Чтение онлайн

Зато я могла снова поговорить с душечкой Гримия! И никакой паук мне тут не мог помешать! Это меня взбодрило и по темной лестнице я поднималась с воодушевлением, хоть и не без опаски. На такой лестнице в моих туфлях навернуться — нечего делать! А эти вот двое хоть бы какой светляк засветили!

Я только вспомнила, что я и сама могу «засветить светляк» и не хуже прочих, просто не привыкла еще думать о себе как о сильной магичке, как вдруг почувствовала, что кто-то обхватил меня за талию. Подавив первое желание заорать и двинуть лопатой, я поняла, что мне просто помогают подняться в темноте.

Рука была теплая и приятной тяжестью давила на талию, в то же время помогая мне идти точно по ступенькам. К сожалению, и не только в теперешней ситуации, но и вообще большому сожалению для любителя шляться по кладбищам, я, пусть и неплохо ориентировалась на открытом пространстве даже ночью, но совершенно не видела в темноте. Вот ничегошеньки!

Чувства мои обострялись до предела — я могла почуять упыря за десять шагов, услышать сторожа за двадцать, а ощутить близость теплого живого человека на расстоянии вытянутой руки. Но сейчас с двух сторон от меня шли два таких вот теплых человека и, хоть убей, я не знала, кто из них двоих обнимал меня за талию!

Вдруг снизу лестницы раздалось призывное мяуканье. Мой Клема, забытый мною в столовой, торопился догнать свою хозяйку! Даже стыдно стало!

— Надо подождать, — прошептала я совсем тихо, чувствуя, как на талию ложится вторая рука. Кажется, того же самого человека. По крайней мере, я на это надеялась. Мне было приятно это неожиданное объятие, а вот если это руки двух разных братьев, и их пальцы встретятся на моей талии — нет уж, для меня это перебор!

Я почти не сомневалась, что меня обнимает Бриен. Он как-то серьезно воспринял свою игру в жениха. Да еще его шанс стать самым успешным мастером по ведению дел с инквизиторами наверняка не дает ему покоя.

Но я вспоминала как меня обнимал Даррен, когда я чуть не разрушила весь дом и размышляла, что он мог бы и повторить. Ну… просто потому, что ему нет никакого повода делать так в университете, а тут… почему бы и нет? Он же точно не хочет, чтобы я расквасила нос, верно?

В общем, я слушала, как царапает коготками Клема ступеньки, поднимаясь к нам, как вдруг почувствовала тепло очень близко к лицу. Инстинктивно подняв голову, я почувствовала, как моих губ касаются чужие. И я не только не знаю чьи, я еще должна быть тихой как мышка, чтобы тот, второй, не услышал нас!

Не важно, Даррен или Бриен стоит рядом, даже не подозревая, что его брат целует меня, он точно устроит из этого балаган! А нам некогда, нам надо разобраться, кто… убийца.

Мысли начали путаться, настойчивые губы умудрялись касаться моих очень тихо, без глупых чмоканий, а тело мага становилось всё ближе, пока я полностью не очутилась в его крепких объятиях.

Я изо всех сил старалась не выдать себя ни вздохом, ни полустоном, но в результате чуть не поседела от громкого «мяу!» прямо у моей ноги.

И губы тотчас оставили мои, и руки исчезли с талии. Стало холодно. И одиноко.

— Клема, догнал всё-таки, — я надеялась, что мой голос звучит ласково, а не недовольно, и голос не такой хриплый, каким казался мне самой.

Нагнувшись и наощупь поймав питомца, я двинулась верх по лестнице, позволяя спутникам следовать за мной. Лестница стала уже, и они шли гуськом, так что я потеряла последний шанс подсмотреть, кто стоял слева.

Впрочем, переживать о таком было не в моих правилах. В конце концов, нам ведь предстоял еще путь вниз!

Мы наконец вышли на свет, и я пытливо уставилась на братьев. Руки сами тянулись к губам, хотелось коснуться и проверить — на ощупь они будут такими же припухлыми от поцелуя, как мне кажется, или нет? Но я держала себя в руках. Точнее, держала в руках Клему, который и мешал мне перетрогать всё лицо.

Даррен и Бриен выглядели одинаково сосредоточенными на нашем будущем деле, смешинки или намека в глазах не было видно ни у того, ни у другого. Отчаявшись найти подсказку в этих будто окаменевших лицах, я решила угадать по душечкам. Но и тут мимо! Два коротыша одинаково посылали мне воздушные поцелуи! Вот ведь безобразники! Неужели душечки видят в темноте и могут сговариваться?

— А душечки могут сговориться? — спросила я вслух. Вообще не люблю ходить вокруг да около, если можно сказать что-то или спросить. У меня же фантазия богатая, я такого могу надумать! Я бы и про поцелуй спросила прямо, будь тут один претендент. Но ссорить братьев из-за того, что кому-то из них приспичило пошутить — не сейчас! И упырю понятно, что они поругаются.

Если меня поцеловал Бриен, то Даррен заведет шарманку про неподходящую невесту и недопустимость заводить серьезные отношения с фиктивной мною. Если же вдруг шутить вздумал Даррен, упыря ему под одеяло, то Бриен опять устроит свою внезапную сцену ревности.

— Сговориться? — Гастионы переглянулись и оба с подозрением уставились на меня. Замечательно, теперь именно я тут самая неблагонадежная личность! Может, и целоваться я в темноте полезла?

Мне стало смешно, едва я это представила. Темная лестница и вдруг я коварно нападаю на одного из этих магов с поцелуями. Крику не оберешься, если такое устроишь! А я вот промолчала. И сама не знала почему.

— Сговориться, — повторила я. — Сейчас оба ваши душечки шлют мне воздушные поцелуи и вообще ведут себя так, будто я им нравлюсь.

Я крутанулась на каблуках перед магами. Взметнулись широкие юбки, грязные многочисленных косички забренчали повязанными на них бусинами-амулетами.

— А я, как вы видите, совсем не изменилась, — ровно продолжила я, радуясь, что румянец не заливает щеки. — По крайней мере, не слишком изменилась с момента нашего знакомства, когда ты, Бриен, хотел мне вручить десять монет за твое спасение, а ты, Даррен, сказал, что мыши не учатся на некромантов.

А вот они покраснели. Оба! Ха! Я постаралась как можно лучше запомнить это редко зрелище устыженных магов, чтобы потом во всех красках описать Софи и Кайсе.