Шрифт:
Николай Петрович Ланин сидел в небольшой комнате, служившей ему и кабинетом, и спальней. В комнате весело горели дрова, а за окном порывисто дул холодный ветер.
Сегодня Новый Год — в этот день люди обыкновенно как-то особенно веселы, жизнерадостны, полны надежд на лучшее будущее. Но Николай Петрович грустит. Он вспоминает былые годы, когда он был еще учителем гимназии и когда жила его супруга. 1-го января Николая Петровича навещали всегда его ученики, поздравляли его с Новым Годом, и он с женою проводил этот день интересно и уютно.
Теперь не то. Принужденный болезнью, Николай Петрович рано вышел в отставку и покинул любимую гимназию; жена его умерла — и старый учитель остался один со своею дочкою.
Всю силу своей любви перенес отец на ее милую, детскую головку. Он вырастил малютку, берег и лелеял ее, как дорогой цветок. Она была такая слабая, бледная, вся в мать, и старик больше всего боялся, что и Катюша (так называл он свою дочь) последует за нею.
Но девочка осталась жить и к семнадцати годам превратилась в красивую девушку. Не долго пробыла она в доме отца. Их сосед по квартире, молодой доктор, сделал ей предложение, и она, с согласия отца, вышла за него замуж. Молодые поселились поблизости, и дочь почти каждый день заходила к отцу.
Не забыла она, конечно, старика и в этот день. Рано утром в передней позвонили, и через минуту Ланин услышал в гостиной торопливые шаги и молодой звонкий голос.
— Это я, папочка!.. Поздравляю тебя с Новым Годом! Желаю здоровья… Да что это с тобой? Отчего ты такой грустный? — заметила она.
— Нет, ничего, Катя! С чего ты взяла? Я такой же, как всегда.
— Вот уж нет!.. Я никогда не видела тебя таким печальным!.. А, знаю, догадываюсь, отчего ты такой… Ты, наверное, вспоминаешь, как прежде, в Новый Год, тебя посещали твои ученики и думаешь, что они тебя забыли. Это неправда, милый папочка! Еще на днях, в доме одних знакомых, я встретила некоторых из них… Они только и говорили, что о тебе… Вспоминали, как ты был к ним всегда добр и снисходителен, как старался защищать их перед советом, как помогал самым бедным из них!.. Я все они тебя любят, помнят… Я хорошо это знаю, папочка!
— Да я вовсе не грущу, Катюша! Ты со мною — и мне весело…
— Ну, так я останусь у тебя на целый день, если тебе со мною весело! Вот сейчас мы попьем чайку. Я тебе и печенье принесла. Сама делала. Скоро явится и муж! Он здесь близко, у одного пациента.
К двенадцати часам скромную квартиру Николая Петровича посетили кое-кто из знакомых и нисколько старых товарищей. А к завтраку пришел и зять. Они все сидели за столом, когда вдруг раздался звонок в передней.
— Я открою, папа, — сказала Катя и побежала в переднюю. Вскоре оттуда послышался её голос:
— Папочка, к тебе гости!
Сердце старого учителя радостно встрепенулось. Он встал и вышел навстречу гостям.
В передней толпилось несколько бывших учеников Ланина. Теперь это были уже студенты; но он их сразу узнал.
— Ах, Сергеев, Леонтьев, Шубин, Сомов! — радостно воскликнул Николай Петрович, пожимая руки посетителям.
Из их толпы выделился один и взволнованным голосом заговорил:
— Дорогой учитель, от себя и от многих товарищей, ваших бывших учеников, явились мы поздравить вас с Новым Годом и поблагодарить за все то хорошее, высокое и честное, что сделали вы для нас! Вы первый заронили в наши сердца любовь к знанию, свету и правде, вы первый научили нас любить и не забывать всех бедных и несчастных! Спасибо, великое спасибо вам, милый Николай Петрович, за все!..
— А ты, папочка, думал, что они забыли тебя… — прошептала над его ухом Катя.
Растроганный, взволнованный, Ланин плакал от радости. Он бросился в объятия своих бывших учеников и перецеловал их всех.
Радостно начался Новый Год для старого учителя.