Стэммер. Раб
Шрифт:
— Что произошло после того как вы отдали приказ флоту уходить из звездной системы Рикон 6?
Во рту пересохло настолько, что даже говорить стало больно, а может это из-за воспоминаний: — Все корабли начиная от эсминцев и заканчивая моим дредноутом попали под действие неопознанной сети из звездной системы смогла уйти незначительная часть кораблей малых классов, таких как: фрегаты, разведчики, перехватчики и невидимки.
— Что вы имеете в виду под неопознанной сетью?
— Удерживающая сила, не позволяющая двигаться кораблю, она быстро погасила набираемую скорость для прыжка. Корабли, захваченные сетью, неподвижно висели в вакууме космоса, — раве-Гару замолчал чтобы отдышаться. Воздух сильно нагрелся под ярким светом софитов.
— И? — в нетерпенье произнес голос. — Что было потом?
— Все корабли были уничтожены! — выпалил раве-Гару. Он не хотел повышать голос, но воспоминания о том моменте захлестнули его раздраженное ярким светом сознание. — Враг, находясь в невидимости уничтожил все корабли кроме моего!
Зуд чешуи стал невыносимым и в памяти бывшего адмирала вспыхнули яркие вспышки пламени так похожие на огненные цветы никлонцев. Эсминцы, крейсеры и линкоры мгновенно превратились в ничто и лишь его одинокий дредноут недвижно висевший в вакууме космоса остался невредим, а затем…
— Разве по уставу во время военных действий все корабли не должны находится под щитами?
— Они были, — сухой язык лизнул горячий воздух, вкусы исчезли, — но как оказалось это было совершенно бесполезной защитой.
— Что произошло после уничтожения кораблей?
Раве-Гару несколько раз рвано выдохнул: — На зашифрованный канал пришло сообщение: «Клада рептилов, за совершенные преступления вы проговариваетесь к смерти. Наказание неотвратимо!»
Правящие партий возмущенно зашептались. Он прекрасно слышал, о чем они говорят, но больше это не имело смысла. То, что видел раве-Гару однозначно являлось неотвратимой угрозой, нависшей над всей расой. Нет, не так! Неотвратимой смертью! Клада будет уничтожена. Планета Мать будет уничтожена. Их святой миссии не суждено свершиться. Священные писания, повествовавшие об объединении всех яиц кладки, умрут так и не став явью.
— Адмирал раве-Гару, — этот голос был требователен и в отличии от остальных не участвовал в начавшемся споре. Великая правящая Священной партии словно услышала его мысли. — Что вы видели?
— Это… это… размерами оно не уступало яйцу кладки, — раве-Гару закрыл глаза вторым веком, чтоб точнее описать увиденное. — Оно сняло невидимость и находилось далеко. Я никогда раньше не видел нечто настолько огромное, нет… гигантское… мне не хватит слов чтоб описать масштаб, но это определенно был корабль неизвестной ранее расы и на миг мне даже показалось…
— Что показалось?
— Что это корабль «Ругару»…
— Невозможно! Все «Ругару» были уничтожены во время Большого взрыва Матрицы! Да и зачем «Ругару» убивать своих детей?
— Я не знаю, — устало ответил раве-Гару уже не замечая яркого слепящего света и горячего сухого воздуха. — После того как «планета» корабль проявила себя… весь вакуум, вся звездная система была заполнена кораблями сопровождения, куда не посмотри везде были они. Самые малые из них в несколько раз больше наших титанов…
Снова громкие встревоженные перешептывания, но бывшего адмирала это уже не беспокоило. Все пропало! Никому не устоять против такой мощи! Эта армада во главе с яйцом кораблем способна уничтожить всю галактику, да что уж говорить всю вселенную. Неужели в прошлый раз Матрицу постигло именно это несчастье? Впрочем, сейчас уже никто не даст на это ответа. Может им хватит времени чтоб оставить свой след и вписать его в «Исток»? Но «Ругару» и есть «Исток»…
— Адмирал раве-Гару, — произнес требовательный голос и все перешептывания стихли. — Правящий Совет Партий удаляется для вынесения приговора!
Еще один раб Матрицы
— Запомнила? — смотритель болезненно ущипнул бок на мгновенье вырывая меня из дурмана. — И не смей выбирать боевой класс это разозлит ящеров!
Я попыталась ответить, но язык казался таким распухшим, может действительно так и было, а может это из-за тех препаратов которыми меня пичкали последнюю неделю… а неделю ли? Уже нельзя было точно сказать, когда я попала в центр подготовки, мозг словно окутан плотным туманом. Черт! Как же трудно мыслить…
Бок снова ущипнули, на этот раз пришлось хотя бы кивнуть. Разве может человек так издеваться над другим человеком?
«— Да, может! — подсказало плывущее по затуманенным волнам сознание. — Он хочет выслужиться перед хозяевами. Желает показать свою необходимость!»
Я попыталась сфокусировать взгляд, но мир вращался. Что это? Где мы? И почему так темно и холодно? И шея… почему болит шея? Я хотела дотронуться до нее, но рука слишком тяжелая, сколько весит моя рука?
Кажется, мы остановились. Перед глазами какая-то капсула, наполненная ядовитой зеленной субстанцией, крышка отодвинута. Этот человек в белом халате ведет под руку какого-то парня похоже ему тоже затуманили мозги препаратами. Что у него на шее? Почему оно выглядит как розетка? Как же трудно думать…
Глаза закрываются и ноги не держат, но холодная стальная… что это… рука? Лапа? Неважно! Кто-то резко встряхнул тело и глаза сами открылись чтоб увидеть, как парень без возражений ложится в капсулу с зеленой фосфоресцирующей жидкостью. Это кабель? Почему человек подводит его к шее парня?
«— Сосредоточься! — тревожно шепчет сознание. — Смотри!»
Я нехотя повинуюсь и вижу, как закрывается крышка и… что? Куда он исчез? Этот парень, он ведь только что лежал в капсуле с этой ядовитой на цвет гадостью. Неужели это кислота? Нас растворяют? Но зачем?
«— Нет! — уверенно шепчет голос в голове. — Здесь что-то другое…»
Как же холодно, почему воздух такой… сейчас зима? Почему так темно? Ночь? Сколько я пробыла здесь? Что-то очень важное промелькнуло в голове, но затуманенный разум не успел ухватиться за эту… мысль? Ниточку?
Меня снова ведут и этот голос. Противный хриплый голос смотрителя и его болезненные щипки. Если бы только удалось нормально мыслить, сосредоточиться хотя бы на несколько секунд. Зеленые едва светящиеся жидкости освещают длинные коридоры, по краям исполинские колонны, на которых упорядоченными гроздьями висят эти капсулы с кислотой. Туман мутной плотной пеленой застилает сознание, мешает понять, сделать выводы. Снова та же важная мысль-ниточка успевает ускользнуть. Нет. Нужно сосредоточиться. В следующий раз я обязательно ухвачу ее.