Стать нижней
Шрифт:
Я шестым чувством ощутил, что чем-то всё же вызвал у неё интерес. Она как-то наклонилась и повернула голову в мою сторону. Потом вдруг провела как бы невзначай рукой по шортам, от чего самая верхняя дырка чуть растянулась и кремовые трусы стали ещё более заметны. Всё же проститутка? Ну, ведь зачем-то она тут сидит. У неё в руках ничего нет: ни сумки, ни телефона.
Даже пьяным я не могу развязно приставать к девушкам, но тут легко начал разговор. Кажется, с какой-то банальности, что вид одинокой, явно не в настроении, девушки никак не вяжется с прекрасным летним вечером.
«Вам какое дело?» – ответила она с вызовом.
«Да так просто, сидим рядом. Ты, наверное, со своим парнем поссорилась?»
«Почему вы так решили?
«Ну, а из-за кого ещё в твоём возрасте страдать?»
Она не ответила.
«Из-за денег поссорились?»
«До некоторой степени – да».
«Если б из-за другой девки, вид был бы более несчастный. А так у тебя на лице досада и озлобленность».
Она опять промолчала.
«Видимо, ты решила ему конкретно отомстить. Типа, оденусь как шалава, и пусть меня кто-то снимет, тебе назло…»
«Ну чего вы до девушки доебались? Вам что конкретно нужно?»
«Фу, как грубо. Мне-то ничего не нужно. Я пьяный, и мне хорошо. А вот тебе надо срочно домой к мамке и ремнём по жопе».
После этого высказывания рассчитывал, что она, скорее всего, тут же встанет и уйдёт. Но она неожиданно смерила меня заинтересованным взглядом и, несколько растягивая слова, с наигранным кокетством произнесла сквозь зубы: «Мамка у меня в климактерических конвульсиях. Завидует мне, потому что своё не выгуляла. Сеструха своих спиногрызов нянчит. А папашке всё похер. Информация такая интересна? А ремнём по жопе я и так получу».
«Правда? – сказал я и заинтересовался всерьёз. – И от кого?»
«От него».
«И ты позволяешь?»
«Да, позволяю. Дальше что?»
«Ничего. У тебя трусы неправильные. Через эту щёлку – прекрасное обозрение их фрагмента».
Спьяну я позволил себе нагло ткнуть пальцем в дырочку сбоку. В принципе, это даже не дырочка, а прорежение. Так называемые нити утка вырезаны, а белые нити основы остались прореженными параллельными рядами. Демарш моего пальца остался без протестной реакции.
«И чего в них неправильного?»
«Цвет. И, как полагаю, форма».
Тут я пустился в рассуждения о фетишах в духе того, как предварил этот рассказ. И насчёт важности трусов в эротическом восприятии, приблизительно как я это описал выше. И о роли чёрного цвета. И про кожу обезьян.
На моё удивление, девица слушала очень внимательно и с интересом. Отвлеклась от своих мыслей и даже стала улыбаться. Выяснилось, что у неё довольно большой рот и белые крепкие зубы.
Как долго мы тогда сидели, не могу сказать. Но, наверное, долго, потому что начало темнеть. Говорил в основном я, а по её ответам понял, что она не студентка и вообще с образованием у неё туговато. В какой-то момент мне почему-то даже показалось, что, если приглашу поехать со мной, она не откажется. Но я себя знаю: в таком состоянии вряд ли с ней что-то путное смог бы сделать. Кроме того, почему-то чувствовал исходящую от неё непонятную опасность. Где-то в подкорке наставления отца: не лезть к уличным шлюхам – может быть подстава.
Под конец меня слегка стало мутить. Поэтому предпочёл всё же пожелать девочке не делать глупости и переговорить с её парнем, так и не вникнув в суть конфликта. Тем не менее мысли о ней меня всё же не покидали. Что послужило катализатором интереса? Пожалуй, шортики были обрезаны очень кустарно. Разгильдяйство, неряшливость. Значит, не прилизанная девочка-припевочка. Значит, некий вызов общественным нравам. Разрезы тоже весьма провокационны.
Цвет и форма совпали. Если бы можно было получить доступ к содержанию… Из дополнительных факторов – ключевая фраза: «Получу ремнём по жопе». Было ощущение, что своей вызывающей одеждой и малоприличной позой она всё же кого-то ловила. Хотела приключений. Причём с плохим концом. Может, действительно изрядно накосячила и подспудно хотела наказания?
За что она может хотеть наказания? За то, что приковала своей одеждой взгляды мужчин. За то, что они на неё повелись. Я попытался пофантазировать, как бы она думала, если угадал с раскладом её мыслей.
«Найдётся ли смелый среди тех, кто смотрит раздевающим взглядом? Знаю, я выгляжу неподобающе, шевелю вам штаны, заставляю меня хотеть. У меня не самая лучшая фигура, но бесконечно эротический подбор цвета ткани и наглый вызывающий покрой. Что ты смотришь на меня налитыми бычьими глазами? Подойди ко мне, скажи, что так нельзя, что я тебя раздражаю. Выпори меня за то, что я тебя возбуждаю, беспокою твои мысли, призываю к измене…»
Конец ознакомительного фрагмента.