Чтение онлайн

Но с Нэнси Дрисколл был связан только Джо-Джо.

Теперь мне было необходимо нащупать связь между Нэнси и тем или иным фактором в этом деле — иначе придется убрать ее из дела, решив, что убил девушку посторонний, не имеющий отношения к Джо-Джо и другим действующим лицам. Кто-то вроде Уолша.

Искать ответа следовало у людей, знавших Нэнси Дрисколл. Может быть, полиция что-то упустила. Такое с ними случается, хотя и не очень часто. Но в этот раз они вели расследование, ничего не зная о Джо-Джо. Я опять поднялся к Газзо и взял адреса Пегги Брандт. Потом вернулся на жару и остановил такси. У меня было два адреса Пегги. Поскольку время было еще относительно раннее, я назвал таксисту ее служебный, откинулся на спинку сиденья и попытался ни о чем не думать.

Не получилось. Это никогда не получается. Меня не оставляло ощущение, что я упустил нечто важное…

Мисс Пегги Брандт работала в здании «Юнион Карбайд». Я поднялся на эскалаторе к роскошному фойе и к лифтам. Мисс Брандт вышла ко мне из недр своей прекрасно обставленной конторы по ковру дюйма в четыре толщиной. Ее лицо сразу стало замкнутым, стоило ей увидеть меня. Взгляд скользнул по моему пустому рукаву. Она была высокая, красивая и очень спокойная. Я объяснил, зачем пришел. Пегги провела меня в зал для совещаний.

— Чем вы здесь занимаетесь, мисс Брандт? — спросил я. Мне действительно было интересно.

— Я редактор, — ответила она. — Я ведь уже рассказала полиции все, что знаю, мистер Форчун.

— Да, конечно. Но я хотел бы побольше узнать о Нэнси. Я ищу убийцу, и мне нужно представлять человека, которого убили.

Пегги Брандт скрестила свои очень красивые ноги, выгнула спину, демонстрируя грудь. Я за всем этим наблюдал. Она мной не интересовалась — я был для нее староват, — но автоматически выставляла товар напоказ. Товар был хороший.

— Я уже пыталась об этом думать, — медленно проговорила Пегги Брандт, — но у меня мало что получается. Нэнси была странной девушкой. Нет, не странной, она была слишком обычной. Вы видели ее квартиру?

Я кивнул.

— Она хотела иметь все: мебель, картины… Время-то шло, понимаете? Она видела слишком много фильмов про современные женатые пары. Нэнси читала женские журналы и мечтала, как сама будет жить такой жизнью. У нее не было желания сделать карьеру, да и способностей к этому, я думаю, тоже… — В голосе Пегги звучало искреннее сожаление. — Она не могла позволить себе по-настоящему хорошие вещи и покупала дешевые имитации. Да и с мужчинами получалось примерно так же.

— А Джо-Джо Олсен?

— Джо-Джо? — Девушка тряхнула своей красивой головкой. — Я не знаю никакого Джо-Джо. Наверное, вы имеете в виду Джозефа. Фамилия мне была незнакома. Нэнси вообще мало что рассказывала. Я знала, что у нее есть мужчина по имени Джо, моложе нее. Я думаю, он ей очень нравился. Я хочу сказать, сам мужчина был не так важен, как ее картина: они вместе, в уютном брачном гнездышке. Но мне кажется, он ей нравился, во всяком случае, она считала, что он может обеспечить ей жизнь, к которой она стремится. Но он, по-моему, не спешил. Спешила она. Я никогда не видела девушку, которая так спешила бы.

Она умолкла.

— Джо-Джо не спешил жениться, — чуть-чуть подтолкнул я ее. — У него были большие планы. Он собирался стать автогонщиком.

— Да, Джозеф любил машины, — согласилась Пегги. — А Нэнси любила говорить о том, как они будут раскатывать по всему миру. Но она никак не могла добиться, чтобы он на ней женился — во всяком случае, я так поняла. И она стала встречаться с кем попало. Мне кажется, она часто дразнила мужчин. Девушки, которые все время говорят о браке, почти всегда становятся такими. У них это не специально, просто они не понимают, что для многих любовь вовсе не означает вступление в брак. Нэнси рассказывала о нескольких неприятных сценах с мужчинами…

— Имена знаете? — оживился я. — Кто-нибудь, кто мог бы…

— Нет, я уже сказала полиции, что имен не знаю. Она очень переживала из-за этого Джозефа, и каждый день ее все больше беспокоило то, что она стареет и все еще не замужем за нужным человеком. Она делала глупости, если судить по тому немногому, что рассказывала. Похоже, она пыталась женить на себе каждого мужчину, с которым встречалась. — Пегги помолчала, раскрестила и опять скрестила свои красивые ноги, рассеянно потерла бедро. — Потом появился этот Уолш.

— Она была его любовницей?

Пегги кивнула.

— Она мне рассказывала, что Уолш долго за ней ухаживал. Мне кажется, мистер Форчун, она как бы сломалась. Внутри, понимаете? Она слишком спешила, мальчики, которых она знала, были такими ничтожествами… и не хотели жениться. Уолш не мог жениться, но он мог что-то ей дать. И однажды она сказала ему «да». А мне сообщила, что устала ждать. — Она посмотрела мне в глаза. — Это нелогично, мистер Форчун, но есть женщины, которые не позволят потенциальному мужу даже прикоснуться к ней до брака, однако соглашаются спать с мужчиной, о браке и не думающем.

— Я знаю.

Это старая и довольно печальная история. Приличная молодая девушка, ей одиноко, она беспокоится и подгоняет время. Ей нужен не мужчина, а брак — но и мужчина нужен тоже. Она скучает, чувствует себя пустой и обманутой. Она не способна лечь в постель с мужчиной, который может на ней жениться, до замужества. Так она воспитана. Потом она встречает мужчину, который не может на ней жениться, которому она нужна только для развлечения, и все ее желания поднимаются на поверхность, не сдерживаемые возможностью брака. Своего рода парадокс. У нее непреодолимый внутренний барьер против страсти без замужества, но вдруг замужество перестает играть роль, просто исчезает как фактор, и человеческое естество вспыхивает со всей силой…

— Вы думаете, ее убил Уолш? — осторожно проговорил я.

— Не знаю, мистер Форчун. Кто может сказать, что между ними было? Она каталась с ним на лодке. Иногда он даже брал ее в деловые поездки. Он приходил к ней домой.

Странно — она говорила об Уолше так, что мне казалось: Нэнси полностью отделяет жизнь с ним от своих поисков мужа. Мужчине это нелегко понять.

— Да, — согласился я. — Вы можете рассказать мне что-нибудь еще о той субботе?

— Нет, ничего. Нэнси не очень-то откровенничала. Она жила в придуманном мире. Каждый мужчина был целью, каждая женщина — соперницей.