добавьте туда, прошу вас. Две полные кружки и принесите нам. И шерстяные пледы.

Нита кивала запоминая. Мои слова были услышаны старушкой, лежавшей на лавке рядом с печью, она даже села и внимательно на меня посмотрела, стоило мне смолкнуть, сказала скрипучим голосом: