Чтение онлайн

— Но каким образом, черт возьми, она умудрилась прожечь джемпер?! — рассмеялся Джаред.

— Эмма собиралась показать, как путем прижигания можно убрать катышки с одежды. И сперва это было очень даже круто, но потом джемпер вдруг загорелся, — хихикнула Сара.

— Ну да. Было дело, — бросив на меня осторожный взгляд, кивнула Эмма.

— Я тогда чуть было не описалась от смеха, — задумчиво произнесла Сара. — С тех пор мы и подружились.

— Надо же! — хмыкнул я, и Эмма закусила губу.

Тем временем игра продолжалась, и, выиграв следующую партию, я выбрал Мэг и Сару, которые, не моргнув глазом, сняли шорты. Но когда в следующий раз выиграл Джаред, он в отместку выбрал Эмму и Серену. Серена сняла шорты, обнажив бедро цвета слоновой кости, на которое Джеймс тут же по-хозяйски положил руку.

— Правда, — сказала я, радуясь про себя, что спрашивать будет не кто-нибудь, а Джаред.

— Если бы ты смогла безнаказанно совершить преступление, что бы ты выбрала? — шутливо поинтересовался Джаред.

Я тут же представила обезображенное лицо и неподвижное тело в луже крови и сразу похолодела. Я вытерла о платье мокрые ладони.

Внезапно меня прошиб холодный пот. Я вскочила из-за стола и, ни слова не говоря, кинулась прочь.

— Эмма! — крикнула Сара.

Но я даже не оглянулась. Единственное, чего я хотела, — отогнать стоявший перед глазами образ Джонатана, превращающего того парня в кусок мяса. А еще воспоминание о крови на полу, после того как Джонатан унес тело. О том, как я сидела, вцепившись мертвой хваткой в руль, пока Джонатан стирал отпечатки пальцев. Я очень долго хранила глубоко в душе эту темную тайну, но вот один невинный вопрос — и тайна попросилась наружу.

— Эмма! — Сара бросилась за мной и попыталась перехватить на боковой дорожке. — В чем дело? Что случилось? — (Но я лишь трясла головой и, как слепая, продолжала идти вперед.) — Эмма, остановись! — взмолилась она. — Скажи, что случилось. — Она протянула ко мне руки, но, увидев мое окаменевшее лицо, отшатнулась. — Ну пожалуйста, скажи, что случилось!

Тем временем Эван, как я заметила, внимательно наблюдал за всей этой сценой.

— Все, я больше не играю. Кто как, а я домой, — выпалила я.

— Хорошо, — сказала Сара. — Можно мне с тобой?

— Как хочешь. Но я не желаю об этом говорить, — отчеканила я.

— Ладно, — безропотно согласилась Сара и, повернувшись к Эвану, крикнула: — Мы с Эммой идем домой.

Он кивнул в знак согласия, но остался стоять на боковой дорожке. Я ускорила шаг, Сара молча семенила рядом.

Как же так?! Именно тогда, когда мне казалось, что я сумела сбросить с себя груз ошибок прошлого, это самое прошлое болезненно напомнило о себе, дав понять, что от него не спрятаться и не скрыться.

Сара целую вечность просидела в комнате Эммы, а когда вышла, сообщила мне, что с Эммой все будет нормально. Вот так. Затем Сара поднялась наверх, чтобы уединиться с Джаредом.

Хотя в остановившемся взгляде Эммы после вопроса Джареда не было ничего нормального. Джаред извинялся снова и снова, но я перестал с ним разговаривать. Нет, ну надо же было догадаться спросить девушку, которая едва не пала жертвой убийцы, именно об этом! Девушку, которая долгие годы была в руках у самой настоящей садистки-душительницы.

Но я не мог долго сердиться на Джареда. Он, естественно, не думал о прошлом Эммы, а просто решил выпендриться, задав оригинальный вопрос. Ему даже в голову не могло прийти, что она так бурно отреагирует. Когда она резко отодвинула стул, то дрожала как осиновый лист. Сара догнала Эмму раньше меня и первой протянула ей руку помощи. А я решил отойти в сторону, чтобы не мешать.

И вот теперь я никак не мог уснуть. Мне хотелось проверить, как там Эмма. Хотелось лечь рядом с ней, сжать ее в объятиях. Я знал, что всегда смогу защитить ее, лишь бы она это позволила. И все-таки меня удерживало некое странное чувство. Я не постучался в дверь ее спальни, а остался лежать в гамаке, глядя на звезды. Слишком уж много нам предстояло друг другу сказать.

Тихонько отталкиваясь ногой, я продолжал раскачиваться в гамаке, над головой чернело затянутое тонкой вуалью облаков ночное небо. Я старался не думать о том, что рано или поздно придется рассказать ей о своей жизни после того, как она меня бросила. Я знал, она ждет именно этого, что отнюдь не облегчало задачу. Но, быть может, если я открою ей душу, она сделает то же самое — и наконец расскажет то, что держит в строжайшем секрете.

Неожиданно я вспомнил о сообщении, что прислал ей Джонатан, и у меня внутри все перевернулось. Я никак не мог выкинуть его слова из головы. «Я прощаю тебя. Я скучаю по тебе. И сейчас, наверное, отдал бы что угодно, лишь бы услышать твой голос».

Джонатан никогда не нравился мне. Более того, я не доверял ему. И на то имелись веские основания. Она делилась с ним самым сокровенным. Поверяла ему свои тайны, о которых не могла рассказать мне. Однако здесь явно нечто большее… «Пожалуйста, скажи, что прощаешь меня».

Определенно, за этим что-то скрывалось, и, прежде чем мы сможем двигаться дальше и окончательно простить друг друга, она должна будет объяснить, в чем тут дело. Правда, сейчас его уже не было рядом с ней. Судя по его словам, он навсегда ушел из ее жизни. И все же он, несомненно, совершил нечто такое, что ранило ее душу.

Я лежала, уставившись в темноту, и думала о Джонатане. Я слышала, как громко стучит в груди сердце. Из головы никак не выходила жестокая сцена, невольной свидетельницей которой я стала. Целых два года я гнала от себя тяжелые воспоминания, словно отказывалась признавать содеянное нами. Я пыталась убедить себя, что, защищая его, я не могла поступить иначе. Я хранила секреты Джонатана, как свои собственные, поскольку обещала ему это сделать, и внушила себе, что мое молчание вполне оправданно. Я вспомнила об обугленных руинах его дома, где заживо сгорела его семья, и меня передернуло от отвращения. Вспомнила несказанную муку в его глазах, когда он признался в поджоге. Для Джонатана не было наказания страшнее, чем чувство гложущей его вины. Уж кому, как не мне, было знать, что́ может сделать с человеком ненависть. Ведь кровь в моих жилах до сих пор была отравлена ядом ненависти.