Шрифт:
Пролог. Перекрёсток на окраине
Светофор на перекрёстке не работал.
Игорь Савельев рискнул сделать шаг на пешеходную «зебру». Все автомобили, кроме чёрного внедорожника, притормозили. Джип вылетел на перекрёсток и неожиданно остановился перед пешеходом, который не услышал визга тормозов. Разом оборвались все звуки.
Игорь осмотрелся. Застыли не только все автомобили, но и люди на тротуаре. Савельев попытался сдвинуться с места и не смог: его ноги стали ватными, а всё вокруг погрузилось в темноту…
Вскоре тьма рассеялась, и он ощутил себя в ином мире, который был ему так же близок и дорог, как и мир возле злополучного перекрёстка. Теперь он находился не на окраине современного большого города, а в незнакомой местности, и у него было другое имя. Его звали Ингвар. Синие глаза и русые волосы у него были такие же, как у оставшегося на перекрёстке горожанина, только Ингвар, который жил в посёлке на крутом берегу извилистого морского залива, носил густую бороду, придававшую ему мужественный вид.
Со своими верными друзьями он часто отправлялся в плавание по холодному северному морю.
Глава 1. За добычей
Ингвар стоял на палубе. Холодный ветер бил ему в грудь. Тысячи мельчайших солёных брызг летели в лицо. Скрипели уключины и мачта. Драккар то нырял носом в волну, то снова вздымался над пучиной. Слышались крики гребцов и глухой голос Вегарда, взывавшего к небесам и молящегося за конунга и моряков – всех тех, кто находился на судне, борта которого скрипели от обрушивающихся на них высоких волн.
К сожалению, конунг не прислушался к совету мудрого Вегарда, который уверял, что скоро поднимется буря, и вышел в море.
А ведь с утра ничто не предвещало непогоды. По бирюзовому небу с запада, в сторону высоких скалистых берегов, плыли белые барашки редких облаков. Тёплый ветерок ласкал обветренные лица викингов, находившихся на драккаре.
Ингвар знал, что порой бури заносили их корабли во владения южных народов. В таких случаях скандинавским мореплавателям, выжившим в схватке со стихией, редко удавалось спастись. Викингов, которые плыли к чужому берегу с разбившихся о скалы драккаров, неприветливые местные жители убивали острогами, копьями и дубинами. Да и с чего бы южанам быть дружелюбными? Викинги жестоко расправлялись с ними во время нападения на их поселения. Иначе и быть не могло. Как можно было возвратиться домой без добычи, не окропив кровью чужую землю? Правда, самому Ингвару Хитрому за свою долгую сорокалетнюю жизнь лишь изредка приходилось участвовать в вылазках и убивать врагов. Он совсем не походил на своего друга Ульвара Могучего, который рубил врагов мечом, словно мясник. Однако конунг Эйрик Рыжий ценил Ингвара за умение выпутываться из самых невероятных переделок, в которые иногда попадали викинги.
Эйрик Рыжий уважал не только хитреца Ингвара и гиганта Ульвара, но и Вегарда Всевидящего. Этот невысокий плечистый чернобородый ведун умел многое предугадывать, мог отыскивать заблудившихся в лесу охотников или указывать путь заблудившимся морякам, когда был с ними на судне. Конунг всегда слушал советы Вегарда, но сегодня утром слушать не стал. Выжили ли те, кто находился на остальных судах викингов, вышедших сегодня в море, было неизвестно. Скорее всего, их товарищи погибли в морской пучине.
И вот теперь, средь белого дня, над морем мгновенно воцарилась тьма. С северо-востока налетел гудевший, словно тысячи боевых рогов, ветер, который разметал несколько драккаров, отправлявшихся за добычей в Британию. Поднялись высокие волны, накатывавшиеся на борта судна.
Ингвар стоял рядом с мачтой, с которой в самом начале бури сорвало парус. Он крепко держался руками за борт и смотрел на вздымающиеся чёрные маслянистые волны. У него перехватывало дыхание от сильного ветра. Глядя на бушующее море, он впал в оцепенение. Лишь треск сломавшейся мачты, которая рухнула рядом с ним и придавила нескольких гребцов, и громкий крик конунга привели его в чувство.
– Все на вёсла! – пророкотал Эйрик Рыжий, перекрывая вой ветра.
Конунг решил заменить своими друзьями погибших моряков, которых смыли с палубы волны. Вегард уже сидел на скамье возле борта и пытался опустить весло в плотную воду. На корме русоволосый синеглазый гигант Ульвар легко управлялся с рулевым веслом. Гребцы пытались выправить драккар, чтобы не подставить борт под очередную надвигающуюся огромную волну.
Ингвар сел на скамью напротив Вегарда и опустил весло в воду. Взвыл ветер, поднявший над носом драккара чудовищную чёрную волну. Весло Ингвара разломилось, словно щепка.
Перед тем, как судно провалилось в тёмную пучину, Ингвар успел ухватиться за борт. У него перехватило дыхание, а в заложенных ушах застучали молоточки. Ему показалось, будто он попал в родной посёлок, где кузнец Бергтор, выпив полбочонка эля, без остановки колотит молотом в своей кузнице.
Казалось, что прошла вечность в кромешной тьме, прежде чем ему снова удалось вдохнуть солёный воздух. Вцепившись в борт, Ингвар с ужасом ожидал увидеть новую накатывающуюся на драккар гигантскую волну. Однако следующая волна оказалась невысокой, и нос судна лишь зачерпнул её пенящийся гребень. Буря стихла также быстро, как и началась, и вскоре судно лишь покачивалось на перекатывающихся по морю низких волнах. Тьма рассеялась.
– Руль вправо! – послышалась команда конунга. – Ульвар, ты слышишь? Идём к берегу!
Ульвар, изо всех сил напрягая свои литые мышцы, повернул руль и драккар понёсся по морю, подгоняемый двадцатью гребцами. В туманной серой пелене виднелась тёмная полоска суши.
– Не стоит направляться к этому берегу, – проговорил Вегард.
– Я тебе верю, но поверит ли Эйрик? – спросил Ингвар.
Покачиваясь, к ним приблизился удручённый конунг.
– Я был неправ, Вегард, – признался рослый сероглазый конунг, тряхнув рыжими волосами. – Нам следовало повременить с выходом в море.
– Сейчас ты снова совершаешь ошибку, приказывая направляться к берегу, – сказал чернобородый Вегард, взглянув на Эйрика своими зелёными, пронзающими душу глазами.
– Возможно, я поступаю неверно, – согласился конунг, – но у нас нет другого выхода. Почти половину команды смыла за борт проклятая волна. Она была не меньше гранитной скалы, выступающей из воды напротив нашего посёлка. К тому же, волна сорвала все, кроме одного, вывешенные по бортам щиты, и смыла за борт парус, незадолго до этого сорванный ветром с мачты. К родным берегам придётся идти несколько дней. Запасов пресной воды у нас нет. Если драккар заметят враги, то без паруса и со столь малым количеством гребцов мы не успеем удрать от быстроходных вражеских судов.