Чтение онлайн

– Что я в тебе нашёл? Почему мне с тобой хорошо? Зачем я болею недугом, под названием «Ты»! – нежно гладит её по щеке.

– Дыхание один в один. Ты мой господин. Люби меня, как можешь! – она тоже гладит его по щеке.

– Вместе! Рваным дыханием, криком души! – он резко выбрасывает правую руку вверх, – Влажными губами по коже! – наклоняется и проводит губами по её плечу.

– Вместе! Только молю тебя не уходи. Не покидай меня, моя судьба! – она подходит вплотную, прижимается к нему всем телом.

В этот момент мне хочется крушить всё вокруг от ревности. Он мой! Она не имеет право так прикасаться к нему. Красные вспышки в глазах. Я готов подняться на сцену и впиться в неё зубами. Выпить её до донышка, до последней капли крови. Чтобы она больше не смела, касаться моего мальчика своими грязными руками, которыми ласкала множество мужчин. С трудом подавляю бешеный приступ ревности, понимая, что это всего лишь танец. У меня такое впервые.

Тем временем Максим отстраняется. Он начинает танцевать вокруг неё, нежно касаясь руками её тела. Потом останавливается, прижимая её к себе, обнимает сзади.

– Я одержим тобой. Захотел бы, но не ушёл. Я прикован к тебе крепкой цепью, под названьем любовь!

Она разворачивается к нему лицом и обхватывает его голову ладонями.

– Ты для меня судьба. Рядом лишь ты и я., и пусть катится мир ко всем чертям! – целует его в губы и отбегает на пару шагов.

Он в несколько прыжков подлетает к ней и, обнимая одной рукой за талию, погибает в спине. Её волосы свисают почти до пола, и она замирает в его руках, как будто покоряясь.

– Вместе! Током по венам, как по проводам! – он проводит ладонью по её телу от лона до горла, – Вместе! Я тебя никому не отдам! Прикую тебя к себе кандалами! – он поднимает её и зажимает в своих объятиях.

– Вместе! Крепче меня держи! Вместе! Сильнее меня люби! Я без тебя никто, пыль под ногами людей! – она поёт и скользит вниз по его телу, лаская руками. В конце опускается перед ним на колени, затем обхватывает руками ноги.

Максим тоже опускается на колени, обнимает её и целует. Потом они воздевают к потолку руки со сцепленными пальцами, и на пределе голоса кричат: «ВМЕСТЕ!» Одновременно с этим криком грохочет гром и врывается в уши крик лебедя.

Танцоры уходят со сцены под аплодисменты, а я сижу в прострации. Это было так нежно, чувственно и одновременно на разрыве эмоций. Прекрасный танец лебедей неразлучников, исполненный вот так. Мне захотелось, чтобы он касался меня руками, а не её. Чтобы со мной исполнил этот танец. Но, к сожалению, я не умею так танцевать как они. Поэтому я дико ревную его к ней. Меня буквально разрывает на мелкие части от этого. Растирает в пыль, словно ингредиенты для заклинаний в специальной ступке. Я хочу его, хочу до дрожи в коленях. Вот сейчас у меня реально стоит от его исполнения. От вида его голого тела. Сейчас, грозный Светлейший-лорд Ямиль Янар, готов упасть перед этим мужчиной на колени, и молить о том, чтобы он был рядом. Чтобы позволил хотя бы один поцелуй или невесомое прикосновение пальцев, в том месте, где бьётся его сердце.

Через несколько минут он снова выходит на сцену. На этот раз на нём золотые одежды. Максим становиться в середине сцены в стойку. Звучит музыка. Он начинать делать резкие движения ногами, а руками изображает ход часовых стрелок.

– Тик-так. Тик-так. Часики бегут. Тик-так. Тик-так. Спать не дают, – делает па и начинает танцевать, кружится, выгибается, – А я хотел бы уснуть, и увидеть тебя во сне. А я хотел бы закрыть глаза, и прикоснуться к твоей весне.

Он делает повороты и сальто. Прогибается в спине, касаясь руками пола. Он пластичный как гуттаперчевая кукла. И эти невероятные движения притягивают взгляд. Заставляют замереть, буквально затаив дыхание.

– Позволишь, я буду тебя искать?! Позволишь, наплюю на время, и буду искать?! Лишь тебя одну! Лишь одну тебя! – останавливается и простирает в зал то одну, то другую руку.

Потом снова приходит в движение. Делает сальто. Кружиться вокруг себя, а руки буквально мелькают в движении. Вдруг останавливается.

– Жарко! Разрываю рубаху, обнажаю себя, – от одного движения клочки ткани падают вокруг него, – Жалко! Я искал, но так и не нашёл тебя. Приходи ко мне! Приходи сама!

– Позволишь, я буду тебя искать?! Позволишь, наплюю на время, и буду искать?! Лишь тебя одну! Лишь одну тебя! – Снова движение. Он несколько минут мечется по залу в танце, открывает невидимые двери, будто ищет кого-то.

– И всё же я буду тебя искать! Не спать ночами, и снова искать! Погибать без тебя, и ломать эти часы! – замирает, а потом начинает работать руками и ногами в боевом стиле, словно ломает что-то.

Снова замирает, глядя грустным взглядом в зал. Руки изображают стрелки, а в глазах стоит такая невыносимая боль, что я задыхаюсь от неё вместе с ним.

– Тик-так. Тик-так. Стрелки впиваются в душу! Тик-так. Тик-так. Звон этот врывается в уши! Разрываю свои одежды, как вторую кожу! Скажите мне, люди, разве так жить возможно? – наклоняется и, поднимаясь, тянет брюки вверх, они падают на пол, а он кричит в зал, обхватывая себя руками.

Через секунду Максим летит по залу, перебирая ногами по полу. Руки парят и изгибаются словно крылья.

– Может мне взлететь как птице. Может пролететь километров вереницы. Отыскать тебя! Лишь тебя одну!

Музыка стихает, а он замирает. На последних аккордах закрывает лицо руками, вздрагивает и всхлипывает, как будто плачет.

Мне кажется, что это песня странствующего пилигрима, который бродит по свету в поисках той единственной любви. Хочется забраться на сцену, увести его от толпы, которая аплодирует ему. Скрыть его от посторонних глаз, обнять и утешить. Но я не смею этого делать, не здесь и не сейчас. Ещё рано. Но вот присниться ему могу. Обнять его хотя бы в его снах.

Тем временем он снова выходит на сцену и начинается вчерашний номер. Опять эта боль в глазах. Эта обречённость одиночества, никому ненужности. Меня корёжит изнутри. Каждая клеточка тела пронизывается его печалью.

Тяну носом воздух, прокладывая к нему дорожку среди многих ароматов. Он так же остро пахнет ванилью и ежевикой. Но к этому примешивается что-то ещё, горькое. Такого быть не должно. Закрываю глаза и снова распахиваю. Они из бирюзовых превращаются в чёрные, включая астральное зрение. Вокруг Максима плещется чёрная аура, она лижет его своими языками. Пожирает его в пламени тоски.

Я понимаю, почему у меня такая реакция на это выступление. Он не играет, он так чувствует на самом деле. Он живёт этим давно. Его мужская чакра почти пустая. Значит у него не так и много секса за последнее время. Не потому что он не может. Просто эта дрянь, что окружила его, не даёт к нему приблизиться. Так не пойдёт, мой хороший. Я кладу руку на бутон цветка и начинаю читать заклинание. После подзываю официанта, того самого, что был вчера.

– Юноша, можно ручку и лист из вашего блокнота. Передадите подарок Максиму.