Распахнем окошко в звёздный вечер настежь. Никого не ждём мы нынче в гости к нам. Помечтаем вместе, дорогая Настя, Посидим тихонько рядом у окна. Где-то тихо-тихо возникает песня. Одинокий ветер бродит по кустам. Мимо звёзд далёких Ходит тонкий месяц В бездорожье неба, По глухим местам. Ни в котором веке человек там не был. Но мы завоюем эту высоту! Мы откроем трассу в синем звёздном небе, Станцию «Юпитер», Станцию «Сатурн»! Мы на дачу летом полетим ракетой. — Что за остановка? — спросим мы в пути. Проводник ответит: — Полустанок это. «Марс» — Прощай, планета! — «Вега»! — Не сойти ль? Ты представь — идём мы стройною аллеей. Необычным цветом яблони цветут. Тридцать солнц громадных, зорями алея, В разных направлениях по небу идут. Вдруг встречаем друга. — Отдыхать? — Ну, что вы! В клубе «Красный пахарь» делаю доклад. Мы проходим дальше, А с афиш метровых Говорят нам буквы о гастролях МХАТ. Нам Дворцом Советов полыхает знамя, И на всей планете вечер. Тишина… Мы откроем трассу. Скоро ли? Не знаю… Окна в ночь раскрыты. Блещет вышина. Где-то очень тихо пролетает песня, И, услыша песню, ветер тише стал. Мимо звёзд далёких Ходит тонкий месяц В бездорожье неба, По глухим местам.
Ничего на свете мне не надо
(1959)
Ничего на свете мне не надо — Всё тебе, любимой, подарю: Небо звёздное, Травы росные И красавицу зарю. Ничего не жаль мне для любимой, Я ведь очень, милая, богат — Солнце вешнее, Нивы здешние — Всё тебе отдать бы рад. Только у тебя всё есть, родная. На тебя смотрю я не дыша. Зорька яркая, Без подарков ты Несказанно хороша.
Старшина музыкального взвода
(1959)
Гремит в нашем клубе предпраздничный бал. А я вспомнил давние годы: В солдатском оркестре всех лучше играл Старшина музыкального взвода… Когда громыхал грозовой океан, Слепила глаза непогода, — За словом и шуткой не лазил в карман Старшина музыкального взвода. Мы свято хранили любовь на войне, Всё ж девушкам в дальних походах, Как бог молодой, вдруг являлся во сне Старшина музыкального взвода. Когда мы в деревню ворвались его, Про мать он узнал от народа… Без слёз, по-мужски зарыдал боевой Старшина музыкального взвода. Над тихой рекою закат догорал, Багрянцем окрасились воды. Всю ночь колыбельные песни играл Старшина музыкального взвода. Гремит в нашем клубе предпраздничный бал, А я вспомнил давние годы: В солдатском оркестре всех лучше играл Старшина музыкального взвода. Играет оркестр. Дирижёр вдохновлён. И в музыке столько свободы. Товарищи! Братцы! Да это же он — Старшина музыкального взвода!
Сборы
(1959)
Погрозила гроза и ушла, Дробным громом вдали раскатясь. Снова даль голубая светла. Снова пчёлы гуторят, роясь. Словно сборы в путь дальний у них — Суетня, гомотня, беготня… Так и я… Чем я хуже других? Вещи собраны все у меня. Вещи — нет! Не багаж-саквояж, Не громоздкий пузан-чемодан. Лишь тетрадка да карандаш, Да нечитаный друга роман, Да еловая палка в руке, Чтоб размашистей было идти. В дальний путь я иду налегке. Пожелайте же счастья в пути.
Снежинки
(1959)
На крыши домов, на тропинки, На лица румяных ребят Снежинки, снежинки, снежинки, Танцуя, снежинки летят. Покрыта земля покрывалом, Повсюду сверкающий пух. Снежинка мне на нос упала И сразу растаяла вдруг. Ловлю я снежинки в ладоши, Но только их трудно ловить. Всё ж парочку самых хороших Я маме хочу подарить. На крыши домов, на тропинки, На лица румяных ребят Снежинки, снежинки, снежинки, Танцуя, снежинки летят.
Пожелание
(1959)
Я в полях к золотым одуванчикам Уезжаю с восходом зари. Ну, а ты всё сиди на диванчике И балет в телевизор смотри. Мы, краёв неизведанных жители, В поле ранний встречаем рассвет. И пока что у нас в общежитии Телевизора временно нет. Нам нельзя ещё очень завидовать, Но не надо нам жизни иной, Краше наших просторов не видывать Ни в каком панорамном кино. Помашу я рукой тебе издали, И "до скорого", как говорят… А в красивом твоём телевизоре Пусть все лампочки перегорят.
*Если б я родился не в России,*
(1959)
Если б я родился не в России, Что бы в жизни делал? Как бы жил? Как бы путь нелёгкий я осилил? И, наверно б, песен не сложил. В эти дали смог ли наглядеться, В дали дальние непройденных дорог? И тебя, тревожащую с детства, Я бы встретить, милая, не смог.
Когда весна придёт
Когда весна придёт, не знаю.Придут дожди… Сойдут снега…Но ты мне, улица родная,И в непогоду дорога.Мне всё здесь близко, всё знакомо.Всё в биографии моей:Дверь комсомольского райкома,Семья испытанных друзей.На этой улице подросткомГонял по крышам голубейИ здесь, на этом перекрёстке,С любовью встретился своей.Теперь и сам не рад, что встретил,Что вся душа полна тобой…Зачем, зачем на белом светеЕсть безответная любовь?Когда на улице ЗаречнойВ домах погашены огни,Горят мартеновские печи,И день и ночь горят они.Я не хочу судьбу иную,Мне ни за что не променятьТу заводскую проходную,Что в люди вывела меня.На свете много улиц славных,Но не сменяю адрес я,В моей судьбе ты стала главной,Родная улица моя!
1955
Как становится тихо
Как становится тихоУ переднего края,Вдоль окопов гвоздикаЛепестки расправляет.И куда ни посмотришь— Всё цветы полевые.Всё березы да зори,Всё Россия! Россия!Что ты брови насупил,Боль души пересилив?Дальше мы не отступим:
Дальше — сердце России.
1942
У ДРЕВНЕГО СЕЛЕНЬЯ
У древнего селенья Алазани, Где к виноградникам тропинка пролегла, Поет солдат душевное сказанье —"На холмах Грузии лежит ночная мгла". Солдату вспомнились далекие дороги И грохотом разбуженный покой, Друзья, штурмующие горные отроги,— Гвардейский флаг над кручей снеговой.— Смотрели люди теплыми глазами— На то, как, увидавший горы в первый раз, Шел русый юноша из города Рязани— С грузином рядом в битву за Кавказ. И понял он, что сторона родная — Не сад в селе, не ива над прудом, —— Простор родной страны от края и до края Мы с давних пор отечеством зовем.…У древнего селенья Алазани, Где к винограднику тропинка пролегла,— Поет солдат — гвардеец из Рязани: "На холмах Грузии лежит ночная мгла…".