Чтение онлайн

Да, тяжело. Известно же: самого опасного убийцу зовут равнодушие.

Это верно… Так… Глеб! Прекращай! Не нажимай так сильно! Минуту, я сейчас вернусь. Надо показать, а то без инструмента останемся.

Новичок в отряде? Волонтёр? На вид школьник.

Нет, сын Славкин. Я сейчас.

Сын Вячеслава?! Отлично! Мы с вами! Очень хочется с ним поговорить.

Не надо! Я сам! Стойте здесь!

Но Михаил…

Я сказал: стоять!

Жёсткая команда сразу привела в чувство – обратили внимание, как изменился голос Михаила? До ручной лебёдки дело не дошло. Мне хватило его «Стоять!» – подчинилась сразу. Мы выключили камеру, сели на толстенные брёвна и стали ждать, пока Михаил закончит работать с подростком.

Пока они занимались своими делами, меня не покидало чувство, что мальчика я где-то видела. Глеб… Глеб… я пыталась разглядеть его лицо, но всё тщетно – они с Михаилом увлечённо работали, не останавливаясь ни на секунду. И только когда мальчик неожиданно снял шапку, я вдруг поняла: это же…

Ну, Глеб… Ну, минуточку поснимай. Потом с конкурса добавим, в сториз выложим…

Надя! Сядь на место.

Не, Надь, не хочу. Сама снимай…

Изображение Нади мы закрыли. Оставили только звук. Почему нам пришлось это сделать – отдельная история. Очень сложная и противоречивая. Возможно, нам удастся договориться, чтобы видео из автобуса осталось в неизменённом виде, но пока на нём видно всех, кроме Нади. Глеба же можно разглядеть в тот момент, когда он говорит, что не хочет снимать. Вот он, на этом стоп-кадре. Именно это изображение вертелось в моей голове, пока меня не осенило: это же мальчик-танцор из «Променада»!

А дальше… Дальше завертелось. Съёмку продолжить не удалось. Михаила срочно вызвали на задание, Глеба он забрал с собой. Мы уже хотели ехать в гостиницу, как неожиданно вернулся Вячеслав. Он знал о нашем приезде, врасплох мы его не застали, об интервью предварительно договаривались, но разговор как-то не клеился.

Односложные ответы, вялость, усталость, потухшие глаза – и всё это ровно до тех пор, пока я не предложила поехать посмотреть его питомцев. Вячеслав тут же преобразился. Когда он рассказывал о Веге, Ладе, Заре, Дорофее, это был совершенно другой человек. Широкая улыбка, искры в глазах. Прямо как на этом фото.

Ой, кажется, я ошиблась. Здесь Джастин с коалой. А вот свежий снимок Славы. На его плече слепая белка Сима – новая гостья его приюта. Правда симпатичная?

Вот так! Без зверей не разберёшься. Как братья-близнецы. Ну и загар, конечно, отличается… Снимок, кстати, ценный. Еле уговорили Вячеслава сфотографироваться, когда осматривали вольеры. А от видео, которое мы собирались снять по пути, Вячеслав категорически отказался – хорошо, хоть против диктофона не возражал. Безусловно, нас интересовали не только животные и будни отряда. Всю дорогу я искала повод, чтобы спросить про Глеба.

Наконец, ситуация начала проясняться. Клубок загадок и удивительных совпадений начал потихоньку распутываться. Слушаем запись и смотрим фото.

…Нет, не тяжело. Это в радость. Раньше сам справлялся, сейчас Глеб помогает.

Глеб – это ваш сын? Нам Михаил сказал… Можно, мы возьмём у него небольшое интервью?

Нет, не получится.

Он сейчас не дома? Тогда можно позже? У нас самолёт только завтра. Вечер и полдня в запасе.

Не нужно.

Слава, я должна признаться, что догадываюсь, что Глеб был в той страшной прошлогодней аварии. Обещаю, буду спрашивать только о вашей семье, ничего такого…

Не в этом дело.

А может, всё-таки попробуем?

Всё, приехали! Пока не выходите. Я проверю, закрыт ли Тобус. Опасный очень.

Тобус? Вы про него не рассказывали. Помню Вегу, Дорофея, Каштана… Действительно опасный? Охранял важные секреты?

Да, не самый ласковый.

Где он служил?

Тобус из гражданских. То ли с закрывшейся парковки, то ли с автомойки. Не помню уже. Там его Автобусом звали.

Вот тот… чёрный?

Да, он. Не бойтесь. Сейчас закрою. Не выходите!

Знаете, есть такой штамп: журналистская удача. Но это даже не удача, а какая-то мистика. Пёс, которого едва не натравили на меня вчера, сегодня оказался у спасателя, сын которого попал в аварию из-за водителя, который был хозяином этого пса… Цепочка просто невероятная. Как?! Как такое возможно?

Я даже не поняла, какое открытие поразило больше: Автобус, превратившийся в Тобуса, или то, что Глеб – сын Вячеслава. Хотя второе открытие позже засияло новыми гранями. Оказалось, что Вячеслав – не отец, а так называемый наставник. Программа наставничества работает в области несколько лет. Её суть… цель заключается в том, чтобы подростки из детских домов или проблемных семей получали поддержку и навыки социализации от взрослых, которые добровольно решили им помогать.

Это – не усыновление, которое вряд ли случится у интернатского тинейджера, ведь он – не трогательный грудничок, а одна сплошная проблема. Известный факт – подростков практически не усыновляют. Но, оказывается, выход есть! Наставничество – это не только ценные жизненные установки и душевное тепло, которое получают воспитанники, но и бесценная возможность научиться, казалось бы, обычным вещам – делать покупки в магазине, оплачивать коммунальные счета, загружать стиральную машину, оформлять заказы в интернете, контролировать свой бюджет, собирать мебель по схеме, читать инструкции к лекарствам. Эти повседневные действия ребятам из детских домов неведомы. При выходе во взрослую жизнь они оказываются буквально на другой планете, где каждый день приходится брать ответственность и принимать решения самому, а не надеяться на воспитателя или директора.

Конец ознакомительного фрагмента.