Не сосчитать бесчисленных утрат,Но лишь одну хочу вернуть назадУтраты на закате наших днейТем горше, чем поздней.И улыбается мое перо:Как это больно все и как старо.Какою древностью живут сердца.И нашим чувствам ветхим нет конца.
1955
Бульдожьи складки. Под глазами мешки…
Бульдожьи складки. Под глазами мешки.Скитаний печать угрюмая,Пройдены версты. Остались вершки.Доживу, ни о чем не думая.Старость, Сгибаются плечи,И тело дрожит от холода.Почему же на старости в зимний вечерНезаконная дикая молодость?
1955
Загон для человеческой скотины…
Загон для человеческой скотины.Сюда вошел — не торопись назад.Здесь комнат нет. Убогие кабины.На нарах брюки. На плечах — бушлат.И воровская судорога встречи,Случайной встречи, где-то там, в сенях.Без слова, без любви. К чему здесь речи?Осудит лишь скопец или монах.На вахте есть кабина для свиданий,С циничной шуткой ставят там кровать;Здесь арестантке, бедному созданью,Позволено с законным мужем спать.Страна святого пафоса и стройки,Возможно ли страшней и проще пасть —Возможно ли на этой подлой койкеРастлить навек супружескую страсть!Под хохот, улюлюканье и свисты,По разрешенью злого подлеца…Нет, лучше, лучше откровенный выстрел,Так честно пробивающий сердца.
1955
Возвращение
Вышел Иван из вагонаС убогой своей сумой.Народ расходился с перронаК знакомым, к себе домой.Иван стоял в раздумье,Затылок печально чесал,Здесь, в этом вокзальном шуме,Никто Ивана не ждал.Он, сгорбившись, двинулся в путьС убогой своей сумой,И било в лицо и в грудьНочною ветреной тьмой.На улицах было тихо,И ставни закрыли дома,Как будто бы ждали лиха,Как будто бы шла чума.Он шел походкой не спорой,Не чуя усталых ног.Не узнал его русский город,Не узнал и узнать не мог.Он шел по оврагам, по горкам,Не чуя натруженных ног,Он шел, блаженный и горький,Иванушка-дурачок.Из сказок герой любимый,Царевич, рожденный в избе,Идет он, судьбой гонимый,Идет навстречу судьбе.
1955
Я, задыхаясь, внизу…
Я, задыхаясь, внизуТихо, бесцельно ползу.Я навсегда заперта,Слово замкнули уста.Здесь тишина мертва,Никнет больная трава.А наверху, над собой,Вижу я облачный бой.
1955
Ты, дождь, перестанешь ли такать?
Ты, дождь, перестанешь ли такать?Так… так… А быть может, не так?В такую вот чертову слякотьПойти бы в какой-то кабак.Потом над собой рассмеяться,Щербатую рюмку разбить;И здесь не могу я остаться,И негде мне, кажется, жить.
1956
Отрицание. Утверждение…
Отрицание. Утверждение.Утверждение. Отрицание.Споры истины с заблуждениемЗвезд насмешливое мерцание.Ложь вчерашняя станет истиной,Ложью истина станет вчерашняя.Все зачеркнуто, все записано,И осмеяно, и украшено.В тяжком приступе отвращенияНаконец ты захочешь молчания,Ты захочешь времен прекращения,И наступит твое окончание.В мертвом теле окостенение,Это мертвым прилично и свойственно,В мертвом взгляде все то же сомнениеИ насильственное спокойствие.
Ненависть к другу
Болен всепрощающим недугомЧеловеческий усталый род.Эта книга — раскаленный уголь,Каждый обожжется, кто прочтетБольше чем с врагом, бороться с другомИсторический велит закон.Тот преступник, кто любви недугомВ наши дни чрезмерно отягчен.Он идет запутанной дорогойИ от солнца прячется как вор.Ведь любовь прощает слишком много:И отступничество и позор.Наша цель пусть будет нам дорожеМатерей и братьев и отцов.Ведь придется выстрелить, быть может,В самое любимое лицо.Не легка за правый суд расплата, —Леденеют сердце и устаНежности могучей и проклятойНе обременяет тягота.Ненависть ясна и откровенна,Ненависть направлена к врагу,Вот любовь — прощает все измены,И она — мучительный недуг.Эта книга — раскаленный уголь.Видишь грудь отверстую мою?Мы во имя ненавидим друга,Мы во имя проклянем семью.
1955
Где верность какой-то отчизне…
Где верность какой-то отчизнеИ прочность родимых жилищ?Вот каждый стоит перед жизнью —Могуч, беспощаден и нищ.Вспомянем с недоброй улыбкойБлужданья наивных отцов.Была роковою ошибкойИгра дорогих мертвецов.С покорностью рабскою дружноМы вносим кровавый пайЗатем, чтоб построить ненужныйЖелезобетонный рай.Живет за окованной дверьюВо тьме наших странных сердецСлужитель безбожных мистерий,Великий страдалец и лжец.
1953
Лаконично
Лаконично, прошу — лаконично.У читателя времени нет.Солнце, звезды, деревья отличноВсем знакомы с далеких лет.Всем известно, что очень тяжкоЖить с друзьями и с жизнью врозь.Все исписано на бумажках,Все исчувствовано насквозь,Всем известно, что юность — благо,Но и старость полезна подчас,Почему же скупая влагаВдруг закапала едко из глаз?
1965
Отречение
От веры или от неверияОтречься, право, все равно.Вздохнем мы с тихим лицемериемЧто делать? Видно, суждено.Все для того, чтобы потомствоТекло в грядущее рекой,С таким же кротким вероломствомС продажной нищенской рукой.Мы окровавленного богаПрославим рабским языком,Заткнем мы пасть свою убогуюГосподским брошенным куском.И надо отрекаться, надоВо имя лишних дней, минут.Во имя стад мы входим в стадо,Целуем на коленях кнут.
1971
Серый тротуар. Серая пыль…
Серый тротуар. Серая пыль.Как серый тротуар, облака.В руку надо бы взять костыль,Потому что усталость тяжка.Залегла гробовая доска в груди,Сквозь нее дышать я должна.А все дыши, через силу иди,Как всегда, как всегда одна.
