Чтение онлайн

Энджелл вздохнул и начал оглядываться по сторонам. Сам виноват, подумал он. Он тоже отгораживается от нее. Он сомневался, правильно ли он делает, закрываясь от нее. У него же нет никаких прав судить Эву за ее поступки. Сохранявшееся между ними легкое отчуждение было безопасным и необходимым. Поцелуй сослужил ему неплохую службу. Теперь он еще долго не забудет, что следует постоянно держать себя в руках.

Он оглядел колыхающееся по платформе людское море. Внезапно его внимание привлекло какое-то движение в толпе. Вытянув шею, он попытался рассмотреть заинтересовавшего его человека.

Вот он снова мелькнул слева и исчез за следующей колонной. Это был неприметный мужчина, одетый в черное. Энджелл сжал кулаки.

Когда он обернулся, Харви уже вернулся со свежей газетой. Мужчина выглядел раздраженным.

– Мне сказали, что наш поезд на правой платформе, – обратился он к молодому человеку. – Так что нам следует быть готовыми сесть в любую минуту.

Энджелл оглянулся, но незнакомца в черном уже нигде не было. И сколько он ни всматривался в толпу, больше он ничего подозрительного не увидел. Только Эва смотрела на него странным внимательным взглядом.

Наверное, какой-нибудь карманный воришка, подумал Энджелл.

Наконец двери поезда открылись, и они вошли внутрь. Перед этим Энджелл напоследок еще раз внимательно оглядел платформу и вновь ничего не увидел. Мужчина словно сквозь землю провалился. Но Энджелл почувствовал, как в его душе просыпается беспокойство. Его тревожило то, что незнакомец был чем-то похож на Баррета Трейса.

Энджелл вышел из своего купе в коридор. В этот момент поезд резко повернул, и ему пришлось ухватиться за окно. Затем он осторожно направился в ту сторону, где, по его представлению, должен располагаться курительный вагон. Вероятно, ресторан справа, решил он, значит, он пойдет налево.

Больше всего Энджеллу нравилось проходить между вагонами. Хотя здесь было холодно, но приятно было вдохнуть полной грудью свежий воздух. Ему нравились постукивание металла и шум ветра. И случайные разговоры, которые можно было услышать.

Энджелл ненадолго остановился в тамбуре, с радостью прислушиваясь к свисту ветра. Ему очень нравилось ощущение движения, которое давал ему поезд, нравилось, что вагон покачивался. Он расслабился, с удовлетворением размышляя, что этот поезд со всей скоростью, на которую он способен, увозит его прочь от ненавистного Баррета Трейса.

Мягкое покачивание вагона прогнало из его души неприятное чувство, охватившее его после того, как он увидел человека в черном. Был ли это действительно Баррет Трейс или просто какой-то воришка, – он остался далеко позади.

Он глубоко вздохнул и достал из жилетного кармана новые золотые часы. В сумрачном освещении вагона он сумел разглядеть, что уже около девяти. Двумя пальцами он аккуратно опустил тяжелые часы обратно в маленький карман – точно так же, как сотни раз делал Харви, – и распахнул дверь.

Пройдя второй спальный вагон, он услышал сквозь шум колес звуки фортепиано и понял, что уже близок к цели.

Войдя в следующий вагон, он захлопнул за собой дверь. Внезапно его окутала тишина, шум поезда здесь был почти не слышен. Пол был покрыт толстыми коврами. На них стояли плюшевые кресла. В углу сверкала полированным деревом стойка бара.

Здесь было всего пять человек, считая пианиста. В углу располагалась пожилая пара, настороженно оглядываясь вокруг, словно опасаясь, что их ограбят.

Пианист, нежно касающийся клавиш, оказался негром в белом смокинге. Он играл с закрытыми глазами и явно полностью погрузился в музыку, забыв даже, где находится.

Энджелл направился к бару. За стойкой стоял худой усатый бармен. Неподалеку сидел респектабельно одетый лысеющий джентльмен лет пятидесяти. Перед ним стоял бокал с виски.

– Добрый вечер, – поздоровался Энджелл, усаживаясь через два кресла от мужчины.

– И вам добрый вечер, сэр, – глубоким баритоном отозвался джентльмен.

Перед Энджеллом мгновенно возник бармен:

– Чем могу служить, сэр?

Энджелл скользнул взглядом по бокалу соседа и слабо кивнул:

– Виски, будьте добры.

Мужчина наблюдал за ним с добродушным интересом.

– То, что я пью, – не обычное виски, сынок. Это прекраснейший бурбон из Теннесси. Попробуй, и ты увидишь мир совсем другими глазами.

Энджелл улыбнулся незамысловатому каламбуру.

– Судя по всему, это именно то, что мне и нужно, – кивнул он бармену.

– Вы из Сент-Луиса? – спросил Энджелл.

– Нет, сэр. Я родом из Теннесси, – ответил джентльмен.

Энджелл весело рассмеялся. Бармен поставил перед ним бокал.

– Я должен был догадаться, – салютуя бурбоном, проговорил молодой человек.

Мужчина поднял в ответ свой бокал.

– Рад, что вам это не удалось. Впрочем, я оттуда уже давно уехал. А вы откуда, мистер…

– Энджелл. Джошуа Энджелл. – Он привстал и протянул мужчине руку, словно не расслышав второго вопроса.

– Моя фамилия Уэдертон. Честер Уэдертон.

Мужчины пожали друг другу руки и вновь опустились в свои кресла. Энджелл сделал глоток и огляделся. Да, вагон был обставлен получше, чем большинство домов, где ему приходилось бывать.

– Направляетесь в Нью-Йорк, надо полагать? – прищурившись, спросил Уэдертон.

Энджелл слегка удивился.

– Да, именно туда. Сначала в Бостон, а потом оттуда в Нью-Йорк. А вы?

– Прямо в Нью-Йорк. У меня там дела. Инвестиции, вклады – это то, чем я занимаюсь, – важно проговорил Уэдертон. – Да, несложно узнать молодых людей, едущих в Нью-Йорк. У них есть определенная жажда в глазах. Я и сам такой был. Только давно.