Чтение онлайн

Хозяин стоял спиной к окну, на его лицо падала тень.

– А, вы тот мальчик, что вломился в дом мистера Ханта, – поздоровался он с Ронаном, который смотрел по сторонам так же настороженно, как той ночью в усадьбе. – Вы ехали позади нашей кареты всю дорогу. Я слышал, как трепещет ваше сердце.

Скулы Ронана напряглись, как будто он укусил что-то твердое.

– В каких отношениях вы состоите с моей племянницей? – продолжил пастор, не дожидаясь ответа.

– Мы любим друг друга, – не смутился Ронан.

– И вы пришли за моим благословением?

– Нет. Я пришел задать вам вопрос, потому что Агнесс сказала, что вы маг. Вы знаете, куда увезли мою мать? Посмотрите в своем хрустальном шаре.

Мистер Линден подошел поближе, и Агнесс поразилась его спокойствию. Впрочем, они с Ронаном тоже старались лишний раз не шевелиться. У Агнесс в груди все болело, как будто там был сплошной синяк. Она подозревала, что у Ронана сердце болит еще сильнее.

– Я не могу ответить на этот вопрос. Благословение, впрочем, тоже не дам. Зато я дам вам совет как духовное лицо и как старший, более опытный друг. Возвращайтесь к отцу, Роберт Хант.

– Он уже растрезвонил всем о моей смерти.

– Слухи можно опровергнуть. Попросите у него прощение и признайте его власть над собой, – говорил дядя.

Его слова шелестели, словно страницы старых пыльных книг, но за их шелестом Агнесс слышала нарастающий гул. Что-то страшное было еще далеко, но уже неслось к ней. Землетрясение. Лавина. Шторм, ломающий мачты кораблей. Она вцепилась в руку Ронана и почувствовала, как напряглись его мышцы. Он тоже это слышит?

– Да уж, вернется блудный сын восвояси! Только вместо тучного тельца отец зарежет меня.

– Пусть так. По крайней мере, вы погибнете в состоянии благодати, – утешил его пастор. – Перед вами отворятся райские врата…

– …а я затворю их пинком! – рявкнул Ронан. – Оставьте ваши бредни для других святош. Меня от них просто тошнит. И Нест тоже. Так ведь, Нест?

– Ронан, подожди…

– А чего мне ждать-то? Еще один урок катехизиса? Нет уж, спасибо, я этим сыт по горло. Говорил же я тебе, что тут мы помощи не дождемся. – Ронан развернулся к дверям, дернув ее за собой. – Пойдем, Нест, мы сами ее отыщем и спасем… Ты ведь пойдешь со мной, Нест?

Скрестив руки на груди, мистер Линден усмехнулся.

– Нет, сэр, моя племянница никуда с вами не пойдет.

– А вам не кажется, что сначала надо спросить ее мнение? Ну же, Нест?

– Я пойду, – сказала она, вслушиваясь в рокот, распадавшийся на слова.

– Ты еще не достигла совершеннолетия, девочка, и не вольна принимать такие решения. Как твой опекун, я имею право распоряжаться твоей судьбой. Ты останешься здесь…

«…я не выпущу тебя, Агнесс…» – загрохотало вокруг, но Ронан бровью не повел. Неужели не слышит? Или послание предназначено только ей?

– Что ж вы, на цепь ее посадите?

– Если понадобится.

«…я заключу тебя в хрустальном дворце, о стены которого разбивается время…»

– Тогда я вызволю их обеих. Мою мать и мою Нест. Моих женщин.

– Этого не произойдет.

«…раз в год я буду вывозить тебя на белом скакуне, но строго следить, чтобы никто не схватил его за узду и не разрезал твои путы железным ножом…»

– Еще как произойдет. Даже если мне придется вас убить.

– Попытайтесь, сэр.

Пол под ногами стал вязким, как трясина, и Агнесс почувствовала, что упадет и не сможет подняться. Она послала дядя молящий взгляд, но в его прозрачно-серых глазах увидела снежную круговерть, которая все разрасталась. Сейчас их с Ронаном затянет в метель и расшвыряет по сторонам, они будут вслепую тыкаться в белой мгле, пока не выбьются из сил и не уснут, убаюканные страшной зимней колыбельной.

И тогда Агнесс останется с Джеймсом навсегда.

Теперь уже и Ронан услышал завывание вьюги и вскрикнул, когда вихрь швырнул ему в лицо острое крошево снежинок. Прижимая к себе Агнесс, рванулся к двери, но дверь захлопнулась и покрылась коркой льда.

– Вы думаете напугать меня салонными фокусами? – обернулся он к Джеймсу, который улыбался так же спокойно.

– Ничего ты еще не видел, глупый мальчишка. Я не остановлюсь ни перед чем, лишь бы удержать Агнесс от Третьей дороги.

– От чего?

Свист ветра стих так внезапно, что от наступившей тишины у Агнесс заломило в ушах. Мистер Линден смотрел на Ронана в таком замешательстве, словно это Ронан, а не он, устроил метель в середине июня.

– Как еще ты собираешься найти свою мать, если не через Третью дорогу? По карте наугад будешь тыкать? – сказал мистер Линден и стал обычным джентльменом, огорченным, что у молодого поколения столь скудный запас знаний.

– Дядюшка, Ронан ничего не знает про Третью дорогу, – пояснила Агнесс, радуясь его внезапному возвращению в мир людей.

Позади застучала капель – дверь понемногу оттаивала.

– Как он может про нее не знать? – отмахнулся мистер Линден. – Он что, своих рук не видел? Недаром же он носит перчатки. Уж будь так добр, сними перчатки и докажи Агнесс мою правоту.

Ронан согнулся, как будто пастор резко ударил его в живот, но распрямился и, глядя на него с вызовом, медленно стянул перчатки. Еще до того, как они сползли окончательно, Агнесс поняла, почему он прятал руки. Вместо смуглой кожи – шершавая кора, как у старого дерева, сплошные струпья и трещины, некоторые совсем свежие, а между пальцев багровели шрамы.

Когда раздался судорожный вздох, Агнесс поднесла ладонь к губам – как можно быть такой несдержанной?

Но это была не она. Это был мистер Линден.

– Боже! Кто это сделал? Твой отец? – обратился он к Ронану с искренним сочувствием.

– Я таким родился.

– Нет, мальчик, ты родился не таким. Ты родился с перепонками между пальцев. Если разрезать перепонки, кожа трескается и может ороговеть, суставы теряют подвижность. Это явление хорошо изучено, увы, слишком хорошо.