Чтение онлайн

— Нет. Я не одета.

— Ты прекрасно выглядишь. Выходи.

— Боги, ты женатый человек, неужели у тебя нет ни капли стыда?

— Да, ни капли. Выходи, иначе я потребую, чтобы ты немедленно вернула мне рубашку. — Он подошел и встал между ширмой и шкафом.

Некоторое время из-за ширмы не доносилось ни звука. Потом Рапсодия тяжело вздохнула и, смущенно опустив голову, вышла к нему. Сердце Гвидиона защемило.

— О, Рапсодия, прости! — воскликнул он, подходя к ней и взяв за руку.

Он подвел ее к креслу, на котором только что сидел сам, и принес одеяло. Она спрятала под ним свои изумительные ножки, и Гвидион не удержался от вздоха.

Рапсодия молча смотрела в огонь. Гвидион видел, какой след оставили на ее лице долгие месяцы печали, и мысленно выругал себя: как он мог играть ее чувствами?

Он сел на пол у ног Рапсодии, как в первый день, когда она пригласила его в Элизиум. Вытащив из кармана маленькую коробочку, он открыл ее и заглянул внутрь. Потом повернул к Рапсодии.

— Ты помнишь это, Ариа? — мягко спросил он. Рапсодия бросила быстрый взгляд в его сторону и отвернулась к огню.

— Нет.

— Посмотри внимательно, — попросил он, пытаясь вновь завладеть ее вниманием. — Неужели оно ничего тебе не напоминает?

Рапсодия вновь посмотрела в коробочку. Там лежало узкое кольцо, состоящее из множества мелких фрагментов лиринских самоцветов с небольшим, идеальной формы изумрудом в центре. Она взяла коробочку в руки, чтобы получше рассмотреть кольцо, и от ее прикосновения самоцветы вспыхнули и заискрились, как ее диадема. Изумруд засиял подобно усыпанному звездами морю.

— Красивое, — сказала Рапсодия, возвращая кольцо Гвидиону. — Но я его не помню.

Он вздохнул.

— Ну, тогда надень его.

Рапсодия нахмурилась.

— Не смеши меня.

— Я совершенно серьезен. Пожалуйста, надень кольцо.

— Не буду.

Он не предвидел такого поворота событий.

— Рапсодия, чтобы…

Она встала, прижимая к себе одеяло.

— Хорошо, я выслушала тебя. А теперь я хочу, чтобы ты ушел. Немедленно и без единого слова. Ты обещал.

— Ар…

— Хватит, — прервала его Рапсодия, подняв руку. — Остановись. Ты только что стал Королем объединенного народа намерьенов, ты не имеешь права нарушать данное слово. Уходи. Утром или во время Совета, если не случится ничего неожиданного, я поговорю с тобой.

Эши смотрел на нее, не веря своим глазам. Шутливая манера помогала ему сдерживаться, бороться с нестерпимым желанием прижать Рапсодию к груди и больше никогда не отпускать. Три бесконечных месяца он жил, не в силах справиться с болью — человек и дракон; ему так не хватало магии ее присутствия, ее любви. Эши с нетерпением считал дни, бродил по склонам Зубов, надеясь на случайную встречу.

Но теперь, когда желанный миг настал, он понял, что она его боится. Присутствие Эши смущало Рапсодию. А он имел глупость надеяться, что будет достаточно просто надеть ей кольцо на палец. Он хотел помочь ей, облегчить встречу со своими воспоминаниями, а вместо этого добился лишь того, что она собиралась лишить его своего общества еще на один день, а завтра она обязательно постарается не оставаться с ним наедине.

По его щекам покатились слезы. Он попытался сохранить хладнокровие, но не сумел. Повернувшись к Рапсодии спиной, Гвидион подошел к вешалке, снял свой туманный плащ и сбежал вниз по лестнице. Он проклинал себя за смех, понимая, что теперь его слезы не тронут Рапсодию.

Когда Гвидион уже собрался выйти из дома, он услышал, как его позвали сверху:

— Эши?

Он вернулся и остановился у подножия лестницы, глядя на Рапсодию снизу вверх. Ее глаза были широко раскрыты, она с тревогой смотрела на него, блестящие волосы в беспорядке рассыпались по плечам. На ней была надета лишь его рубашка — казалось, в этой изящной фигурке воплотились фантазии всех мужчин.

Рапсодия медленно спустилась по лестнице, а когда между ними осталось лишь несколько ступенек, ее рука, скрытая слишком длинным рукавом, взметнулась к вороту, в вырезе которого виднелась трогательно тонкая шея с золотым ожерельем. Ее движения были неуверенными, а взгляд полон сочувствия.

— Я освобождаю тебя от обещания, — сказала она. — Что ты хотел мне сказать?

— Я люблю тебя, — ответил он.

Эти слова вырвались из самой глубины его измученного сердца, и, хотя Эши сказал совсем не то, что собирался, он дал самый правдивый ответ на ее вопрос. Ничего другого он сейчас не мог произнести. В его словах прозвучала страсть и глубина чувства и вся накопившаяся в сердце боль. И они соединили два мира, две жизни, наполнив душу Рапсодии скорбью. На лице ее вновь заблестели слезы.

— Тебе нужно уйти, — мягко проговорила она.

Фигура Рапсодии расплывалась у него перед глазами.

— Значит, ты больше меня не любишь, Ариа?

Она опустила голову.

— Люблю, — прошептала она. — Я же сказала, что всегда буду тебя любить. Тут ничего не изменить. Но это не имеет значения.

— Вот тут ты ошибаешься, Рапсодия, только это и имеет значение. — Он вздохнул и почувствовал, как боль слегка отпустила, холод отчаяния больше не терзал его душу. — Прошу тебя, я знаю, что не имею права на твое доверие, но прошу тебя в последний раз. Выслушай меня до конца, ладно?

Рапсодия чувствовала, что он дрожит.

— Хорошо, — неохотно согласилась она, — но после этого ты должен уйти.

— Да, если ты этого захочешь, я уйду. Обещаю.

По ее лицу промелькнула слабая улыбка.

— Знаешь, пора тебе прекратить давать обещания, которые ты не хочешь выполнять.

— Вот тут я полностью с тобой согласен. — Он неуверенно улыбнулся. — Мы можем вернуться в комнату? Не думаю, что лестница подходящее место для разговора.

Рапсодия покраснела.

— Пожалуй, — смущенно ответила она. — Могу я хотя бы накинуть халат?

Она посмотрела на свои обнаженные ноги, и ее бросило в жар. Решительно повернувшись, Рапсодия взбежала вверх по лестнице.

— Стоит ли? — с тенью прежнего веселья спросил он. — Возможно, я сразу же уйду, зачем тратить время и силы на всякие глупости.

Рапсодия вернулась в кресло и вновь накрылась одеялом. Гвидион уселся на пол и вытащил коробочку.

— Ну, так на чем мы остановились? О да, я попросил тебя надеть кольцо. Видишь ли, Рапсодия, как только кольцо окажется на твоем пальце, ты все поймешь. Нам не придется спорить долгие часы. И хотя я получил удовольствие от нашей ссоры, одного удара книгой по голове мне хватило. Ну пожалуйста, пойди мне навстречу — как суверен суверену. Клянусь, моя жена не будет этим скомпрометирована.