Чтение онлайн

— Ты представляешь? Вот это я понимаю! Вот так надо работать с подчиненными! Соображает он, кто может ему бабки приносить!..

Я восторгов не разделял, ибо уловил в этой истории нечто теневое. И тут «подводные камни», похоже есть… Этот хренов Кайзер, конечно, не все Витьке говорит. Что-то здесь кроется, но что…

Всему приходит конец, кончилось и воскресенье. Оно же легендарное третье сентября. Пришло четвертое. Понедельник.

Лекция по истории вновь оказалась невероятно интересной. Бутусов все-таки был великолепный рассказчик. Я даже не записывал — все и так запоминалось… Межендрины речи, конечно, записывать пришлось, и они не были такие блестящие, тем не менее и это мне было интересно… После обеда — физика. Доцент Аркадин Борис Михайлович. Он оказался огромным грузным дядькой, говорившим ровно, размеренно. Скучновато? Ну не знаю. Впечатление осталось неопределенным.

Между прочим, я заметил, как с этой лекции исчезла Лена. Просто не пришла. Почему?.. Что-то вроде ревности закопошилось во мне, я продолжал бесплодно думать об этом, когда мы уже шагали в сторону спорткомплекса, и парни были заметно оживлены, ожидая увидеть загадочную красотку Ольгу Васильевну… Я же шел немного в стороне, и все думал о Лене.

Куда вот могла деться?..

Честное слово, полегчало, когда увидел. Парни оживились пуще прежнего, увидав девчонок в трусиках, трико, футболках, с явно проступающими очаровательными рельефностями… А мне бросилось в глаза, что Лена какая-то не такая. Что-то случилось.

Не успел я подумать так, как сама она подошла. И я сразу увидел, что глаза чуть припухшие и покрасневшие.

Еще не легче. Плакала, что ли?..

— Слушай, — сказала она сухо, отводя взгляд. — Есть разговор, давай отойдем.

Отошли.

— Слушаю, — тоже нейтрально произнес я.

Она сделала усилие:

— Э… м-м… скажи, у тебя с Ларисой… что было?

Я ожесточился:

— Опять ты за свое? Какая муха укусила?

Она нервно дернула плечом:

— Я серьезно. Тут не до мухи.

— Что-то произошло?

— Произошло. Лариса… Словом, она умерла.

Конечно, это было как обухом по голове. Но я и глазом не моргнул. Вмиг смекнув, что трясти эмоциями тут не надо. Равно и пустыми возгласами вроде: «Как?! Не может быть!.. Да что что говоришь?!» Очень спокойно я спросил:

— Откуда сведения?

— Да забежала в перерыве в отдел кадров. Так, навестить, повидать. А там и огорошили…

В этот момент из приземистого здания выкатился толстенький пожилой дядька в синем спортивном костюме. На шее как медаль висел на цепочке никелированный секундомер.

— Та-ак! — радостно прогорланил этот пузан. — Химфак, первый курс? Первая группа?

— Тут! — откликнулся староста первой группы.

— Отлично. Все сюда и строимся!

— Слушай, — быстро заговорил я, — ты знаешь, где ларек «Союзпечати»? Вон там, — я махнул рукой, — возле гастронома, у трамвайной линии?

Лена кивнула. Чувствовалось, что «огорошена» она на всю катушку, да мало того, глаза на мокром месте.

— Вот там и встретимся. Через полчаса после физры. И потолкуем подробнее. Есть?

Она вновь кивнула.

— Пер-рвая группа!.. — уже нетерпеливо возопил толстячок.

— Все, иди, — быстро сказал я.

Лена быстрым шагом устремилась к носителю секундомера. И тут же ко мне сунулся Витек:

— Кто это?

— Ты о ком?

— Ну, вот эта девчонка из первой группы? Я ее по вступительным вроде помню… Но как зовут, не помню.

— И не вспоминай. Береги мозг для более продуктивной работы.

Он неопределенно хмыкнул.

— Кстати, — я кивнул на выстраивающуюся в шеренгу первую группу, где, естественно, толклась и Татьяна — в футболке и трико она выглядела совсем ядреной девахой, — как на этом фронте у тебя?

Витька, конечно, понял мой кивок.

— Пока так же, — вздохнул он. — Гордится. Нос дерет кверху.

— Надо искать подходы, — наставительно произнес я.

— Надо. А как?.. — с надеждой вопросил он, но тут же отвлекся и толкнул меня в бок: — Смотри-ка! Вроде бы наша появилась.

С того же самого крыльца, откуда скатился жизнерадостный пузырек, с царским изяществом сошла яркая рослая брюнетка тоже в спортивном костюме, только красном. В руках у нее были уже знакомый мне учебный журнал нашей группы и небольшой блокнот.

Конечно, она не могла быть никем, кроме как нашей преподавательницей Ольгой Васильевной Макаровой.

Наверное, бывают на белом свете люди физически талантливые. Или даже гениальные. Они как бы порождения земных стихий, их тела и движения — это видимые поверхности биосферных энергий, что ли… Иной человек ну просто шагает, просто руку поднял — а у этих же самый пустячный жест полон пленительной грации. Искусство!

Вот этой самой грацией Ольга Васильевна была наделена в высшей степени. Каждый ее шаг, ее улыбка, взгляд были своего рода маленьким волшебством. Стройная, фигуристая, спортивно-упругая, просто загляденье. Красивая?.. Ну, вот насчет этого мнения бы разделились. Саша был прав, когда зацепил в разговоре Софи Лорен. Не потому, что Макарова чем-то похожа не нее, нет. Она другая. А суть в том, что лицо знаменитой итальянки никак не подпадает под известные каноны красоты, и тем не менее, увидишь — не забудешь. И вовсе не потому, что оно страшное. Необычное, притягательное, это другое дело. И вот уже мужики вьются роем…

Не сомневаюсь, что у КМС Макаровой тоже отбоя от ухажеров не было. Сразу видно, когда женщина себе цену знает, когда ей, грубо говоря, готовы пяточки лизать и считать это за счастье… Ну, а собственно, что касается лица — черты его были несколько тяжеловаты, массивны, так по-европейски, в отличие от мягкой округлости, заметной в большинстве русских женских лиц. Крупный нос, большой рот. Глаза тоже большие — вот они-то безоговорочно красивы, и формой и цветом, необычно светлым, серовато-голубым, неожиданным при черной, почти азиатской гриве густых волос. Ну и в целом — конечно, очень броская особа. Наши парни благоговейно притихли, так молчаливо выражая почтение, смешанное с восхищением.

Не сомневаюсь, что она это заметила. Легкое озорство скользнуло в ее улыбке, в прищуре, когда она окинула взглядом нашу группу, еще толпившуюся в беспорядке.

— Здравствуйте! Третья группа?.. Так. Строимся по ранжиру, юноши на правом фланге, девушки на левом.

Голос рядовой, но приятный.

Группа выстроилась по ранжиру.

— Ну что, позвольте представиться… — начала она вводную речь, посвященную целям и правилам проведения физкультурных занятий и собственной преподавательской концепции. Пока говорила, я незаметно к ней приглядывался.