Чтение онлайн

Пандус

Уивер не знала, в какую сторону ей бежать, но тут услышала голоса в верхней части пандуса. Ли и Пик скрылись. Возможно, они идут в секретную лабораторию Рубина, чтобы взять там яд. Она побежала к повороту и увидела, что по пандусу спускаются, поддерживая друг друга, Эневек и Йохансон.

— Леон! Сигур! — Она побежала к ним навстречу и обняла их обоих разом. Она испытывала острую потребность прижаться к ним. Особенно к одному из них.

Йохансон застонал от боли, и она отпрянула:

— Извини…

— Только кости, — он вытер с бороды кровь. — Дух цел и невредим. Что случилось?

— У вас что случилось?

Пол загудел у них под ногами. Протяжный скрежет донёсся из глубины «Независимости», и дифферент судна на нос ещё немного увеличился.

Они в нескольких словах рассказали друг другу о происшедшем за эти минуты. Эневек был подавлен смертью Грейвольфа.

— Хоть кто-нибудь знает, что с судном? — спросил он.

— Нет, но боюсь, что над этим нам не придётся ломать голову. — Уивер лихорадочно огляделась. — Я думаю, в первую очередь у нас два дела. Воспрепятствовать погружению Ли и как-нибудь спастись.

— Ты думаешь, она доведёт свой план до конца?

— Конечно, — прорычал Йохансон и запрокинул голову: с взлётной палубы доносился шум вертолётных винтов. — Заметили? Крысы бегут с корабля.

— А зачем Ли застрелила Оливейра? — Эневек непонимающе тряс головой.

— Она сейчас пристрелит любого, кто встанет у неё на пути. Мирное решение вопроса её не интересовало никогда.

— Но почему?

— Неважно, — сказал Йохансон. — У неё времени в обрез. Надо её задержать. Нельзя, чтобы она выпустила этот яд в море.

— Правильно, — сказала Уивер. — Зато мы спустим вниз вот это.

Только теперь Йохансон заметил у неё в руках штатив.

— Это же экстракт феромона?

— Да. Завещание Сью.

— Но чем это нам поможет?

— Ну, есть у меня одна идея. — Она поколебалась. — Не знаю, сработает ли. Она у меня возникла ещё вчера, но тогда она не показалась мне осуществимой. Теперь кое-что изменилось.

Она им всё объяснила.

— Вроде бы неплохая идея, — одобрил Эневек. — Но надо торопиться. У нас всего несколько минут. Прежде чем эта посудина затонет, надо бы выбраться на сушу.

— А я даже не знаю, как это осуществить, — призналась Уивер.

— Зато я знаю, — заявил Эневек. — Нам понадобится дюжина шприцев. Я их раздобуду. А вы идите вниз и готовьте батискаф. — Он соображал. — Ещё нам нужен… Погодите-ка! Ты говоришь, в лаборатории кто-то остался?..

— Да. А где ты раздобудешь шприцы?

— В госпитальном отсеке.

Шум над их головами усилился. В проёме ангара, ведущем к левобортному лифту, они увидели вертолёт, отлетающий от «Независимости». Сталь корпуса застонала. Весь корабль корёжило.

— Поторопись, — сказала Уивер.

Эневек посмотрел ей в глаза. Они не могли оторваться друг от друга. Проклятье, думала Уивер, почему только теперь?

— Будь спокойна, — сказал он.

Эвакуация

В отличие от большинства людей на «Независимости», Кроув хорошо знала, что произошло. Видеокамеры корпуса показали подъём светящегося шара из глубины. То, что он состоял из желе, было однозначно, и внутри него взорвался газ. Видимо, метан. Среди пузырей она разглядела очертания знакомого предмета: в корабль врезался «Дипфлайт», утыканный торпедами.

После взрыва разверзся ад. Шанкар разбил о панель голову. Потом в CIC ворвались солдаты и вытолкали их наружу. Прерывистый сигнал тревоги подгонял их вперёд. На трапах была толчея, но команда судна держала ситуацию в руках. Офицер направил её к кормовому трапу:

— На взлётную палубу! Не останавливаться. Ждать дальнейших указаний.

Кроув потащила оглушённого Шанкара наверх. Она была маленькая и хрупкая, а Шанкар большой и тяжёлый, но она собрала все свои силы.

— Шевелись, Мёррэй! — хрипела она.

Руки Шанкара, дрожа, вцепились в поручни. Он с трудом подтянулся наверх.

— Я представлял себе контакт по-другому, — закашлявшись, сказал он.

Ей очень не хватало сигареты, чтобы успокоиться. Она с сожалением вспомнила ту, которую закурила за секунду до взрыва. Она так и осталась дымиться в CIC. Какой стыд: чего бы только она не отдала за сигарету! Выкурить ещё одну, пока всё не взлетело к чёрту. Что-то подсказывало ей, что шансы выжить не особенно велики.

Нет, одёрнула она себя. Глупости! Мы же не на шлюпки грузимся. У нас же вертолёты!

Она почувствовала облегчение. Шанкар добрался до верхнего края трапа. К нему потянулись помогающие руки. Кроув последовала за ним, спрашивая себя, не есть ли это действительно своего рода контакт, в каком и человеческая раса так поднаторела: агрессивный, беспощадный и смертельный.

Солдаты втащили её внутрь «острова».

— У вас не найдётся сигаретки? — спросила она одного из них.

— Вы в своём уме? Бегите к вертолёту!

Бьюкенен

В рубке стоял Бьюкенен со вторым капитаном и рулевым и отдавал команды, стараясь удержать судно в равновесии.

Он сохранял спокойствие и здравомыслие. Взрыв, судя по всему, разрушил часть трюмов и машинное отделение. Трюмы — чёрт с ними, а вот в машинном отделении началась цепная реакция в силовых и охлаждающих системах. Последовали новые взрывы. Потребность судна в электричестве покрывалась за счёт нескольких агрегатов, которые один за другим выходили из строя. На нижних уровнях судна уже всё вымерло. Бьюкенен приговорил команду машинного отделения к гибели, отдав приказ задраить переборки, но сейчас он не мог позволить себе роскошь думать об этом. Надо было эвакуировать людей. Он не взялся бы сказать, сколько времени у них осталось. Удар пришёлся на середину корабля. Тем не менее, они не могли воспрепятствовать затоплению носовых трюмов, и теперь «Независимость» садилась на нос.