Стигма
Шрифт:
– Нет, спасибо! – Я скептически покачала головой.
– Пойдем! Обещаю незабываемую поездку, – подбодрил Джеймс, кладя руки мне на плечи и легонько подталкивая к своему дряхлому коню.
Я нахмурилась и бросила на него настороженный взгляд.
– Я на эту штуку не полезу, – категорично заявила я, но через несколько мгновений почему-то оказалась в седле с потертым шлемом на голове. Эта развалюха бросала вызов всем законам физики.
– Держись!
В кепке Джеймс был похож на доставщика пиццы.
– За что? Джеймс, на твоей колымаге нет даже подставки для ног!
– Погнали! – воодушевленно объявил он, резко стукнув по ручке.
И мой возмущенный крик затерялся среди окутанных ночью небоскребов.
Moonlight Velvet принес с собой большие ожидания и сильное волнение.
На следующий день я, спасаясь от холода, замоталась в шарф по глаза. Подойдя к клубу, спустилась по извилистому лабиринту в его недра. У входа за высоким столом, как обычно, сидела Кристин.
Рядом с переговорным устройством лежала стопка пакетов с аккуратно сложенной униформой. Она проверила бирки, прикрепленные к комплектам, и вручила их двоим парням, которые взяли пакеты под мышки и, болтая, направились к раздевалке.
Мы с Кристин не очень ладили. Точнее, мы друг друга не переносили.
Насмешливая и ухмыляющаяся неприязнь Кристин, которую она открыто демонстрировала с первого дня, портила мне настроение – эта девушка была самой неприятной из всех. Я не удосужилась поприветствовать ее ни словом, ни жестом. Молча остановилась перед ее столом, обозначив свое присутствие покашливанием. Я ждала, что Кристин соизволит поднять глаза, но вредность оказалась сильнее ее.
– Мою форму, пожалуйста, – угрюмо и глухо через шарф сказала я.
Она продолжала что-то корябать на листе бумаги.
– Тебя зовут…
– Ты прекрасно знаешь, Кристин.
Мой раздраженный тон убедил ее наконец поднять голову.
– О, Викандер, – протянула она с фальшивым удивлением и чуть не захихикала. – Я приняла тебя за парня.
Она насмешливо посмотрела на мое обмотанное шарфом лицо и оценивающе оглядела меня снизу доверху. Я проделала то же самое.
Как и охранники, по случаю мероприятия Кристин сегодня оделась более нарядно, чем всегда: черный жилет поверх белой рубашки, узкие брюки, блестящие мокасины, одним из которых она лениво покачивала туда-сюда, закинув нога на ногу.
Пирсинг в ушах она заменила двумя длинными сверкающими серьгами, которые колебались при малейшем движении головы; вместо привычного колечка в носу была пусета со стразом. Волосы она уложила на выбритую сторону, и они ниспадали на плечо каштановым каскадом, смягчая острые линии крючковатого носа и тонких губ.
– Какая жалость, – заявила она, – для тебя нет униформы.
– В смысле?
– В буквальном смысле. Нет, и все. Несколько минут назад я выдала последний комплект для зала. – Она помахала листком со списком сотрудников, усеянным ее закорючками; затем, подперев подбородок ладонью, уставилась на меня взглядом нахальной кошки.
– Слушай, мне не до шуток, – процедила я сквозь зубы, но ее, казалось, забавляло наблюдение за тем, как я закипаю, ей как будто нравилось ставить меня в дурацкое положение.
Ну и стерва!
– А я и не шучу. Я только что проверила список.
– Проверь лучше!
– А что, если я скажу, что не нахожу здесь комплекта для тебя?
– А что, если я пошлю тебя куда подальше? Тогда, может, найдешь?
Она поджала губы.
– Очень остроумно.
– Тебе не нужно чувство юмора, Кристин, достаточно чувства ответственности, – прорычала я, но в этот момент меня окликнули:
– Мирея!
В коридоре царственно стояла Зора. Она выглядела сногсшибательно, облаченная в облегающее платье цвета золотого меда с плиссированной юбкой, складки которой играли на свету. На руках у нее были белые кружевные перчатки; блестящие кольца мерцали на фоне тонких нитей, словно капли росы, попавшие в паутину. «Обворожительная» – единственное слово, которое приходило на ум при взгляде на Зору. Макияж в оттенках бежевого оживлял ее карие глаза теплыми отблесками, а темная помада оттеняла нежный цвет лица.
Зора олицетворяла собой дерзкую и гордую женственность, чувственную силу, которая, как я считала, свойственна только сказочным героиням или мифологическим сиренам, которые сводили с ума моряков и делали с их жизнями что хотели.
– Хватит терять время, – строго, с упреком сказала она, – уже поздно, а ты еще не переоделась. Успела изучить описание продукта?
– Да, конечно, – пробормотала я, узнавая в подскочившей и схватившей меня за руку женщине нашу костюмершу.
Я не заметила ее рядом с Зорой, но по тому, с какой скоростью она поволокла меня за собой по коридору, я догадалась, что меня тут заждались.
– Ой, но… Что ты делаешь?
– Иди с Пенни, – приказала Зора, не давая мне времени понять, почему вдруг меня похищают. – Она выдаст тебе наряд, подходящий для сегодняшнего вечера и для твоей роли. Когда будешь готова, сразу иди в зал.
– Подходящий наряд?..
– У нас много дел, – пробурчала Пенни, утаскивая меня прочь.
Прежде чем повернуть за угол, я обернулась напоследок, чтобы еще раз взглянуть в следившие за мной строгие глаза Зоры и желчные – Кристин.
– Какой у тебя размер обуви?
Я резко повернулась к Пенни, шарф наконец-то спустился с моего лица.
– Шесть с половиной, а что?
– Половинок у меня нет. Но есть семерка, которая плотно сидит… Думаю, тебе подойдет.
Я едва поспевала за ее стремительным шагом, стараясь не споткнуться. Если бы я упала, Пенни наверняка продолжила бы тащить меня за лодыжку, а моя гордость не могла этого допустить.
Когда мы пронеслись мимо комнаты для персонала, я оглянулась на дверь, из которой доносились голоса коллег.