Страж
Шрифт:
Нуар ростом в два метра и восемь сантиметров наводил страх на демонов, заставляя их дрожать от ужаса. В безупречном черном костюме и белой накрахмаленной рубашке он выглядел неуместно в этой холодной темной комнатушке. Камере со стенами, окрашенными кровью Сетха.
Нуар протянул руку и потрепал Сетха по щеке, словно послушного щенка.
– М-м-м. Должен сказать, ад о тебе другого мнения. Я видел тебя и в лучшем состоянии.
– Я тебя убью, – попытался произнести Сетх, но слова были едва различимы. Болт не давал пошевелить губами или языком. И приносил лишь мучительную боль.
Можно подумать, что ему это надо.
Нуар изогнул черную бровь.
– Благодарю? Даже и не знаю, почему ты благодаришь меня за свои страдания. Да ты просто больной ублюдок, не правда ли?
Сетх заскрежетал зубами. Игривый огонек в глазах Нуара доказывал, что эта свинья специально говорит так, лишь бы позлить его.
И у него получилось. Хотя Нуару не нужно особо стараться. Хватило того… что Сетх просто не мог придумать достаточно сильное оскорбление. И то, что Нуар до сих пор жив, действовало Сетху на нервы.
Нуар оглянулся на демонов.
– Оставьте нас.
«Можно ли произнести это более повелительным тоном?
О, постойте. Речь ведь идет о Нуаре. Конечно можно».
Древний бог не станет повторять дважды. Демоны мгновенно испарились, опасаясь, что в гневе Нуар окажет им такое же «гостеприимство», как и Сетху. В конце концов, когда-то Сетх был любимейшим питомцем Нуара, тем, кого тот одаривал подарками, чередуя их с оскорблениями.
Темный бог терпеть не мог служивших ему демонов.
«Черт, я бы тоже сбежал, если бы мог».
Сетх завидовал их свободе. Он сам висел под потолком. Тело обнажено, а руки скованы над головой. Он так долго находился в этой позе, что сквозь раны, оставленные оковами на запястьях, виднелись кости.
Он явно должен испытывать сильные муки. Но эти ощущения приятно смешались с остальной болью, и тяжело было определить, где начиналась одна и заканчивалась другая.
«Кто бы мог подумать, что в пытках можно найти преимущества?»
Когда они остались наедине, Нуар обернулся к нему со злобным выражением лица, которое впечатляло своей холодностью.
– У меня к тебе дело. Заинтересован?
«Ни капли».
У него уже было множество сделок. Ни на кого нельзя положиться. Пусть Нуар поджаривает в адской бездне кого-нибудь другого. Богам известно, ему жертву найти – раз плюнуть.
Сетх отвернулся.
– Ты же знаешь, что обязан подчиняться мне, раб. Я твой хозяин.
И это поедало Сетха сильнее, чем пожирающие плоть паразиты, натравленные демонами на его раны.
«Будьте вы прокляты».
Еще ребенком собственная семья продала его Нуару. И об этом ему никогда не давали забыть.
Как будто он мог.
Нуар запустил руку в волосы Сетха и дернул его голову назад. Из-за чего болт еще сильнее впились в губы и язык.
От резкой боли глаза увлажнились, а старые раны открылись, заполнив рот кровью.
«Может, мне удастся утонуть в ней».
Но Сетх знал горькую правду. Он бессмертен. И смерть никогда не станет спасением от этих мучений, так же, как не спасла от насилия прошлого.
Единственная надежда на милосердие, которое напрочь отсутствовало у Нуара.
Нуар сжал волосы Сетха в кулак, натягивая их еще сильнее.
– Мне нужны твои особые умения.
«А мне нужно твое сердце на блюдце».
Ублюдок улыбнулся, словно прочел его мысли.
– Если ты подведешь меня, уверяю, этот раз тебе покажется раем, по сравнению со следующим пребыванием здесь. Ты меня понял?
Сетх отказывался отвечать.
Прежде чем отпустить, Нуар вырвал клок волос, от чего кожу головы Сетха опалило болью. Паразиты на теле начали кусать жестче, пытаясь добраться до свежей крови.
Дыхание сбилось, он сжал челюсти еще крепче, сдерживая стон. Прикрыв глаза, Сетх боролся с накатывающей темнотой, которая угрожала поглотить его. Если он потеряет сознание, пытки лишь ужесточатся.
«Не делай этого, говнюк. Сосредоточься…
Будь ты проклят, не отключайся!»
Сетх схватился за цепи, когда в глазах потемнело.
Ядовитая улыбка Нуара не коснулась глаз.
– Ты с честью послужишь мне и достанешь то, что я хочу, а иначе…
Он не закончил. Это было лишним.
Оба прекрасно знали, что Сетх сделает все, что угодно, лишь бы покончить с таким плачевным состоянием. Несмотря на показную смелость, он знал горькую правду.
Они сломили его жестокостью.
Он никогда не будет прежним.
В нем просто не осталось ничего, кроме глубокой ненависти, которую можно ощутить на вкус. Горькая ненависть, смешанная со сталью болта и собственной кровью – это все, чем он питался минувшие столетия.
Нуар улыбнулся еще шире.
– Я знал, что рано или поздно ты сделаешь правильный выбор. – Он щелкнул пальцами.
Оковы спали с рук Сетха. Он упал и приземлился на ноги. Но за века пыток и неподвижного состояния они отказывались держать его вес. Сетх рухнул на землю, и лежал там, ослабев настолько, что даже голову не мог поднять. Тело не слушалось. Слишком долго он не разминал мышц.
Нуар с силой пнул его в живот, заставляя перекатиться на спину. Скривившись, он с насмешкой смотрел на Сетха.
– Ты отвратителен, жалкий пес. Приведи себя в порядок.
После этих слов Нуар растворился во мраке.