Страсти Евы
Шрифт:
Даша заметно тускнеет:
– Ничего страшно, профессор Волков.
– Зовите меня Михаилом, - проявляет он снисходительность и благожелательно приглашает следовать за ним на занятия.
Втроем мы идем к главному порталу Зоны № 1. Монолитные стены посередине прорезает дезинфекционная матричная арка - ноу-хау научного прогресса. В холле под купол башни взвивается вертикальный спиралеобразный аквариум диаметром с дорожный туннель. Прообразом генетического кода резервуар с глубоководной живностью пророс от цоколя до двадцатого этажа - до святая святых Гавриила Германовича. У основания аквариума дизайнеры соорудили ресепшен, за которым рисуются три образцово-показательные, вылизанные до приторного блеска грации.
Многочисленные ответвления разбегаются от вестибюля анфиладами стеклянных кабинетов для опытов, оборудованных по последнему слову техники. В сочетании с готическими аркадами, нефами и статуями мифических страшилищ Зона № 1 оправдывает представления о секретных лабораториях из фильмов ужасов про мутантов и зомби.
Перекрещивающиеся коридоры впадают в анатомический театр для препарирования трупов, где к тому времени студенты с разных факультетов оживленно обсуждают дисциплину «патологоанатомические исследования расширенного профиля». Демонстрационная аудитория по архитектурному устройству уподоблена амфитеатру и наводнена профессиональной аппаратурой с мультимедийным проектором для просмотра научных фильмов. Деревянные трибуны раскрываются ступенчатым веером под крутым углом. У подножия в круге света освещен анатомический стол с медицинскими инструментами и разноформенными лампами. В углублении под витражным окном на студентов смотрит массивный стол с царским креслом - стол профессора. Место преподавателя недолго пустует - в анатомический театр заходит Волков с волочащимся за ним незримым шлейфом профессорского лоска.
– Приветствую вас, юные натуралисты!
– со сластолюбивой улыбочкой извещает он нас, присаживаясь на краешек стола.
– Известен я под именем Михаил Иванович, но вам разрешаю обращаться ко мне по имени. Начнем с мифов. Да - перед вами придирчивый дотошный профессор старой закалки. Да - я терпеть не могу глупых студентов. И да - на моих занятиях будет много трупов.
Заведующий кафедрой анатомии и антропологии демонстрирует аудитории зловещий хохот, в ответ на который никто не смеется, зато все притихают. Добившись экзаменационной тишины, он приступает к чтению вступительной лекции обширной темы «Огнестрельные ранения». В течение двух пар на мультимедийном проекторе мы изучаем виды и особенности ран от пуль. Под конец лекции я отправляю конспект в рюкзачок и беру стакан-тумблер с недопитым кофе.
В Зоне № 1 работа идет круглосуточно: одни сотрудники работают в дневную смену, другие - в ночную. Плетение коридоров лабораторий соединяется и расходится. Мы с Дашей бродим по ним кругами в поисках гардеробной. Наугад мы выбираем новый маршрут, как вдруг из соседнего зала доносятся знакомые голоса.
В закутке около запертой операционной стоят трое мужчин в стерильно-белых халатах и что-то сосредоточенно обсуждают.
– Результат точно совпадает?
– буднично интересуется Гавриил Германович.
– Абсолютно!
– взбудоражено восклицает ученый преклонного возраста.
– Состояние лейкоцитов в норме целых двадцать часов. Вы оказались правы, в зависимости от лунных фаз активность прогрессирующих F-тел увеличивается и уменьшается. Временной максимум составит на полную луну.
– Гавриил, свершилось!
– взволновано трясет его за предплечья Никита.
– Теперь мы сможем разработать антидот и обрубим все концы твоему отцу. Если мы будем держаться намеченного плана, я буду в безопасности.
– Прошу вас, господа, убедитесь сами, - прерывает их пожилой ученый, после чего слышится удаляющийся звук шагов.
– Проследим, - я не спрашиваю, а Даша и не возражает.
Путь пролегает через застекленный мост в корпус биологических разработок. Идущая впереди троица периодически останавливается, чтобы пожать руки другим ученым в белых халатах. Сливаясь с общим потоком и изредка переглядываясь, мы следуем за ними по пятам. Через пару-тройку коридоров на нашем пути возникает преграда в виде стальной двери с электронным детектором. По счастливому стечению обстоятельств на горизонте вырисовывается дружно гогочущая группа молодых медработников. Затесавшись в толпу, мы хвостиком прошмыгиваем за ними без спецудостоверений.
В корпусе секретных биологических разработок под бактериологические исследования отведены застекленные лабораторные комнаты, стерилизационные для обеззараживания отработанного материала, виварии для содержания подопытных животных, средоварочные для приготовления, розлива, стерилизации и хранения питательных сред. В светлых залах с бактерицидными лампами установлены аппараты для проведения химических опытов, колбы с реактивами и столы для посевов.
За третьим поворотом в помещении с флуоресцентными лампами мы обнаруживаем преследуемых объектов. Термостат при входе в лабораторию показывает градусов на десять ниже естественной температуры. В стеклянном боксе с дезинфекционным ультрафиолетовым излучением, обладающим высокой антимикробной активностью, идет эксперимент. Биологи защищены спецодеждой. В ушах у них вставлены наушники с встроенными микрофонами, транслирующими через внешние усилители стадии опыта. В предбокснике находится Никита с двумя лаборантами. Они берут у него кровь из вены и переливают ее в пробирку с желтой лимфообразной эссенцией - сывороткой плазмы крови.
– Они добиваются мутации крови, - полушепотом объясняет мне Даша.
– Для этого к плазме должны прижиться…
Вдруг она делает большие глаза.
– Хос-с-споди, кровь Никиты и есть F-вирус! Мой почти муж и твой брат…
– Индивид, - договариваю я, обомлев от шока.
– Как только Никиту угораздило довериться Гробовому?
– возмущенно вздергивает брови Даша.
– Ей-богу, вы с братом как малые дети. Я и представить не могла, что доктор вирусологии до такой степени втерся ему в доверие. Предлагаю еще какое-то время попридержать свиток у себя и самим во всем разобраться.
– Согласна, - киваю я, взвесив «за» и «против».
Пока мы отвлекаемся на разговор о свитке, прозрачные двери бокса раздвигаются, и один из биологов с гордым видом вручает Никите готовый пузырек с красной эмульсией.
– Объявляю первую часть эксперимента состоявшейся!
– провозглашает Гавриил Германович, поворачиваясь к коллегам.
Лаборатория взрывается громкими аплодисментами.
– Всех ждет премия! Да поможет нам Всевидящая Тень довести эксперимент до победного конца!
Пламенная речь о премировании завершается продолжительными овациями. Гавриил Германович помещает пузырек с F-вирусом в заготовленный футляр и вместе с Никитой выходит из лаборатории через второй выход.
С вопросом «Как они разработают антидот без нашей части формулы?» я разворачиваюсь к Даше, но рядом ее не обнаруживаю. Рассеянно пробегая глазами по лаборатории, я нахожу ее сидящей за чьим-то компьютером.
– Смотри, программа F-вируса все еще в открытом доступе, - докладывает она, разворачивая монитор таким образом, чтобы наши головы никому не были видны.