Чтение онлайн

— Если им нужно исповедаться или повенчать кого-нибудь, тогда, конечно, они откроют мне ворота, — ответил он. — А почему ты спрашиваешь?

При упоминании о венчании Йену стало не по себе. Ему не хотелось думать, что желание Мердока выдать Шилес за Ангуса станет тем ключом, который откроет ему ворота замка.

— Мердок Маккиннон держит мою жену в замке Нок, — процедил Йен сквозь зубы. — Я должен вытащить ее оттуда. Вы поможете мне, святой отец?

Когда священник ничего не ответил, Йен добавил:

— Он собирается отдать ее за Ангуса Маккиннона.

— Ох, только не за Ангуса. Мне известно, что он делал с маленькими девочками. — Глаза отца Брайана сверкнули гневом. — Что от меня потребуется?

— Поговорим по дороге.

Йен надеялся, что теперь план действий сложится окончательно. Сам Бог послал ему отца Брайана, и это было хорошее начало.

Перекрестившись, Йен вышел из храма. «Прошу тебя, Господи, сбереги и сохрани ее, пока я не приду за ней!»

Шилес с удивлением рассматривала женщину, стоявшую возле лестницы вниз, на кухню.

— Дайна, — зашептала она, — что ты здесь делаешь?

— На меня положил глаз один из Маккиннонов, — сказала Дайна. — А больше податься мне было некуда.

— Плохо, что все так вышло.

Хотя повода особо жалеть Дайну у нее не было, Шилес все равно сочувствовала ей. Жить в вертепе — такого никому не пожелаешь.

— Мне тоже жалко, что ты здесь очутилась, — сказала Дайна.

— Поможешь мне?

— Я не смогу вывести тебя отсюда, — замотала головой Дайна. — На воротах стоит стража.

— Тогда нужно придумать что-то, чтобы отвлечь их от меня, пока Йен не придет за мной, — сказала Шилес.

— Ты так в нем уверена? — удавилась Дайна.

— Уверена.

— Если бы я знала, как ты страдаешь по нему, то никогда бы не сделала того, что сделала, — призналась она. — Ты отказывала ему в постели, и поэтому я не видела ничего ужасного, чтобы устроить то представление.

Их прервал Мердок, который проревел из другого конца зала:

— Где ужин?

Когда о стену над головой Шилес ударился железный кубок, женщины бросились вниз. На лестнице было темно, но с кухни пробивался свет, доносились голоса и звон посуды.

— У меня есть яд.

Дайна приблизила губы к уху Шилес.

— Яд? — Шилес остановилась как вкопанная и повернулась к Дайне. — Откуда он у тебя?

— От Тирлаг, — объяснила Дайна. — Перед тем как отправиться сюда, я пошла к ней попросить какой-нибудь амулет. Я не стала говорить ей, куда собираюсь, но она сама сказала, что такой дурехе, как я, требуется что-то посерьезнее, чем талисман-оберег.

Дайна наклонилась и достала из сапожка маленький пузырек, наполненный жидкостью.

— Вот, что она мне дала. Нужно добавить это в эль.

— Я не хочу убивать их всех, — предупредила Шилес.

— Тирлаг сказала, что от одной или двух капель человек просто занеможет. — Дайна протянула ей пузырек. — Кувшины с элем стоят на подносе за дверью. Ты займись делом, а я отвлеку мужчин.

— У тебя получится?

Дайна рассмеялась.

— Увидишь. Нет ничего легче.

Миновав коридор с низкими сводчатыми потолками, они оказались на шумной кухне. Остановившись в дверях, Шилес стала наблюдать за Дайной. Та, виляя бедрами, подошла к здоровенному мужику с мясницким ножом в руках, который громовым голосом командовал поварами и поварятами.

Он замолчал на полуслове, увидев приближающуюся Дайну.

— Я голодная как волк, Дональд, — замурлыкала она. Потом положила руку ему на плечо. — У тебя, может, имеется что-нибудь… особенное… для оголодавшей барышни?

Все в кухне бросили дела и уставились на Дайну, которая, подавшись к шеф-повару, говорила с ним, сыпля намеками. На столе рядом Шилес заметила полдюжины кувшинов, полных эля. Повернувшись спиной к комнате, она вытащила крохотную пробку из пузырька.

Так сколько отравы нужно налить в каждый кувшин? Если бы еще знать, сколько человек будут пить из одного кувшина. Трясущимися руками она накапала по нескольку капель в каждый.

— Что ты там делаешь?

Грубый голос за спиной заставил ее вздрогнуть, и Шилес вылила в последний кувшин все, что оставалось в пузырьке.

— Мердок приказал ей принести еще эля, — встряла Дайна. — Поэтому лучше не задерживай ее.

Подняв поднос, Шилес заторопилась из кухни, расплескивая напиток. В начале лестницы она остановилась и перевела дух. Надо успокоиться. Какой смысл травить эль, чтобы потом разливать его по полу.

Мужчины начали хватать у нее кувшины с подноса еще на пути к столу.

— Прекратите, вы, животные!

Шилес подняла поднос повыше, боясь, что на нем ничего не останется.

До стола ей удалось добраться только с одним кувшином, но зато с тем самым, в котором оказалась самая большая порция отравы. Пряча улыбку, Шилес поставила его между Мердоком и Ангусом.

Неожиданно какой-то мужлан оттолкнул Шилес в сторону и схватил этот кувшин. В бессильной злобе она смотрела, как он дует напиток прямо из посудины, как эль стекает у него по подбородку.

— Решил оставить меня без выпивки, да?

Ангус ударил грубияна в живот.

В ней вновь родилась надежда, когда он забрал кувшин в руки и поднес ко рту, и вновь умерла, когда из кувшина не пролилось ни капли эля. Ангус швырнул бесполезную посудину в очаг и принялся дубасить наглеца, осмелившегося опередить его.