Чтение онлайн

— Офицер Трэверс прав; у вас репутация человека, с которым сложно договориться.

— Я больше брюзжала, когда была помоложе, — сказала я.

Это заставило его улыбнуться, а потом он постарался перестать это делать. Можно сказать, он выглядел озадаченным:

— Тебе не может быть больше двадцати пяти; насколько же моложе ты была тогда?

— Мне тридцать, — сказала я.

— Я видел в досье твой возраст, но все равно, ты выглядишь моложе меня.

— Это потому, что ты высокий, а я низкая; так всегда — шпалы выглядят старше, тогда как карлики — моложе своих лет.

Он снова улыбнулся.

— Верно.

— Может, мы все же продолжим искать моего друга? — не вытерпел Трэверс.

Я посмотрела на сидящего возле меня огромного леопарда. Он смотрел на меня бледными глазами леопарда. Я сказала:

— Ищи их, возьми след.

Леопард по-прежнему продолжал смотреть на меня. Сосредоточившись, я представила себе то, что хотела, чтобы он нашел. Я воспроизвела в голове пиджак и запах тряпки, сейчас слова были неважны.

Поднявшись на лапы, он изящно повернул голову в пол-оборота. Он не пригнулся к земле, не внюхивался в запах ветра, как будто и так знал куда нам нужно идти.

Тело лежало в осиновой роще и голые стволы, словно призрачные стражи возвышались вокруг мертвеца. Слишком красивое место, чтобы оставлять здесь тело; печально, но то, что они с ним сделали, красивым совсем не казалось. Это было одно из тех мест преступлений, когда поначалу глаза не хотят понимать то, что видят. Если отвернешься и не будешь больше смотреть, то твой мозг защитит тебя. Он не даст тебе разглядеть весь этот ужас, но моя работа — смотреть а не отворачиваться, моя работа… Я уставилась на то, что осталось от одного из пропавших мужчин. Я никого из них не знала, поэтому понятия не имела, который это из них. Я знала только то, что здесь было одно тело, а не два. И старалась поверить, что второй пропавший мог быть еще жив, но глядя вниз на останки, очень трудно было на что-то надеяться.

По строению и размерам тела можно было судить, что оно принадлежало мужчине. Одежда была растрепана, словно кто-то решил его переодеть, после того как он умер, или просто потому, что они срывали ее, чтобы добраться до плоти. Так или иначе, сделали это не зомби. Гули тоже не могли этого сделать. Верживотные да, но зачем? Им проще съесть улики. Вампиры могли переодеть труп, но опять же, зачем? И еще от тела были оттяпаны куски плоти. Вампиры не едят твердую пищу, они просто не способны ее переварить. Это могли сделать люди, но даже если люди станут откусывать плоть от тела, это будет всего несколько укусов. А я насчитала, по крайней мере, десять следов от зубов.

Я не уверена, но казалось, будто на теле было два вида укусов, так что у нас два разных монстра. Те же двое, что напали на людей в морге? Хуже всего выглядело лицо; оно попросту теперь отсутствовало. Мне нужно было взглянуть поближе, чтобы убедиться, но выглядело так, будто они сожрали все, что делало лицо лицом. Уродство не скрыло того, что с ним сделали. Как мне сообщили, скоро должны прибыть техники с прожекторами. У нас будет достаточно света, и мы уже не сможет ничего «развидеть».

Я велела Никки отвести Натаниэля туда, где он ничего не увидит, хотя и не хотела, чтобы он слишком далеко от меня находился, где запах до него не дойдет. Ведь запах мог рассказать ему больше, чем мне мои глаза. Позже, когда он сможет говорить, мы сравним наши заметки. А сейчас, я не хотела, чтобы мой парень видел эту дерьмовщину, с которой мне приходится сталкиваться на работе. Никки согласился с одним условием, что Арэс останется со мной. Я не спорила. Арэс был военным ветераном; так что либо он уже насмотрелся на, подобного рода, плохие вещи, либо повидал еще хуже, ну или по крайней мере он с ними просто справится и ничего не испортит. Можете сколько угодно стебаться над морскими пехотинцами, но они не сдрейфят. Мне нравилось это в людях.

Он стоял слева от меня, так как заместитель Эл находился справа. Они были одинакового роста, но Эл смотрелся немного долговязым на фоне Арэса, который выглядел довольно неплохо. Арэс тоже был немного долговязым, но его тренировки сделали его высоким, гибким и сильным. В его карих глазах залегла пустота. Я могла бы сказать, что у него было коповское выражение лица, но он никогда не был копом. Тогда возможно морпеха?

Многие полицейские и рейнджеры предпочли заняться любой работой, которая держала бы их на краю периметра места преступления или подальше от тела. Они чуть ли не в панике неслись к своим начальникам, выяснять не найдется ли для них какое-нибудь занятие еще. Я их не винила, но продолжала отслеживать тех, кто не смог с собой справиться и составляла небольшой мысленный список достаточно крутых и напротив.

— О Боже, — хрипло пробормотал один из младших офицеров.

Я глянула на него, а Эл направил ему в лицо фонарик:

— Ты в порядке, Буш?

Я указала ему пальцем в сторону:

— Отойди отсюда.

Он глянул на меня немного выпученными глазами, горло у него конвульсивно подергивалось. Я схватила его и повернула в сторону.

— Блядь, не вздумай облевать мое место преступления! Уходи!

Он, спотыкаясь, побрел к темной кромке деревьев, но начал блевать еще до того, как до туда дошел.

— Откуда ты знала? — спросил Эл.

— Я много чего повидала.

На другой стороне поляны начал блевать кто-то еще. Резкий запах рвоты смешался с запахом застывающей крови. Труп был довольно свежий и еще не начал дурно вонять. Еще двух офицеров стало рвать в лесу.

Я услышала, как Эл судорожно сглотнул.

— Ты в порядке? — спросила я.

Он кивнул, но я видела его борьбу. Почему-то, когда видишь блюющих людей, тебя тоже тянет присоединиться. Когда-то меня саму выворачивало наизнанку, но это было давно. Я больше не блюю на местах преступлений.

Подошел Хортон и встал с другой стороны от Эла:

— Вашем месте преступления?

— У вас какая-то сверхъестественная тварь кромсает людей, а я как раз из подразделения, занимающегося сверхъестественными преступлениями.

— Мы федералов не приглашали.

— Да, не приглашали. — Внезапно я почувствовала себя очень уставшей.

— Думаю, это наше место преступления, пока не выясниться обратное.

— Отлично, валяйте.

Он нахмурился:

— Знаете, вы не самая крутая, не смотря на то, что говорят другие полицейские.

— Я бы предпочла вернуться к Мике и посмотреть как там его отец, вместо того чтобы торчать здесь и выяснять кому удастся дальше всех плюнуть через тело.

— Ага, еще раз сочувствую по поводу шерифа Каллахана.

— Мне тоже жаль.

Трэверс крикнул мне через всю поляну:

— Ты должна была быть каким-то наикрутецким экспертом. Что убило Кроуфорда и где, блядь, Малыш Генри?

Я посмотрела на здоровяка, он стоял в темноте неподалеку, руки по швам, сжаты в кулаки. Он пытался разозлиться, но мышцы вокруг его глаз подрагивали, а значит, за гневом он пытался скрыть какие-то другие эмоции. Я вспомнила, что он дружил с Малышом Генри. Наверное, смотря на эту кучу-малу на земле, он думал, что тоже самое случилось и с его другом.