Чтение онлайн

В конце концов, Орлин от нас отстал, конвой, возглавляемый шпионоловом (так я и не узнала, как его зовут), отвел нас в небольшую комнатенку, где только и имелось, что лавка у стены да светильник под потолком. Здесь нас заперли и оставили дожидаться неизвестно чего. Судя по звукам, у дверей стояли часовые, и это как-то не радовало.

Я походила по комнате - вернее, камере, - попробовала подпрыгнуть и выглянуть в крохотное окошко, но не дотянулась, потом мне это хождение надоело, и я вернулась к Марстену. Тот удобно расположился на лавке и выглядел вполне обыкновенно, то есть не напоминал клинического идиота.

– Марстен!
– прошипела я, присев рядом.

– Чего?
– поинтересовался он, не открывая глаз.

– Как думаешь, нас подслушивают?

– Конечно, - уверенно ответил Марстен.
– И обычными методами, и магическими.

– Так что ж ты тогда орешь во все горло!
– всполошилась я.

– Да не услышит нас никто, - вздохнул Марстен и сел.
– Им всем сейчас чудится, что ты хнычешь, а я тебя успокоить пытаюсь. Но только учти, долго я такую иллюзию не продержу, могут понять, что дело неладно.

– Ничего себе!
– удивилась я.
– А так сразу они не поймут, что это твоя работа?

– Да нет же, - поморщился Марстен.
– У их магии совсем другой принцип… Даже не знаю, как тебе объяснить! Ну, вот мы с Валем другого мага сразу чуем, если, конечно, он не закрылся наглухо, но это редко бывает… И какого он уровня, тоже чуем. А этим, чтобы понять, маг человек или нет, нужно серьезно напрягаться…

– Что-то мне не показалось, что этот полковник Орлин сильно напрягался, - заметила я.
– Что он там про твои способности сказал?

– Этот Орлин… - посерьезнел Марстен.
– Вот он-то как раз основную опасность и представляет! Как ты думаешь, почему я так… ну… странно себя вел?

– По-дурацки ты себя вел, - отрезала я.
– Ну и в чем дело было?

– Он пытался прощупать, что я из себя представляю, как маг, - ответил Марстен устало.
– А я изо всех сил старался не дать ему этого сделать… как Дарвальд и велел. То есть не просто наглухо закрыться, а сделать вид, что я ученик бестолковый, никакой угрозы не представляю… Думаешь, легко?

– Наверно, не очень, потому что плющило тебя качественно, - сказала я.

– И противно к тому же, - добавил Марстен, передернув плечами.
– Как будто тебе грязными руками вовнутрь лезут… Бр-р… У них тут другие приемы, не как у нас. Вернее, в нашем мире тоже пользуются подобными, но это вовсе уж дикари…

– Значит, этот Орлин - сильный маг?
– спросила я.

– Да, пожалуй, одного со мной уровня, - признал Марстен, подумав.
– По счастью, он не знает того, что знаю я!

– Вот только не хвастайся!
– перебила я.
– А почему ты думаешь, что он сам нас сейчас не слушает?

– Да где это видано, чтобы командир лично подслушивал, о чем заключенные говорят?
– фыркнул Марстен.
– Нет, нас сейчас мелочь какая-то слушает… Но все равно, давай лучше молчать. Вроде бы он поверил, что я ни на что не годен, но мало ли…

Я подивилась такой неожиданной рассудительности у Марстена, потом вспомнила, что в критических ситуациях в нем пробуждается чувство ответственности, и успокоилась. Глядишь, и обойдется…

В этой каморке мы просидели еще долго. Один нас покормили - принесли две миски невкусной пресной каши с чем-то вроде тушенки и по кружке воды на брата, потом я не выдержала и попросилась в туалет, куда меня и отвели под конвоем (вполне приличное местечко оказалось, я не ожидала, что прогресс тут шагнул настолько далеко!). Сидеть молча было скучно, а много разговаривать мы опасались, только время от времени начинали диалоги на заданные темы вроде "как ты думаешь, куда мы попали?", "когда господин Тарм нас заберет?" и "Марстен, я боюсь, тут столько чужих мужчин!!", исключительно для поддержания собственной легенды. Поспать тоже не удавалось: на узкой лавке помещался лишь кто-то один (если честно, только я, Марстену лавка была узка и коротка), а спать сидя было и вовсе неудобно. Так мы и маялись до тех пор, пока светильник под потолком не погас, а в маленькое окошко не начал просачиваться солнечный свет.

Наконец, за дверью послышались шаги, дверь отворилась, и на пороге появился наш шпионолов. Физиономия у него была совершенно серая, под глазами виднелись темные круги. "Вот бедолага, - пожалела я его.
– Тяжко, поди, всю ночь шпионов допрашивать!" О том, что допрашивали, скорее всего, Дарвальда, я предпочитала не думать.

– На выход, - скомандовал он.

– С вещами?
– не удержалась я. Шпионолов то ли не услышал, то ли предпочел сделать вид, что не услышал. Я вышла из камеры, демонстративно заложив руки за спину, но, кажется, никто не понял, что это со мной такое…

Нас снова отвели в полковничий кабинет, где, к большому моему облегчению, обнаружился Дарвальд, живой и здоровый, только немного осунувшийся после бессонной ночи.

Судя по всему, у Дарвальда камень с души свалился, когда он нас увидел. Надо думать, больше всего ему хотелось подойти и обнять Марстена (ну, возможно, и меня заодно), однако Дарвальд принял невыносимо надменный вид и смерил нас таким взглядом, будто мы для него значили не более какого-нибудь таракана на стенке.

– Как видите, ваш ученик и его сестра живы и здоровы, - произнес полковник, продолжая, по всей видимости, начатый ранее разговор.
– Вы убедились?

– Да, вполне, - процедил Дарвальд сквозь зубы.
– Готов принести свои извинения, однако я не приучен верить на слово кому бы то ни было.

– Никто этого и не требует, - доброжелательно улыбнулся Орлин.
– Итак, если с этим вопросом мы покончили, то, быть может, перейдем непосредственно к делу?

– Разумеется, - сухо ответил Дарвальд.
– Однако прежде мне хотелось бы переговорить со своим учеником. Согласитесь, было бы несколько непорядочно оставить человека, за которого я несу ответственность, в полном неведении относительно наших обстоятельств. Надеюсь, вы дадите мне такую возможность?