Статуя
Шрифт:
–Я оставлю свой номер. Если что-то узнаешь, прошу, позвони, – я написал ей свой номер телефона на маленьком кусочке бумаги, и через минуты две ушел.
У меня находилось хоть что-то. Я отправил Дэну сообщение. Мы договорились о встрече на завтра утром – Дэн: «Миш, встречаемся в парке напротив центрального театра в девять, если это так важно. Прошу, не опаздывай. У меня расследования».
Я встал с утра пораньше. Погода была не из лучших. Дождь лил, как из ведра. Хочу сказать, что магазин одежды, в котором произошел кровавый случай, хорошо виден напротив нашего дома. И вот, спускаясь вниз, я увидел в общем центральном окне такую картину: Светлана стояла возле того же магазина, но не одна. Рядом с ней был мужчина. Причем я его узнал. Я хотел уже было сфотографировать их на телефон, но из-за сильных капель дождя на окне, качество являлось не сильно хорошим. Я огорчился. Мое же доказательство. И вот я решился.
Я выбежал на улицу. Пробегая через дорогу, я точно уверился, в той личности… это был Андрей.
Вы?! Эй! Стой! – мужчина рванул при виде меня, как ошалелый.
–Светлана?! Как вы могли?
–Я не понимаю, о чем вы? – она сделала вид, будто ничего не произошло.
–Кто был этот человек, который сейчас стоял рядом с вами?
–Просто прохожий. Я не собираюсь вам отчитываться! Вы что, следили за мной?!
–Я его помню! Он был тогда в магазине! Именно он убил Лилию! Вы замешаны, это, безусловно!
–Я вы-зы-ва-ю полицию. Пусть они разберутся, кто тут замешан, – она начала набирать номер.
–Я все докажу! Все!
Я ушел.
–Это полиция, что у вас случилось? – спрашивал диспетчер. Света нажала «Отбой».
–Ну да, докажешь…
Глава 4
– Дэн, я уверяю, это был тот самый человек! – вот уже почти час мы сидели с детективом в парке, и я ему доказывал, что убийца, как-то связан с этой Светланой; также я рассказал о разговоре меня с сестрой жертвы, – Я не смог их сфотографировать, дождь помешал. Ты должен мне поверить.
–Да верю я, верю. Но как мы докажем все суду? Нужны доказательства. Они нужны.
Я сидел в отчаянье.
–Миша…
Я медленно покачал головой, и ни слова не сказав, ушел.
Недавно придя, я снова собрался уходить. Было около часа.
–Уходишь?
–По своим делам, Наталья Алексеевна.
Когда я отвечал, что ухожу «по своим делам», это означало, что я иду творить на улицах шедевры.
Нарисовав медведя, держащего в двух лапах планеты, я немного успокоился и набрался энергетических сил.
Зазвонил мой телефон, когда я направлялся к себе.
–Э, Михаил? Михаил Вавилов?
–Да. Это я. Кто это?
–Михаил, это сестра Лили, Анна. Ты был у меня вчера вечером.
–Да, Аня. Что-нибудь случилось?
–Я тут проводила уборку в комнате Лили. Убирала, выбрасывала ненужные документы, и нашла кое-что. Я подумала, тебе это пригодится. Сможешь прийти?
–Да, разумеется, – ответил я и в спешке пошел к ней.
Я постучал в дверь квартиры.
–Миш, проходи.
Я вошел в прихожую. Аня выглядела немного лучше, чем в прошлую нашу встречу.
–Я нашла документ. Лиля, видимо, должна было подписать его. Подписи нет. Здесь она должна согласиться с обязанностями работы. Но она не согласилась. Видимо, здесь говорится именно о той работе, которая предлагала ей семья. Здесь же указан адрес.
–Адрес семьи?
–Видимо, да.
–Я могу это взять?
–Конечно. Я хотела его выбросить.
–Ань, спасибо. Это очень важно. Спасибо, что веришь мне, хотя ты и не знаешь меня, – она покачала головой, в знак соглашения.
Дождь, дождь, дождь…. Казалось, что весь мир стоял против меня, даже погода. Я не знал, что мне делать. Но одно я знал точно: нужно было обязательно посетить ту семью, узнать как можно больше о ней, втереться к ней в доверие.
Следующее утро я провел в университете на лекции. Профессор Павличенко рассказывал о звездах: сколько они живут, что значит новая звезда, насколько далеко они находятся и тому подобное. Я очень хотел что-либо нарисовать. Это, как личный мой наркотик: я вдохновлялся и не мог не фантазировать. Но, увы, последнее предупреждение профессора о чепухе в тетради, вместо заметок, не могло меня не волновать.
Смотря на дождливую погоду, грязь улицы, печальных и унылых прохожих через окно, я медленно погружался в тот кровавый день. Казалось, что я одинок, что никто не может помочь мне, что жизнь моя заканчивается. Мне было не по себе.
–…На сегодня мы с вами закончили. Прошу выучить годы жизни великих астрономов, и побольше чтения, друзья мои, чтения! – сказал профессор, – М, Вавилов, подойди ко мне.
Я подошел к нему. Он принял достаточно серьезный и при этом жалобный вид одновременно.
–Михаил, я тут слышал кое-что.… В общем, говорят у тебя проблемы?
–Александр Александрович, я прекрасно справляюсь.
–Вавилов, скажи мне… м.… Говорят тебя подозревают.. а.. подозревают..
–…В убийстве.
–А…. Да! Да! В убийстве…. Так это, правда… Миш, ты знай, если тебе понадобится моя помощь…
–Благодарю, но я справляюсь. Я не убивал, – сказал я и, не прибавив ничего, ушел, хлопнув тяжелой дверью.
Переодеваясь в своей квартире, я не мог не думать об одном и том же лице, встретившем мне два раза: жестокие черты, яростные маленькие глаза, мстительное выражение… Собравший, я взял со стола адрес семьи, переписанным мной с документа Лили.
–За городом, через прямую дорогу, дом с правой стороны, коттедж семнадцать, – сказал я таксисту.
Через полтора часа я вышел из машины, напротив которой, был тот самый семнадцатый коттедж. Он был невероятно огромен, тускло-желтого цвета. Повсюду виднелись камеры видеонаблюдения. Большие ворота были заперты. Я подошел к двери и нажал на звонок.
–… Дом Вакуловых. Чем могу помочь? – спросил женский голос.
– Я здесь по поводу работы.., – не успев договорив, ворота тот час начали открываться.
–… Да, да… Нас предупредили, что вы появитесь. Прошу пожаловать.
Дом был и впрямь жутко огромен. Большие деревья, фонтан, громадные клумбы с разными восхитительными цветами. Единственное, что мне не понравилось, это дряхлая старая, разбитая, высокая статуя. Изображался в ней ангел, закрывший половину лица двумя руками, будто плача. Было видно, что она давно уже почернела, и среди всей прелести дома, напоминала лишь мусор, который не успели убрать.