Странные игры
Шрифт:
– Он сам запросил эту эвакуацию, - спокойно ответила NI, - Так что всё равно тебе придётся идти к всё тем же планерам.
Рю встретил этот аргумент молчанием. Возможно, будь он чуть спокойнее, он согласился бы с его справедливостью... Но не сейчас. Его правый глаз нервозно задергался, и спустя несколько секунд он выпалил:
– Не поеду с этой тварью! Я хочу связаться с куратором! Сейчас!
– Я тебе выдвинула условия, - ответила Ноэль, - У меня есть макгафин, который тебе нужен. У меня есть условия выполнения задачи. У тебя - всё остальное. Решай.
Она не собиралась сдаваться.
– Хватит вести себя, как ребёнок. Ты глава клана. Пора взрослеть.
– Ты не можешь отказать мне в связи с куратором! Это не логично! Логика - твой бог!
– резко выпалил Рю, - Он имеет право знать, что со мной, и что я хочу ему сообщить! На основании чего ты отказываешь!? Тут не нужны никакие условия! Я хочу получить приказ, а не глупое нытьё про моё взросление или слабости!
"Проклятье! Всё ещё пытается меня проверять! Машина, которая совсем сошла с ума и не видит опасность ситуации! Неужели тут никто не может ничего решить, чтобы не спихивать это на меня!? Я так не могу! Раньше всё было просто и понятно! Как я благодарен, что я раньше не знал истины!"
Разумеется, о том, что он надеется на приказ, который уведёт его от мононоке и от прямой расплаты за убийство Мелиссы, Рю умолчал. Он никак не мог представить, что NI окажется столь въедливой и будет препятствовать ему в этом. Для Ноэль Рю, по собственному представлению, представлял ту же ценность, какую имел бы сигмафин для СБшника, который не желает возиться с особенностями стихийного создания, но и сдать в утиль жалеет, потому что выдать взамен могут что-то хуже, чем у других. Но что, если... второй лидер, что ниже Нарьяны в вертикали власти, сможет продемонстрировать что-то другое? Пусть даже он ведёт свою игру, но Рю уже устал от игр без правил и желал уже принять те правила, по которым он бы смог понять, что ему делать и как остаться в живых в этой школе и на этом грёбанном Панау, сохранив Аки.
– Нелогично потакать твоим капризам и давать тебе надежду на то, что твоё нытьё будет эффективно, - последовал ответ, - Не забывай. Мы сейчас не одни. Какой пример ты подаёшь своей сестре? Она была вне себя от ярости, когда в твоё отсутствие тебя оскорбляли другие студенты, но сейчас ты, своими действиями, показываешь ей, что все те оскорбления были правдой. Я знаю, что ты можешь лучше. Я за тобой долго наблюдала. Ты меня не обманешь. Я знаю пределы человека
– Я не пойду обратно!
– яростно, но, как ни странно, уже не истерично заявил Рю, лицо которого из болезненного приняло агрессивно-сосредоточенное выражение, словно перед тренировкой с мечом, - Что я могу?! Чего ты от меня сейчас хочешь!?.
– Ты можешь всё, - ответила Ноэль, - Кажется, во всей школе, ты единственный из состава форвардов, кто этого не понял. Ты можешь всё. Невозможного нет. надо только думать и стремиться. Стремиться и думать.
А вот этого говорить явно не следовало. Может, Ноэль и обладала высокой вычислительной мощью, как ее мать. Но сейчас она допустила серьезнейший просчет. Она не просто потревожила свежую рану: она встала на эту рану в грязных сапогах и хорошенько попрыгала.
– Невозможного нет, говоришь?
– переспросил Рю, - Я НЕ МОГУ ВЕРНУТЬ ДУШУ МЕЛИССЫ!
Кажется, NI хотела что-то ответить, но ее перебила Аки:
– Братик. Мне больно...
Скосив глаза на нее, Рю понял, что в запале слишком сильно сжал руку, которой придерживал сестру.
– Прости! Я идиот.
"Дерьмо! Соберись! Всё это ради Аки... Ноэль может думать, что угодно, но мне нужно вытащить сестру отсюда"
– Я сам поведу катер, если потребуется. Я умею его водить... Ну, почти умею. Или эвакуируюсь вместе с местными.
Какое-то время Ноэль молча смотрела на него. А затем со звуком, видимо, соответствующим человеческому вздоху полезла в карман:
– Держи, - протянула она телефон, - Вот только даже мне очевидно, что ты даже сейчас делаешь ошибки.
Рю фыркнул и, отвернувшись, стали искать контакт своего куратора. Был он тут. К счастью. Юноша нажал на кнопку звонка, но...
"Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети".
– Ты не когда не пробовал поставить себя на место другого человека?
– спросила рыжеволосая NI.
– А ты?
– резко повернул голову Рю, - Ты пробовала поставить себя на место всего лишь человека? Без способностей суперкомпьютера и без встроенного сигма-проектора? И без возможности разбить стену кулаком! И без матери, спасающей мир! Потерявшего всё! Попавшего в школу, в которой творится то, что лучше не знать человеку. Вообще никогда не знать! Ошибки? Дерьмо, да хорошо, что я вообще могу ещё действовать!
– он повернул голову к Аки, - Прости. Всё в порядке. Всё будет в порядке.
"...если я сумею связаться с куратором", - мысленно докончил он. Если не можешь дозвониться, что следует сделать? Правильно. Отправить сообщение. Какое-то время он раздумывал, как лучше описать свою ситуацию, и остановился на лаконичном:
"Я убил Чанг"
Затем, чуть подумав, добавил:
"Не могу эвакуироваться с остальными"
Как ни странно, куратор откликнулся почти сразу. Несколько сообщений ушло на обрисовку ситуации, после чего он написал:
"Оставайся там, где ты находишься, если это не начнет представлять для тебя угрозу. Я пришлю к тебе Кравенца; он проследит, чтобы ты не подвергался агрессии со стороны студентов, в особенности Чанг-младшей. Когда он придет, иди за ним и ничего не бойся. Тампль своих не бросает. Наказание будет, но я позабочусь о том, чтобы максимально его уменьшить"
Рю сложно было сказать, что такое "максимально уменьшить наказание" в представлении человека, открыто выступавшего за легализацию смертной казни, но он все же счел, что в этой ситуации ему не остается ничего другого, как довериться Финелле-сенсею. Он лишь спросил:
"А Альва?"
"До возвращения в альма-матер посидит в стазисе. Там она никому не навредит. По возвращении состоится суд. Последнее слово будет за ее куратором; что он решит - пока не знаю"
Рю это объяснение не особо удовлетворило. Но он все же решил, что безопасность Аки приоритетнее. А значит, лучше не качать права и просто ждать загадочного Кравенца.
Алистер следовал за Финеллой, и у него было нехорошее предчувствие по поводу всего этого. Преподаватель позвал его за собой почти сразу же, как он вылез из сигма-проектора, куда его почти силком запихала Абла при заходе в планер. И почему-то Алистер сомневался, что он хочет поздравить его с победой.
Они пришли в какое-то техническое помещение, где преподаватель тут же начал устанавливать датчик на дверь. Что это за датчик, Алистер не вполне понял, но кажется, он издавал какой-то шум на неслышимой человеческому уху частоте. Наконец, закончив, итальянец обернулся к колдуну: