Шрифт:
Страшные Соломоновы острова
Авантюрный роман из жизни "черных копателей"
ПРЕДИСЛОВИЕ
Так называемый "черный копарь", это отнюдь не мародер от археологии, как внушают обывателю масс-медиа. Это прежде всего, человек неравнодушный. К истории своей страны, к красоте родных мест, к самой Родине, в конце концов.
Он упорен и трудолюбив. Он сплошь и рядом эрудирован не менее иных маститых деятелей официоза. И этот роман о нем.
А еще о дружбе родившейся в поиске сокровищ, между немцами и русскими.
А еще о любви. Огромной. Настоящей. А еще о том, как тяжела и невыносима порой бывает для обычного человека, каменная поступь родного государства. Как иссушает она живую душу и не дает дышать. Этот роман о пути под названием - жизнь. И смех здесь сменяется слезами, а невыразимая радость - бездонным горем. Это яркий (надеюсь) рассказ о ярких людях. Потому что, по мнению автора, других людей просто не бывает.
А еще, эта книга о неравнодушных людях и для неравнодушных людей.
И потому - не для всех.
И выглядит все это примерно так...
Глава 1. Почему я не люблю общепит
– Денег заработать хочешь?
– Наташка любовно подхватила палочками кусочек чего-то склизко-аморфного и испытывающе уставилась на меня.
Я вдумчиво обмакнул глаз в погибельный вырез платья на ее груди и осклабился.
– Гусары денег не берут-с!
– Ты о чем-нибудь другом вообще можешь думать? Животное!
– неискренне возмутилась она и тут же захлопотала.
– Чего не ешь? Это вкусно, не кривись.
Я уныло ковырял вилкой нечто, по виду напоминающее полуразложившееся, ущербное еще при жизни крупное членистоногое, а по вкусу - каштаны, жареные в солидоле.
– Ты заказала, ты и ешь. А мне бы мяса кусок, с картофаном. Можно просто мясо, - вяло отбрыкивался я, грустно прикидывая финансовые потери от этого "встретимся, кофейку попьем..."
– Для тебя же старалась, дурында. А то так и помрешь, пережевывая свой ненаглядный тушняк пополам с водкой. И вообще, нечего опаздывать на свидание, - рассмеялась она и, сложив губы бантиком, аккуратно промокнула их салфеткой.
– Спрашиваю еще раз. Денег заработать хочешь?
Мне становилось неинтересно.
– Нет.
– Я придвинул к себе пепельницу, закурил и, демонстративно подняв со стола телефон, взглянул на время.
– Блин. Ну как же все-таки тяжело иногда с вами разговаривать. Бронтозавры доисторические. Ну, казалось бы, чего проще? Есть возможность ненапряжно срубить энное количество евробаксов. Денег лишних не бывает! Чего кочевряжиться?
– начиная подзакипать, выпалила Натаха.
– Солнышко мое меркантильное - вздохнув, начал я.
– Мы знаем друга друга не первый год и, так сказать, с разных сторон. Во всяком случае - я.
– Извращенец!
– возмущенно вскинулась Наташка.
– Да было, чего уж там...
– ухмыльнулся я и, спохватившись, примирительно замахал руками.
– Ладно, ладно. Проехали. Так вот. Зная меня м-м-м... давно, ты так и не уразумела, что фраза "Денег хочешь?" - даже произнесенная интригующим тоном - меня не интригует вовсе. Попробуй начать не с бонуса, а с сути. Что, как и каким образом. Только предельно достоверно. Угу?
– Хорошо, - покладисто согласилась она и на удивление толково изложила причину нашей встречи в псевдояпонской обжорке "Две палочки", именуемой еще в народе "Ту-палка".
Получалось примерно следующее...
За те минувшие два года, что мы с Натахой, слава богу, окончательно разбежались, в ее судьбе произошли серьезные перемены.
Попорхав по жизни и разочаровавшись в принципе "А на фига мне мозги, с такими-то сиськами?!", она, одумавшись и вспомнив об оконченной в свое время немецкой спецшколе, устроилась секретарем-переводчиком в питерский филиал какой-то гансовской конторы.
Фирма занималась поставками сантехнического и прочего оборудования и имела серьезные контракты с коттеджными застройщиками и иже с ними. В общем, чего-то там унитазно-вентиляторно-энергосберегающее. Не суть.
Так вот. Приперся к ним из Германии очередной полухозяйчик-полуучредитель. То ли с рабочим визитом, то ли водки попить. А скорее всего и то, и другое.
Пришлепал, что характерно, со своей переводчицей, Хеленой. У Наташки есть серьезные основания подозревать, что Ленка эта - не просто переводчица. Но об этом потом.
Любой подобный визит подразумевает, кроме чисто деловых мероприятий, также и обширную неофициальную программу. В зависимости от вкусов и наклонностей визитера.
Немчик в этот раз попался вредный и нестандартный. И в Эрмитаж, или там, к примеру, в Петергоф не то чтобы не хотел ехать, но... вяловатый проявлял интерес.
Да и с водкой, сауной и прочими рыбалками тоже как-то не заладилось.
Наташкин шеф запарился анус ему вылизывать.
При всех этих попытках приобщить высокого гостя к нетленкам "культурной столицы", Натаха постоянно присутствовала в качестве местного переводчика.
И с успехом изображала Гоблина, озвучивая на языке Гете косноязычные сентенции своего шефа относительно особенностей питерской архитектуры и прочих достопримечательностей.
Вполне естественно, что она была в курсе напряженности ситуации.
Гость не говорил, чего ему надо, а возможно, просто затруднялся с формулированием своих предпочтений. А Наташкин шеф неотвратимо погружался в глубокую меланхолию.
На очередном скучном, но обязательном фуршете моя бывшая симпатия вышла на балкон покурить и обнаружила там дымящего как паровоз гостя (да-да), который явно маялся от тоски и мыслей об утреннем неизбежном похмелье.
Завязался вежливо-необременительный разговор ни о чем и Наташка, извинившись, поинтересовалась наличием какого-нибудь хобби у своего собеседника.