Чтение онлайн

– Во блин! – Большевик досадливо хлопнул ладонью по столу. – Проворонили!

– Проворонили, – согласился Дима. – Так вот, господа, достоверно нам известно следующее: во-первых, майя не считали Время однородным, то есть, у разных частей Времени, по их воззрениям, разные свойства. Сергею Гость сообщил то же самое. Правильно, Сергей?

Сергей молча кивнул.

– Далее, во-вторых: майя полагали, что у Времени не два вектора, прошлое и будущее, а шесть. Не восемь, не пятнадцать, не тридцать два, а именно шесть. И опять-таки Гость тоже говорил о шести направлениях Аэнно. Затем: они различали Время по цвету и считали, что есть хорошие и плохие цвета.

– Опять в «яблочко», – сказал Сергей.

– Это еще не все, – продолжал Дима. – В текстах майя утверждается, что, изучая Время, можно увидеть не только прошлое и будущее, но и другие четыре направления. В книгах Шилам Балам говорится, что жрецы майя предсказывали как нашествия врагов, так и разные природные катаклизмы. И заметьте, самих этих книг, написанных на языке майя, до сих пор не нашли – это все записанные на испанском устные предания. А сами эти книги, может быть, спрятаны в каком-нибудь затерянном городе

– там же таких городов, в джунглях, тьма-тьмущая; туда и пробраться-то невозможно, есть только фотоснимки со спутников. И наконец, доподлинно известно, что жрецы майя проводили операции на мозге. Своим же коллегам-жрецам. Обнаружены и инструменты для трепанации, и трепанированные черепа. После таких операций можно было выходить во Вневременье и видеть все направления Времени. Или даже перемещаться во Времени. Вообще, люди, попавшие в иную эпоху – это отдельная большая тема, я ее касаться не буду. Тот же Леонардо да Винчи… Или Майкл Скот, Хевисайд… Возможно, они родились в иных краях и в иные эпохи. Я сейчас о другом, – Дима поправил очки и оглядел слушателей. – В ненайденных пока книгах майя могут содержаться гораздо более подробные сведения, может описываться вся технология проникновения во Вневременье. И эти сведения жрецы майя получили от Кецалькоатля или других выходцев из погибшей Атлантиды. То, что Сергею рассказал Гость, подтверждается другими, абсолютно независимыми источниками. Получается, что Гость говорит правду, Гость заинтересован в том, чтобы Ритуал состоялся и Атлантида продолжала существовать. И Гиперборея тоже. А в том, что Ритуал способен воздействовать на нашу реальность и оказать влияние на прошлое, я нисколько не сомневаюсь. Слово – это сила великая, я Сергею уже говорил об арио-архатской системе. А значит, – Дима надавил ладонями на стол, – мы действительно родились когда-то в Атлантиде и были переправлены в будущее. Сюда. В это время. И предназначение у нас солидное: спасти целую человеческую расу и спасти Атлантиду.

– Да-а, – протянул Юра после всеобщего молчания. – Забота у нас простая, забота наша такая… Будем спасать страну родную. Но не знаю, как вы, а я на родину возвращаться не собираюсь, даже если это действительно будет возможно – как Сереге Гость говорил. Привык я уже как-то здесь за четверть века. Обжился, понимаешь.

– А я бы вернулась, – тихо сказала Вика. – Уж больно гнусная у нас жизнь сейчас идет. Чернота сплошная с серо-бурыми вкраплениями…

– Но ведь после проведения Ритуала мир должен измениться, – возразил Сергей.

Дима, навалившись грудью на стол, подался к нему и вкрадчиво спросил:

– А почему ты, собственно, считаешь, что он изменится в лучшую сторону?

Большевик громко крякнул и начал усиленно тереть пальцами набалдашник своего носа.

– Н-ну… – Сергей даже слегка растерялся. – А почему нет?

– Вот тут мы вступаем в область очень зыбких предположений, – сказал Дима, вновь выпрямляясь на стуле. – Мы не можем ничего знать наверняка. Вот ты мне все это рассказал там, в машине, и меня сразу как-то нехорошо насторожила эта изначальная наша запрограммированность. Мы должны – и точка.

– Вот-вот, – вставил Большевик. – Мы с Серегой тоже об этом говорили.

– Заметь, цель в программе не объяснена, – вновь обратился Дима к Сергею, – ее тебе объясняет Гость, некая загадочная личность, преследующая какие-то свои цели, заботящаяся о своих интересах. А они могут оказаться очень далекими от прокладывания путей к процветанию человечества. Может такое быть? Может. Запросто. Получается, что мы – роботы, куклы… стрелы, пущенные в цель, и цель эта – проведение Ритуала. Отклониться мы не можем – мы ведь орудия чужой воли, мы – стрелы…

– Разноцветные стрелы, – вновь подала голос Вика. – Я – синяя, Юра – зеленая…

– Разноцветные-то разноцветные, но летим одинаково, – веско сказал Дима. – Абсолютно одинаково. Прямиком к Ритуалу. С помощью ритуалов вызывают или, по крайней мере, пытаются вызвать какие-то не присущие данной реальности силы. И, как правило, темные, инфернальные. Гость по какой-то причине не может сделать это сам и намерен добиться желаемого результата с нашей помощью. Нашими руками. Например, впустить в мир каких-нибудь демонов из инореальности, дабы обеспечить перевес Зла.

Большевик вскинулся, вытаращил глаза:

– Что-что? Ты это серьезно?

– Я просто предполагаю, – ответил Дима. – Я же специально подчеркнул: мы вступаем в область зыбких предположений, которые невозможно ничем обосновать. Я буду бесконечно рад, если кто-то докажет мне – именно докажет! – что я ошибаюсь. И дай-то Бог, чтобы я ошибался. Это как раз тот случай, когда ошибаться – благо. Но я ведь исхожу из худшего… А если исходить из худшего, из самого худшего – то нам нужно попытаться отказаться от проведения Ритуала… хотя не знаю, совершенно не уверен, возможно ли это. Но хотя бы попытаться…

– Послушай, Дмитрий, – медленно начал Сергей. – Ты исходишь из худшего, так? А почему бы не исходить из лучшего? Гость, как ты полагаешь, намерен впустить в наш мир злых демонов? А почему – не вернуть Христа? Ты говоришь, Гость – загадочная личность, преследующая какие-то свои цели, а проведение Ритуала на руку темным силам. Значит, Гость – представитель темных сил. А кто же тогда Лондар? Выходит, представитель Света? Несущий свет и добро костолом и убийца! Так? Живая иллюстрация тезиса насчет того, что добро должно быть с кулаками?

– Я не знаю, – отделяя одно слово от другого, сказал Дима. – Может быть, я не прав. А может быть – прав на все сто процентов. Доказать тут ничего нельзя – мы не располагаем необходимой информацией.

– Вот ты говоришь: запрограммированность, марионеточность, – не унимался Сергей. – А ты попробуй поставить себя на место жрецов Аатона. Будь ты жрецом Аатона, как бы ты поступил?

– Заложил бы в программу информацию о цели действий, которые необходимо предпринять.

– Э-э, нет, – Сергей поводил пальцем из стороны в сторону. – Так поступил бы ты, – он сделал ударение на «ты», – Дмитрий Вергун, а не доисторический жрец. Психология у них была другая – я ведь тоже кое-чему учился. Нас иногда удивляют поступки древних, потому что мы судим о них с собственной, современной точки зрения. Жрецы Аатона готовили из нас ис-пол-ни-те-лей – и ничего более!