Старый, но крепкий 4

Сердце билось мощно, разгоняя кровь по венам. Я замер, напряженный и внимательный.

Напротив меня красовался с копьём Арлен в зачарованных доспехах. Парень раскручивал древковое оружие с впечатляющей ловкостью, и пока толпа за воздвигнутым воздушным барьером громко аплодировала и ликовала от этого зрелища, я следил за ним весьма скептическим взглядом. Цирковой артист научится всему этому за пару недель, но это не означает, что он станет хорошим копейщиком. Однако, пока парень красуется, работает «познание», так что я не стал нападать и портить ему процесс самопоказа.

А вот когда его броня засияла символами, словно сама сталь ожила, пропуская через себя Ци, я изрядно напрягся. Конечно, в такой броне он ощущал себя на вершине местной пищевой цепи. Абсолютно защищенный хищник. Как танкист, разъезжающий по кустам и давящий аборигенов с луками. Только вот в этих кустах прежде не прятался абориген с ракетным комплексом…

Арлен в очередной раз подкинул и перехватил копьё легко и уверенно. Только теперь смотрел не на толпу: взгляд нацелился на меня: тяжелый, с нескрываемой неприязнью.

Он первым пошёл в атаку. Копьё вспыхнуло ослепительным светом, и я едва успел уклониться, хотя стоял в трех метрах.

А когда я разорвал дистанцию и бросился бежать по кругу, в его свободной руке появилась духовная плеть — длинная, гибкая, сотканная из мрака и огня. Она хлестнула по воздуху, со свистом устремляясь ко мне. Даже на расстоянии я почувствовал её жар. Уклоняться долго не получится.

— Ну же, малыш! Не бегай, подходи!

Я глубоко вдохнул, стиснул зубы и сосредоточился. Лёд начал покрывать моё тело — тонкий слой духовной защиты, холодный и прочный. Движения стали чуть тяжелее, но без этого мне не победить.

Одновременно я ставил теневые печати там, где пробегал. Они вспыхнули чёрным пламенем на поверхности плаца — скрыть их не получится, но это уже не имеет значения. Пусть видит. Пусть знает и пытается предугадать, что я буду делать.

Толпа за барьером взревела и захлопала. Судя по всему, им нужен был бой до последнего вздоха — я мог им это дать, но в то же время, мне было интересно: следит ли вообще кто-нибудь за проведением боя, чтобы никто из противников не зашёл слишком далеко? Как судья Зуго будет останавливать копьё, летящее с безумной скоростью к шее противника? Были ли уже смертельные случаи на дуэлях?

Арлен атаковал снова. Плеть обрушилась сверху, но я переместился в сторону с помощью печати. Удар пришелся на камень плаца, затрещавший, брызнувший искрами. Ещё один взмах — и теперь пришлось уклоняться.

Сегодня я не могу позволить себе даже одну ошибку. По крайней мере, пока сам Арлен не ошибётся или не устанет. Каждое моё движение должно быть выверенным, каждая секунда использована по максимуму. Он превосходит меня в силе и скорости, но это не пугает, только разжигает во мне азарт и решимость. Наконец-то бой, наконец-то вызов!

Я рванулся вперёд, вытянул руку в очевидном выпаде, провоцируя Арлена на удар. Как только он двинулся, я активировал очередную печать и оказался сбоку от противника. Лёд на моих руках вспыхнул от вложенной Ци. Я метнулся вперёд.

За спиной визжали, вопили, я услышал, как кто-то скандирует «Брон-сон, Брон-сон!». А вот поклонники Арлена поутихли. Они ожидали, что я проиграю спустя секунды, но те секунды уже прошли, а я всё ещё стоял.

Точнее — бежал.

Хлыст вспыхнул тьмой, и в следующий миг уже обрушился на меня с невероятной скоростью. Я едва успел отскочить, чувствуя, как воздух рядом со мной развёрзся от удара.

Арлен не остановился. Хлыст снова взвился в воздухе, гибкий и смертоносный, как змея. Ещё удар — я перекатился влево. Ещё — и прыгаю назад. Он словно издевался надо мной, заставляя двигаться быстрее, чем я считал возможным. Но я справлялся. И с каждой минутой я понимал стиль боя противника все лучше, хвала бонусам.

Третий удар пришёлся вскользь по моему плечу. Лёд, покрывавший моё тело, треснул и осыпался белыми осколками. Жгучая боль прошлась по коже — меня не задело, но хлыст был пропитан тьмой и огнем, и даже мимолётное прикосновение оставляло след враждебной Ци.

— Ты хочешь играть? — заорал Арлен, досадуя, что я все еще держусь. — Давай поиграем!

Когда хлыст снова устремился ко мне, я сделал видимый шаг назад, а затем резко рванул вправо, обходя его с фланга. Теперь я оказался справа — это было моё преимущество. Я метнулся вперёд, намереваясь ударить рогатиной прямо в открытый бок противника.

Но его копьё развернулось с пугающей скоростью. Наконечник вспыхнул алым светом и ударил меня в грудь. Ледяная защита поглотила удар, но это стоило мне пары неприятнейших секунд и осыпавшегося с груди льда. Надо восстанавливать…

Я отпрыгнул назад, но он уже двигался дальше. Хлыст обрушился на меня сверху, и я едва успел уйти в сторону. На месте, где я только что стоял, осталась тёмная полоса гари, которая немного разъела твердь плаца — напоминание о том, что ошибок здесь не прощают.

И тут он сделал то, чего я никак не ожидал. Он отпустил копьё.

Оружие не упало на землю, вместо этого артефакт взвился в воздух. Духовные знаки на древке налились багрянцем и копье устремилось ко мне, гудя, как пчелиный улей.

Я бросился в сторону.

Копьё с гулом разрезало воздух, поворачиваясь в полете и преследуя меня с пугающей точностью. Я прыгнул вперёд, перекатился вбок, с трудом удерживая рогатину — это совсем не просто и со стороны наверняка выглядело неуклюже. Копье продолжало лететь за мной. В какой-то момент мне пришлось подставить ледяной нагрудник для защиты — телепортироваться не стал, впустую потрачу Ци, а так есть шанс, что после попадания…

Наконечник копья ударился в лёд с такой силой, что от него посыпались белые осколки.