Чтение онлайн

И за всем этим скрывается наблюдатель. Наблюдатель, которому не суждено стать собой, но который все еще хочет спасти не свой мир. Спасти мир, точно зная, как его спасти - легко? Отнюдь нет. Человечество всегда найдет способ угробить себя - за двадцать четыре года, прошедших с изобретения сигмы, оно показало это не раз. И даже сильнейшим свойственна жадность, а даже умнейшим - жестокость.

Спи, Винесса Джексон. Тебя вообще не должно тут быть.

Буду спать и я. Я сплю уже тысячи лет...

Но скоро мой сон закончится.

Несмотря на раннюю осень, солнце по-летнему припекало. В солнечном свете неспешный танец золотых листьев выглядел особенно красиво. Казалось, свою, особую красоту придавало ему и осознание того, как недолговечна эта красота, сколь мимолетно время, когда лето уже закончилось, но небо еще не затянули мрачные серые тучи. До того, как землю взроют холодные ливни, чтобы затем смениться снегопадом. Казалось, до того, как наступит это время, осень спешила показать свой лучший наряд, - как капризная королева, чуя приближение своего свержения, надевает все свои драгоценности и стремится закатить величайший бал, какой только позволит казна.

Вместо того чтобы посоветоваться с такими людьми, как тот, кто разрушил идиллию одним своим появлением.

– Я так понимаю, этот разговор не для моих ушей, - произнесла Ноэль и покинула качельки, на которых они с Рю сидели последние пятнадцать минут.

Именно с этого начался тот памятный разговор. Ещё тогда, там, в Закрытой Школе. Просто разговор в саду на фоне осенней листвы вишнёвого дерева. Юноша тоже вскочил было, но Чезаре остановил его:

– Лучше присядь, Рю. Разговор будет долгим.

Рю кивнул и вернулся на сидение, избегая смотреть прямо на собеседника. Сейчас он, как обычно, смотрел на полкорпуса правее куратора, пытаясь сохранить нейтрально-внимательное выражение лица.

Не вышло.

– Ты можешь не глядеть с таким подозрением, - поморщился Чезаре, - Как я уже говорил, я не желаю тебе зла.

Кардинал присел рядом с воином, после чего негромко начал:

– Итак, Нарьяна посвятила тебя в общие положения того, зачем ты здесь. Лично я полагаю, что ты еще не готов; однако, если она решила, что уже пора, то мне остается разъяснить тебе подробности.

На самом деле, это было не совсем так: он в любом случае собирался вербовать его в ближайшее время. Но мотив "опытный воин не верит в готовность зеленого (в данном случае буквально) юнца", разрекламированный тысячами книг и фильмов, неизменно срабатывал.

Рю по-прежнему молчал. Все тот же сосредоточенный взгляд идеального самурая. Но кажется, где-то в глубине он расслабился. Он ожидал худшего начала.

– Итак, как ты уже знаешь, главное, из-за чего ты здесь, - Йоль. Именно тогда, 21 декабря, в самую длинную ночь в году, накопленный людьми негатив проявит себя в виде нечисти... Или темных ками, как ты их называешь. Мне, как стратегу, уже имеющему некоторый опыт в спасении мира, поручено подготовить армию для противостояния им. Проект "Тампль".

Чезаре говорил в основном правду, и около половины ее Рю уже могла рассказать Ноэль. Ложь в его словах была лишь одна. "Тампль" был его собственной инициативой.

– Финелла-сенсей, но ведь ками древнее людей, - расписался в собственном непонимании юноша.

– Смотря какие ками, - спокойно ответил преподаватель, - Есть, например, драконы. Они - охотно верю, что древнее людей, и именно поэтому не столь опасны. Такие ками существовали долгие века, и мир, несмотря на это, еще существует. Кто-то, как твоя знакомая Флора, может представлять угрозу для отдельных людей или групп людей. Но в рамках всего мира ее угроза не столь велика...

Кардинал на какое-то время замолчал, давая воину время осознать первую часть речи, после чего продолжил:

– А есть и другие. Такие, как Легион демонов, угрожавший Риму этой весной. Нечисть, созданная людьми... Ну, созданная - это не совсем верное слово. Человеческая вера придала им материальную форму. То же ждет нас и в Йоль... только куда масштабнее. По нашим сведениям, если их не остановить, то 21 декабря этого года мир перестанет существовать.

– Нечисть, созданная верой людей, это я, - мрачно сказал Рю, - Неужели тот демон, который чуть не уничтожил Рим, - просто чья-то фантазия? А Лилит-тяма правда дракон?

– По пунктам, - поморщился Чезаре, - Первое. Ты не нечисть. Ты амагус, как и я, причем с моральной точки зрения стоящий на голову выше. Нечисть не стала бы защищать Ячжи.

– Я знаю, что я амагус, - ответил юноша, - Это всего лишь метафора. Но она очень близка к истине. Я чувствую себя не-человеком, когда сражаюсь. В случае с Ячжи этого не потребовалось, только поэтому обошлось без жертв.

– А в случае с Анной ты сражался, - парировал священник, - Ты впал в глубокий транс, и только благодаря этому выжили Накамура и остальные в том окне. То есть, хотя если рассматривать события как бой на уничтожение, ты проиграл, но с точки зрения задачи "Защитить людей"...

– Это случайность, - ответил Рю, - К тому же... мне было очень плохо потом. Если бы не встреча с Ноэль-сама, всё могло закончится проще. В любом случае, это всё опасно. Я опасен для людей, а люди опасны для меня. Даже если я могу отвлечь или убить кого-то опасного, это ничего не упрощает, потому что в случае неудачи я убью всех.

– Любой человек опасен, - пожал плечами Чезаре, - И для других людей, и для самого себя. И что же? Тогда ты ясно показал, что можешь выбирать, для каких целей применять свои способности. Именно это нам нужно от тебя. Понимаешь, легко уничтожить всю нечисть. А вот уничтожить нечисть так, чтобы человечество дожило до конца войны... Это уже более интересная задачка. И вот чтобы решить ее, и нужны мы с тобой.

– Я не знаю, - отвечал Рю, который явно начинал нервничать, - Я ничего не знаю о своих способностях. И я боюсь снова попасть в то же состояние, что и после того боя в саду. Откуда я могу знать, что я могу выбирать? Ксо, зачем я вообще побежал за этим киборгом?! Я не это хотел сделать. А если я просто начну рубить каждого, кто сделает шаг в мою сторону?

– Даю тебе задание: ознакомиться с "Основами метафизики нравственности" Иммануила Канта, - ухмыльнулся кардинал, - Можно в сокращенном виде. Именно кантовский императив в чистом виде мы наблюдаем и в случае с Анной, и в случае с Ячжи. Как говорится, один раз - совпадение, два - уже тенденция.