Стоит только начать
Шрифт:
– Мне 207 лет. Слишком много по человеческим меркам.- Тепес посмотрел на Люцерию.- Но если честно, то я не знал, что такое жизнь. Ты ее в меня вдохнула.
Девушка засмеялась и немножко смутилась:
– Знаешь, что мне в тебе нравиться , так это «искренность»-улыбнулась она.
– Так все-таки я тебе нравлюсь?- спросил он несколько удивленно
– Ты же знаешь, что я неравнодушна к бледным брюнетам- ответила девушка.
Вампир обнял ее. Его рука оказалась на талии девушки. Люцерия прижалась к нему и обвила руками его шею. И весь мир застыл для них.
«Двое против кретинов»-подумала Саррэль, вспоминая недавно прочитанный роман «Империя Ангелов». Эта легенда была рассказана одной старой женщиной из деревни. Она приютила потерявшуюся Саррэль, когда той было пять лет. Девочка поехала на своем велосипеде по лесу, вдруг начался дождь и она потеряло дорогу к замку.
Шли дни, месяцы, годы. Люцерия и Тепес были счастливы в своем маленьком мире. Все было бы хорошо, но Дракуле пришла мысль. Но как гласит пословица, лучшее-враг хорошего.
1452 год. Ровно 3 года прошло с того момента, как судьба столкнула их. Вампир и человек, смерть и жизнь. Был лишь один способ соединить их навечно. Предки давно его уже придумали: в полнолуние человек должен быть укушен. Оставалось одно но: Люцерия должна была согласиться стать вампиром, иначе она умрет.
– Влад- позвала девушка.
Дракула не заметил ее появления и вздрогнул. Сегодня было полнолуние. Спросить Люцерию об обороте - она не согласится, возможно даже навсегда покинет его. При этих мыслях холод пробежал по спине. Вампир повернулся и посмотрел на девушку: он не чувствовал, что она больна, но видел как Люцерия угасает. Этот вопрос мучил его как какая-то змея в теле, которая грызет изнутри. Тепес решился на оборот: он не мог понять причину ее болезни, но если она станет вампиром…недуг покинет ее.
– Я хочу тебе кое-что сказать- воодушевилась Люцерия.
Дракула подошел поближе и крепко обнял ее:
– С этой ночи все твои проблемы забудутся. Мы будем вместе целую вечность…Вечность вдвоем.
– Но я хочу сказать… - не закончила девушка.
– Тихо, тихо милая - спокойно сказал вампир и поцеловал Люцерию. Его губы опустились ниже, добрались до шеи. Девушка сильнее прижалась к Дракуле. Ее рука оказалась на его спине. Другая ласкала темные волосы вампира. Дракула решился: другого шанса не будет…он вонзил свои клыки в шею девушки. Люцерия еле вскрикнула:
– Что это?
– Согласна ли ты стать вампиром- Дракула дрожал.
– Это важно, ответь!
– Нет, ты слышишь! Нет!- задыхалась Люцерия, поняв, что вампир ее укусил.
Ее лицо оказалось в его руках:
– Милая, скажи да! Да!- по телу Тепеса пробежала дрожь, он покрылся потом и в отчаянии выдохнул.- Иначе ты умрешь!
Девушка улыбнулась:
– Нет, дорогой.- сказала она спокойно и умиротворенно.- Я хочу умереть человеком.
Жизнь уходила с ее тела. Дракула это чувствовал, но все еще пытался получить согласие. Все в мире для него остановилось, он кричал, рыдал , умолял… Вампир сидел около своей погибшей возлюбленной и понимал, что всему он виной. Он все еще тряс ее. Безысходность пропитало все его существо. Сознание оставило его.
Саррэль прекрасно помнила печальный конец этой истории. После смерти возлюбленной вампир сошел с ума. Начал сажать людей на кол, мучить, устраивать кровавые пиры.
Саррэль прочитала много книг, посвященных этой странной легенде: что-то тут было не так.
Глава 9
Дождь. Удивительное явление природы. Люди бегут, пытаясь не промокнуть. Забывают обо всем, обо всех своих делах, просто хотят укрыться от надвигающегося дождя. Люди толпятся в магазинах, на крытых остановках, пытаются забежать в автобус. А дождь все капает. Все сильнее и сильнее. Его не интересует, что этот бородатый мужчина опаздывает на работу, где ему уже давно не поручают приличную работу. А эту женщину с печальными голубыми глазами забыл поздравить с днем рождения возлюбленный. Вот этот нагловатый молодой человек, зарабатывая деньги отсылает своему больному брату в другой город. И эту девушку, которой сегодня надо сдать экзамен, материал которой она учила всю ночь. Дождю не интересны проблемы, обиды, желания , дела других. Он знает свое дело. Капает… Слышите? Природа вновь тактично напоминает, кто здесь хозяин…
Шонэ «Без истины в хаосе», глава 7
Глава 10
Дождь. Хоть волком, хоть оборотнем вой. А ведь Саррэль могла бы помочь ему. Эван вспомнил лицо девушки, и фигуру, и открытую душу. Это единственное существо, которое предложило ему свою помощь. Перед глазами вампира стала его жизнь…и детство.
1880 год. Приют для вампиров. День рождения: 4 года.
– Эван, милый, вставай.- дотронулась до него женщина в чепчике.
Мальчик открыл глаза. Тетя Мария была самой доброй в приюте. Она всегда их будила, но сегодня день особый:
– Эван, с днем рождения тебя- улыбаясь сказала Мария. Она посмотрела на него и достала 3 больших пирожные.- Это тебе!
Глаза мальчика скользнули по ним: его еще никогда не угощали сладостями. Эван взял их, и через секунду в тарелке осталось лишь одно. Эван стоял с переполненным ртом и еле выговорил слова благодарности. Мария на это лишь улыбнулась: ее ждала работа. Эвана поселили в комнате, где жили 30 мальчиков, с трех до шести лет. В обязанности женщины входило помочь переодеться маленьким мальчикам. Потом они строились в ряд и шли в столовую. Эван знал, что завтрак он может съесть: шестилетний Гарс слишком сонный, чтобы отобрать у него рисовую кашу. Вот завтрак кончился и мальчики шли в детскую - играть.
Эван с недели трудился, чтобы починить деревянный экипаж. Мария дала ему краски для того, чтобы покрасить одну из лошадок в черный цвет. Две другие остались серебряными. Все игрушки лежали в большом дубовом шкафу. Маленький мальчик со светлыми волосами нетерпеливо подошел и открыл его, но не нашел свой экипаж. Эван вздрогнул, да, Гарс отнимал все игрушки, но его лошадок не трогал - они были слишком потрепанными. Мальчик еще раз посмотрел, шкаф улыбался ему своей зловещей улыбкой - экипажа нигде не было!
– Эй, не это ли ты ищешь!- окликнул его Гарс. Игрушка уместилась в ладони мальчика.
– Ты хорошо сделал, что починил его для меня- с ухмылкой заметил толстяк и снова уселся играть, не замечая отчаявшегося мальчика.
Эван мог бы допустить оскорбление. Он мог бы остаться без обеда или терпеть, как Гарс прячет его одежду или молчать, когда его однажды закрыли в комнате одного. Но не сегодня! Не в день своего рождения!
– Давай игрушку сюда!
– воскликнул мальчик, задыхаясь от возмущения.